«Первый». Том 5

Савич Михаил Владимирович

— Альба, подожди с этим, важнее узнать то, каким образом кролик может помочь связаться с отцом ребенка.

— Я не ребенок, мы уже взрослые. Меня сам Великий Мих учил алхимии и профессии травника. А кролик нужен для жертвы. Так нам сказал учитель магии. Мы ему кролика принесем, и он проведет обряд. Тогда мы все узнаем про папу и дядю Фрола.

— Милая, что ты такое говоришь. Не пугай нас. Это же черная магия. Это Тьма, один раз связавшись с ней, ты никогда не сможешь потом вернуться на путь Света. Нельзя тебе этого делать. Давай так договоримся, ты отдай нам этого кролика, мы отнесем

его Анне и скажем, что нашли в лесу. Это, частично, правда. А ты беги домой и расскажи все про этого учителя маме.

Это очень опасный человек. Он все это делает, чтобы заманить тебя в ловушку и сделать сторонницей врагов Света. Даже нет, не так, давай-ка лучше мы с тобой пойдем к твоей маме и все ей расскажем. А про твоего папу уже завтра или еще скорее можно будет узнать от гномов, они приедут торговым караваном, и все расскажут про эту войну. Мы тоже можем кое-что узнать у своих друзей. С твоим папой все будет в порядке. Ты вообще зря боишься за него. Ведь сам Величайший Герой Мих там, рядом с ним. А значит, он поможет твоему папе.

— Ну, я не знаю. Учитель магии говорит, что на войне может всякое случиться, там многие погибают и получают серьезные раны.

— Нет, ну какой же гад, такое ребенку говорить. Мих мне про этого учителя что-то говорил, надо сегодня спросить будет.

— Аша, ты что несешь? При ребенке?

— Ой, а вы дядю Миха знаете? Можно мне ему привет передать? Пусть он узнает, как там мой папа! Я никому не скажу, даже Мирону.

— Ну, Аша, мы влипли в первый день. Что делать будем?

— Пусть поклянется всеми Богами, что никому не скажет.

— Не сходи с ума. Ей этого нельзя делать. Подумай сама — это же ребенок, сболтнет где-нибудь и все. Наказание за нарушение такой клятвы ужасное. Ты сама проболталась, а хочешь ребенка подставить. Ты все же думай, дело серьезное.

— Да, это я сглупила, ты меня прости, малышка. Не надо клясться. Но делать-то что?

— Давай, Аша, у Миха все сегодня выспросим, но так, чтобы он не догадался про наш прокол. Узнаем все о Прокле и его друзьях. А потом Ладе все расскажем. А сейчас надо кролика вернуть Анне.

— А что Лада будет говорить этому Магу- некроманту, когда он ее спросит о кролике?

— А ей его видеть вообще нельзя. Ребенку с таким отвратительным человеком видеться разрешать никак невозможно. Он же хочет ее заставить принять участие в жутком кровавом обряде. Какой негодяй. Мы с тобой должны найти на него управу.

— Он же маг и, судя по всему, черный. И это в деревне для новичков. Уму непостижимо. Как мы с нулевым уровнем будем с ним бороться?

— А вы дядю Миха попросите. Он все может. Он за день мог два раза до десятого уровня подняться и вампира много раз побеждал. Он Герой.

— Как можно за полдня набрать десять уровней?

— Не знаю, это Мирон подслушал папу и дядю Фрола.

— Это какой-то шпион, а не ребенок. Где сейчас этот Мирон. Ему сколько лет?

— Здесь в лесу где-то. Он маленьких крольчат ищет.

— Маг, что и малышей убить хочет?

— Не знаю, но он сказал, чтобы мы ему домой всех принесли.

— Еще того не легче. Мальчишку надо срочно найти. Он же может навредить и себе и своей семье, если свяжется

с Тьмой.

— А чего меня искать. Я здесь. А навредить семье я не хочу — мальчик вышел из-за дерева, за которым прятался. В руках он держал мешок, в котором шевелились какие-то зверьки.

— Здравствуй, Мирон. Я Альба. Ты все слышал, что мы говорили?

— Да, иначе бы я не вышел, а вы бы меня не увидели и не нашли. Меня папа уже многому научил. Вы, правда, Миха спросить про папу сможете?

— Альба, такими темпами эта тайна будет скоро всей деревне известна, а потом всей Империи. Мы же Миха серьезно подставим. Для него это большая угроза.

— Мы с Ладой никому не скажем. А вы, правда, думаете, что у нас в деревне маг Тьмы и некромант живет?

— Да. Ты хоть еще и маленький, но уже и сам должен понимать, что такой обряд с убийством невинного животного и принесением его в жертву — это темная магия. Ты только представь, что скажет твоя мама, если об этом узнает? Но главное не в этом, такими вещами плохие люди завлекают детей и глупых взрослых и делают их союзниками темных сил.

— Я уже большой. И что нам теперь делать?

— Главное — вам нельзя с магом встречаться. Где он может вас двоих поймать?

— Нигде. Он из своего дома не выходит никогда.

— Как же он с вами познакомился?

— Мы с Ладой неделю назад поспорили с ребятами, что не побоимся к нему в дом залезть и залезли. А он нас поймал и предложил все про папу узнать. Но мы к нему больше не пойдем.

— Аша, мы обязаны детей до их дома проводить. Серьезно это все. Даже страшно. Но мы-то возродимся, ты ведь понимаешь, о чем я говорю?

— Ну, не совсем же я дура. Пошли тогда. Мирон, Лада, пойдем, прогуляемся до вашего дома. Если маг нам по дороге встретится, то вы бегите домой и зовите маму. А мы примем бой.

Глава 18

— Так вы же хоть и взрослые, но очень слабые. Он вас запросто победит.

— Да. Но это запрещено делать в таких местах, как ваша деревня, если он нас убьет, то всем станет известно, что это сделал он и его сразу поймают и накажут. Вы за нас не бойтесь, мы из другого мира и можем возродиться. Даже хорошо было бы, чтобы он на нас с Ашей напал, тогда мы бы все Миху рассказали, и уж он-то задал бы этому магу по первое число.

— Хорошо, пойдемте с нами, но пообещайте, что маме ничего не расскажете. Она и так из-за папы волнуется. Не надо ее пугать всем этим.

— Договорились, мы вашей маме ничего о маге не скажем, но и вы пообещайте, что из дому никуда до возвращения вашего папы не выйдете.

— Обещаем — Мирон и Лада переглянулись и произнесли это почти одновременно.

Маленький отряд шел через лес, ближе к полудню становилось совсем тепло, почти жарко и в лесу вся жизнь почти замерла. Было тихо и безветренно. Все шли молча. Дети осознали свою вину и испугались, что могли бы попасть в лапы черного мага, но еще больше боялись, что об этом узнает их мать. Подруги тоже хмурились, перспектива объясняться с Михом их не радовала. Обе вспоминали, как обещали ему не делать того, что уже умудрились сделать в первый же день и что собирались сделать в дальнейшем.