Первые искры
Шрифт:
Где-то шумела вода. Дорога петляла, и звук становился то глуше, то громче. В одном месте мы миновали развилку и пошли по узкой тропе. Более широкая вела вниз, и я изловчился посмотреть туда. Увидел внизу каменную стену, тянущуюся, сколько хватало глаз, в обе стороны. Увидел ворота.
Похоже, мы находились в какой-то крепости, расположенной в горах. Похоже, тут все очень серьезно. А если так, то зачем тут сдался я? Кому бы задать этот вопрос? Вот бы в каземате оказался какой-нибудь мудрый старец, который даст хоть пару-тройку ответов из той сотни, что
— Твердой почвы под ногами, рыцари, — послышался глухой, но сильный голос. — Что сотворил этот юноша и куда вы его ведете?
Я с надеждой посмотрел на появившегося на дороге человека. Это был немолодой мужчина, но волосы его и борода были черными, как у молодого. Волосы он завязал в хвост и выглядел бы как потертый жизнью хиппи, если бы не плащ. Настоящий такой плащ, тёмно-серый, всё как полагается. Мужчина закутался в него полностью, даже рук не было видно.
— И вам твердой почвы, почтенный Мелаирим. — Рыцари остановились и чуть склонили головы. — Этот проходимец пробрался в святилище и всполошил служителей. Бросим в каземат, утром глава ордена решит, что с ним делать.
— Кто бы мог подумать, — покачал головой почтенный Мелаирим. — Пробраться в такое укрепленное место… И при этом выглядеть столь жалко. Я склонен видеть здесь волю случая, а не злой умысел. Так ли обязательно ломать жизнь мальчику? Может быть, я заберу его к себе, выясню всё, а вас избавлю от забот?
Он не шелохнулся, но из-под плаща отчетливо донеслось звяканье. Этот звук, надо полагать, во всех мирах универсален. Даже я понял, что рыцарям предлагается взятка. Ненавязчиво так. Мол, ну, захотелось мне монетками побренчать, что такого-то.
И рыцари задумались. Ненадолго.
— Нет, почтенный Мелаирим, — с видимой неохотой сказал тот, что держал меня за левую руку. — При всем уважении, дело замять не удастся. Он осквернил святилище, служителям придется принимать меры.
Вот засада! Это всё из-за того, что меня вырвало? Да Огонь с ним, дайте тряпку, я всё уберу! Ну вот опять этот «Огонь». Что он у меня в голове делает?
— Осквернил! — воскликнул Мелаирим. — Что ж, это, конечно, непростительно. Исполняйте свой долг, благородные рыцари. Каждый должен нести ответ за свои поступки.
Он пошел дальше своей дорогой, однако, когда проходил мимо, то быстро и внимательно посмотрел мне в лицо и, кажется, подмигнул. Впервые в жизни у меня на сердце потеплело от подмигивания незнакомого мужчины.
— Что встал? Пошел! — рявкнул на меня рыцарь справа.
Здорово, теперь я еще и виноват. А кто, спрашивается, избаловал меня, таская на руках?
Выпендриваться я не стал, пошел ногами. Рыцари по-прежнему держали меня с двух сторон, но не так жестко.
Казематы оказались также высеченными в толще скалы, как и святилище, но выглядели поскромнее. У входа рыцари запалили один факел. Потом меня протащили широким коридором и бросили в одну из камер. А потом произошло вот что. Из пола у меня на глазах выросли металлические прутья и упёрлись в потолок.
Решетка закрылась. И рыцари преспокойно
Я поёжился — тут было прохладно. И, к слову, темно, хоть глаз выколи. Окошко в каземате имелось, но, видимо, выходило на соседнюю скалу, которая напрочь перегораживала свет.
Я вытянул руки, сделал пару шагов и во что-то уперся коленом. Наклонился, пощупал. Похоже, койка, или типа того. Каменная тоже, но застелена чем-то вроде облезлой шкуры. Пахло так себе, но я присел. Не в моем положении было брезговать.
Могли бы хоть факел оставить, изверги. Хотя… Стоп! А вот это уже мысль на миллион.
Я сунул руку в карман джинсов и улыбнулся. Смарт оказался на месте. Вот бы он еще работал…
От перенесенного жара корпус чуть-чуть деформировался, я ощущал это пальцами, но когда я нажал на кнопку включения, экран засветился, на меня посмотрела знакомая мордашка Рены из аниме «Когда плачут цикады». Здравствуй, милая, рад тебя видеть. Сети, разумеется, нет и в помине.
Я провел пальцем по экрану и увидел цифры. Вернее, приготовился увидеть цифры, а увидел непонятные закорючки. То есть, цифры-то были обычными, которые в первом классе изучают, но я их совсем не разбирал. Для меня они были непонятными письменами. Только единицу я более-менее воспринял, а остальные плясали перед глазами, сливаясь в причудливый узор.
Стоило попытаться сосредоточиться, и заболела голова. Как будто опять кто-то загоняет туда паяльник… Нет, нет, всё, я понял. Лингвистическая база переписана, математическая, видать, тоже попала под раздачу. Но, хвала Огню, мне и не нужно вводить пин-код, у меня всё важное настроено и так.
Я удержал кнопку «Домик», и крохотный светодиодик фонарика вспыхнул, разогнав тьму. Положив смартфон рядом с собой экраном вниз, я огляделся.
Хотя, было бы что оглядывать. Комнатушка два на три, каменные стены, железная решетка. В одном углу шконка, на которой я и сижу, в другом — дыра в полу. Ни водопровода, ни хотя бы туалетной бумаги. Так себе сервис, скажем прямо.
Я подошел к решетке, подергал её — как влитая.
— Есть здесь кто? — крикнул я.
— Кто? Кто? — отозвалось эхо.
— Да хоть кто-нибудь! — огрызнулся я.
— Не будь, не будь…
— Вот спасибо, — буркнул я и вернулся на шконку.
Фонарик выключил. Подумав, выключил и телефон. Как знать, вдруг еще пригодится. Зарядных устройств здесь, скорее всего, не найти, а батарея высадится в мгновение ока, особенно если вздумают обновляться какие-нибудь сервисы «Корпорации добра».
Итак, что мы имеем? Я однозначно попал в какой-то фэнтезячий средневековый мир. Банальнее и придумать нельзя. Как будто этого было мало, я успел попасть еще и в нехилый переплет. Интересно, что тут полагается за осквернение святилища?
Ответа я, разумеется, не ждал, но ответ пришел.
Осквернение святилища не членом клана относится к тягчайшим преступлениям против клана. В зависимости от решения Ордена карается смертной казнью, либо принесением в жертву Падшему.