Первопроходец

Астахов Евгений Евгеньевич

Не забывайте главный урок: «В Сопряжении есть место только сильному. Ибо он возьмёт всё сам».

Все молчат, читая и перечитывая строки официального объявления. Кто-то неверяще трясёт головой. Кто-то возбуждённо перешёптывается с соседом. А кто-то просто застыл, осмысливая новую реальность.

Постепенно напряжение спадает, сменяясь упоительным чувством эйфории. У нас получилось. Мы в буквальном смысле выбили себе место под звёздами!.

Романов, бледный, но невозмутимый, заговаривает первым:

— Что ж, теперь нам предстоит сделать

следующий шаг — определить, как именно мы будем строить отношения с иными мирами и фракциями, — его голос звучит ровно, но в нем чувствуется ощутимая нотка напряжения. — Мы не можем позволить себе оставаться в изоляции, но и бездумно присоединяться к кому-то тоже опасно. Нужно тщательно взвесить все за и против, просчитать возможные последствия.

Он обводит взглядом притихший зал, словно ища поддержки.

— Главное сейчас — не допустить, чтобы Земля стала разменной монетой в чужих играх. Да, мы пока не самые сильные и влиятельные. Но мы должны научиться отстаивать свои интересы, лавировать между космическими акулами. И здесь многое будет зависеть от слаженной работы всех кланов, от нашего единства перед лицом внешних вызовов.

В зале нарастает одобрительный гул.

Со своего места поднимаюсь я, и взгляды собравшихся тут же скрещиваются на моей скромной персоне.

— Владимир прав, — негромко, но твёрдо произношу я. — Нужно и дальше сохранять единство, иначе нас сожрут поодиночке и не подавятся. При этом стоит познакомиться с крупными игроками, чтобы найти потенциального союзника и в перспективе, возможно, вступить в одну их фракций.

Набираю в грудь воздуха и продолжаю:

— У каждого земного клана будет свой голос и своя роль. Задача Представителя — не командовать, а координировать и отстаивать общие интересы Земли. И не надо питать иллюзий. Путь к реальному влиянию в Содружестве будет долгим и непростым. Уверен, множество матёрых упырей захочет испытать нас на прочность, и для этого даже не придётся захватывать Сектора, ведь кроме военного вмешательства есть ещё и экономическое, политическое и культурное. Нам предстоит не раз доказывать свою силу и право на место под солнцем. Так что расслабляться не стоит. Яйца в кулак, и вперёд!

Коротко кивнув Романову, передаю ему эстафету, и сажусь на место.

Владимир тут же подхватывает:

— Безусловно, нам нужно выработать единую стратегию отношений с другими мирами. Определить наши приоритеты, красные линии, возможные уступки. Делать это будем сообща, учитывая мнение всех кланов. Поэтому я предлагаю завтра провести новое совещание с участием всех заинтересованных сторон. Обсудим варианты, взвесим риски.

По залу вновь прокатывается волна оживления и одобрительных кивков.

Впереди ещё много работы, криков, ругани и трудных решений, но первый шаг сделан.

Земля заявила о себе.

Пора учиться играть по-крупному.

Отрешившись от происходящего, задумчиво вытряхиваю сигарету из кольца и закуриваю. Сделав пару затяжек, поднимаю взор, когда внезапно меня обжигает волной ненависти. Эмпатическая проницательность чётко улавливает злобу направленную вовне, но… не на меня.

Её адресат — Владимир Романов.

Её источник — Матео «Хамелеон» Валенсуэла.

Глава 9

Наблюдая,

как вал поздравлений обрушивается на ошарашенного Романова, я прокручиваю в голове вполне очевидную мысль. Матео. Хамелеон. Прихвостень Волноходцев. Он занял второе место на выборах. А значит, если с Владимиром что-то случится, этот ушлёпок займёт его место.

Станет Представителем, получив возможность говорить от имени Земли и заключать сомнительные сделки. Например те, что могут быть на руку его бывшим покровителям. Несмотря на смерть Хрофа, сколько-то ведь их должно было выжить. Клан вполне мог отступить и перегруппироваться.

От одной этой мысли пальцы сами тянутся к кобуре. Ну уж нет. Романов, конечно, тот ещё фрукт, будучи аристократом, но он хотя бы наш фрукт. Человек, кровно заинтересованный в благополучии Земли. А Матео… кто знает, какую игру он ведёт и кому на самом деле служит.

Без задержки поднимаюсь со своего места и под удивлёнными взглядами собравшихся решительным шагом иду прочь из зала по коридорам бункера, пока не оказываюсь на улице. Уперевшись взглядом в холодное небо над заснеженными вершинами Альп, осознаю, что в руках до сих пор зажата тлеющая сигарета.

Два коротких сообщения, и через минуту рядом со мной открывается разрез портала, из которого выходит худощавая фигура.

На всякий случай врубаю Пелену тишины. Мало ли кто и как подслушивает.

— Шелкопряд… — спокойно произношу я. — У меня есть для тебя работа.

— Да? — скупо спрашивает он.

— С этого момента ты ходишь неотрывной тенью за Романовым. Везде. Есть у меня такое «наитие», — изображаю воздушные кавычки, — что один хитрожопый жучара решил его убрать. И, возможно, импульсивность сыграет против нашего комбинатора.

— А именно?.. — вскидывает бровь китаец.

— Скорее всего Хамелеон. Будем брать на живца.

— Понял. Сделаю.

И так же внезапно исчезает, как будто его и не было.

Да уж… Часа не прошло с начала нового этапа, как начались интриги. Осталось скинуть мальца с башни и увидеть карлика, тогда будет полный фулл-хаус.

Скучно явно не будет…

* * *

Зимнее ночное небо раскинулось над альпийской долиной, усыпанное мириадами звёзд. В их холодном свете разрушенный и частично восстановленный после нападения кселари форпост, где разместились лидеры кланов и политики со всего мира, кажется ещё более мрачным и зловещим.

Одинокий силуэт скользит вдоль стены двухэтажного здания, сливаясь с тёмными провалами окон. Он движется бесшумно и целеустремлённо, явно зная конечную цель своего пути.

Проникнуть в покои Романова, минуя все кордоны охраны и системы безопасности, для него — довольно просто. Даже успевает порадоваться, что того сторожат простые Войды, а не Квазары или, упаси Господи, Новы. Фигура бесшумно просачивается внутрь помещения, не потревожив ни одного охранника.

Просторная комната погружена в чернильный сумрак. Лишь через неплотно задёрнутые шторы пробиваются несколько полосок лунного света, очерчивая контуры мебели. На широкой кровати, укрытый тяжёлым одеялом, безмятежно спит новый Представитель Земли.