Первое решение
Шрифт:
— Мам, вот, смотри, — и Катя изо рта достала целую ягоду клубники.
— Катя, не красиво так. Нельзя изо рта вынимать, — с упрёком и сердито заметила мама.
— Катюнь, мама права, — поддержал Викторию мужчина. — Надо себя вести правильно. Что бы маме не было стыдно за твоё поведение. Если хочешь показать ягодку — лучше найди в своей вазочке, а уже потом покажи нам…
— Прости мам, я больше так не булу. Прости, дядя Олег, я поняла, — и, через секунду, девочка приняла пожелания дяди
— КАТЯ, — в изумлении от действий дочери, открыла, было, рот Вика, но почувствовала, как на её руку легла теплая ладонь Белого. Посмотрела на мужчину и увидела добрый мудрый взгляд и еле заметное отрицательное движение головой.
— Виктория. Вспомните сколько лет Кате, — еле слышно сказал ей Олег. — Да, и как я понимаю, Вы не часто бывали вместе в кафе, особенно, если учитывать последние события. Всё придёт в своё время, а сейчас пусть радуется жизни и своей юности. Это так быстро пролетит…
— Но также нельзя, — также тихо ответила Виктория.
— Можно, мама, можно. Слушай, что тебе говорят старшие, — и Катя подняла грязную мордашку из своей вазочки. — Всё. Я нашла что было. Теперь можете забирать. Да, дядь Олег. Я хочу теперь мамино мороженое. А твоё отдадим маме. Можно? — и посмотрела на Белого жалостливыми глазами.
— Тебе можно. И маме можно. Только не торопись, а то горло застудишь. А вообще как это всё в тебя помещается? Как я заметил, то ты сьела уже не только свою порцию, но значительно помогла и маме и мне, — со смехом заметил Белый.
— Я, когда начала есть, даже и не почувствовала вкуса у себя. А у Вас… у Вас было намного вкуснее, да и больше, чем у меня. Так что надо делиться.
И она сказала это таким тоном, что оба взрослых улыбнулись.
— Катя, а ты не лопнешь? — задала вопрос Вика, пытаясь пододвинуть к себе СВОЮ вазочку, но Катя не сдавалась, крепко вцепившись руками.
— Мама, не отнимай МОЁ. Возьми у Олега. Мы же договорились. Вот то и ешь. А это уже моё, — и Катя, потянув сильнее, вырвала из рук мамы свою добычу.
— Катерина. Как тебе не стыдно? Мне неудобно за твоё поведение. Ты ведёшь себя как поросёнок за столом. Ладно бы дома, но здесь вокруг люди. Смотри, на нас уже оборачиваются. Нельзя так. Я дома с тобой поговрю.
Виктория вспыхнула от стыда.
— Вика, — опять прикоснулся к ней Белый, — успокойтесь. Пусть малыш отведёт душу. Да я и не верю, что бы Катя вела себя дома так. Я прав? Она, нисколько не сомневаюсь, в Ваши тарелки не залезает со своей ложкой. Это здесь она расслабилась, да?
Катя, услышав слова, отодвинула от себя вазочку с почти доеденным мороженым и тоже
— Простите меня. Я не хотела. Но было так вкусно, что не смогла удержаться. Прости, мамочка. Понимаю, что вела себя плохо. Больше не буду так. И ты прости, Олег… — и она опустила глаза.
— Малыш. Ты наелась, наконец? — как будто ничего не произошло, совершенно спокойным тоном спросил Белый.
— Ой, — откинувшись на спинку стула, покрутила ладошкой по пузику девочка, — я бы и ещё сьела, но, чувствую, места уже нету. Мам, — дернула за рукав блузки Виктории дочь, — А ты доешь мороженое Олега? Если нет, то я попытаюсь сама. Не оставлять же его?
— Катя. Мама сама сьест. Ей и так мало вкуснешек досталось, — заметила Вика, крепко сжимая в руке вазочку. — А тебе плохо станет, это точно. Ты и так сегодня умяла две порции, которые и взрослые-то с трудом могут сьесть. И как в тебя, в твой маленький пузик, это всё поместилось-то?
— Поместилось как-то, — с недоумением ответила девочка и с удивлением посмотрела на свой появившийся животик. — Во, там всё, — и ткнула пальцев в пузо.
Взрослые улыбнулись такой непосредственности.
— Виктория, Вы что желаете из напитков — чай, кофе или сок? — спросил Белый.
— Мне сок, лучше… яблочный, — встряла Катя и захихикала, — а маме кофе. Она больше его любит.
— Катя, — опять с недовольством посмотрела на дочь мама.
— Виктория, Катя угадала Ваше желание?
— Да, если можно, кофе.
— Почему нет? Сегодня всё можно.
И Олег, встав, подошёл к стойке, а через некоторое время вернулся с двумя чашками кофе и стаканом натурального яблочного сока.
— Солнышко, — спросил Белый, увидев все вазочки пустыми. — Только честно ответить. Мороженое мама сьела или снова ты?
— Мама, честно. В меня уже ничего не влезает, — ответила малышка, вытянув через соломинку уже полстакана сока.
— Ну, наблюдая, с какой скоростью исчезает в твоём стакане сок, можно предположить, что у маленького создания необътное пузико — с ехидством отметила Вика, наблюдая за дочкой.
— Мам. Сок — это не мороженное. Это жидкость. А для неё у меня специально приготовлено место.
Олег улыбнулся, неторопливо отпивая из чашки кофе. Он наслаждался этими минутами покоя, что были так редки в его жизни. Когда не надо было куда-то мчаться. В данный момент было приятно, что рядом — красивая женщина и чудесная девочка, которая стала ему очень близка. Улыбнувшись своим ощущениям, посмотрел на малышку.
— Кать. Сейчас немного посидим и поедем. Ты только не вставай резко со стула. Может случиться, что упадёшь и покатишься как шарик на выход. Смотри, как пузик выпирает. Может перевесить.