Первая жена

Рымарь Диана

Она слушается, чуть прогибается, позволяет моей руке скользнуть в ее трусики.

Веду пальцами по нежной, гладкой коже лобка.

Чувствую, как Майя инстинктивно сжимает ноги, заставляю ее их раздвинуть. Накрываю ладонью ее промежность и испытываю нечто сродни эйфории.

Как же я скучал по этой конкретной вагине. Тут все мое! Хотя бы на какое-то время…

Я нащупываю пальцами ее клитор, немного тру его, чуть сжимаю. Именно так, как ей это нравилось раньше.

Убеждаюсь в том, что дева в принципе совсем

не против меня принять.

Она не истекает соками, как это бывало с ней раньше, но между ног у нее все вполне влажно. Она готова к тому, чтобы я ее взял.

Большего поощрения мне и не нужно, учитывая, что и без того еле сдерживаюсь.

Сам я даже не раздеваюсь. Просто расстегиваю на брюках ремень, спускаю их вместе с трусами, и вот я в полной боевой.

Член стоит, как солдат на плацу, и рвется в бой.

Заставляю Майю прогнуться сильнее, чтобы удобнее было ее брать. Быстро достаю из бумажника резинку, которую храню там на всякий пожарный. Натягиваю презерватив на член и направляю его в щелку между ее половых губ.

Неожиданно вхожу с трудом. Она за эти годы сузилась, что ли? Еле протискиваюсь внутрь, прямо как первопроходец.

— Давно не трахалась, что ли? — спрашиваю на ухо и освобождаю ее рот от своей ладони.

Вместо ответа Майя издает стон. Протяжный такой, сладкий.

По ходу дела, я не один скучал.

Я крепко хватаю ее за талию, дольше не медлю. С удовольствием в нее вдалбливаюсь, мне так кайфово, что, кажется, звезды перед глазами начнут мелькать.

Двигаюсь резко, с нажимом. Вырываю из Майи полустоны-полувсхлипы, заставляю ее сжиматься внутри. Она стоически меня принимает. Терпит? Или нравится? Хер поймешь… Как-то я разучился за эти годы распознавать ее реакции.

Меня накрывает ожидаемо быстро. Дурею от ее узости, безотказности и собственной безнаказанности, даже от самого факта, что я трахаю не кого-нибудь, а бывшую жену.

Я кончаю, плотно прижав Майю к стенке, рычу ей в ухо от яркого, слепящего, почти невыносимого удовольствия. Еще некоторое время нахожусь в ней, кайфуя от отголосков оргазма, лишь после этого отпускаю ее, делаю шаг назад.

Пока я поправляю одежду, Майя охает в панике:

— Как мне теперь выйти?

Ее вопрос неудивителен.

Волосы я ей растрепал изрядно, к тому же ее черное платье теперь свисает с одного плеча разорванной тряпкой.

Ну да, тут я малость переборщил. И вправду, не отправлю же я ее домой в таком виде.

— На вот, — с этими словами снимаю с себя пиджак.

— Как я так? — глаза Майи круглеют.

Я морщусь от того, насколько она расстроена.

Подумаешь, платье.

У меня тут только что был супероргазм, а она переживает о какой-то тряпке. Ей что, было совсем неприятно? Она сейчас не о шмотках думать должна, а обо мне.

— Я проведу тебя к черному входу, тебя отвезет домой мой водитель, — успокаиваю

ее.

Потом подхожу к Майе, закутываю ее в свой пиджак, параллельно как бы невзначай обнимаю.

Вот так запросто. Взял, подошел, обнял.

Приятно до дрожи и… Можно. Она же моя теперь, так? С потрохами. Так что имею право хоть иметь ее, хоть обнимать. И то и другое обалдеть как приятно, вот такой я извращенец.

Майя, кажется, деревенеет от моих действий.

— Пойдем, — я беру ее за плечи, чуть подталкиваю вперед.

Однако, как только мы выходим в коридор, из-за поворота показывается Инесса.

Черт, я совсем забыл про жену.

Глава 6. Счастливо женатый

Артем

Мы с Инессой проходим в квартиру.

Я отправил Майю домой с водителем, вернулся на вечеринку вместе с женой. Гостей к тому времени уже успел отвлечь ведущий, местный любимец публики. Следующий час они даже не вспоминали о том, что случилось, веселились на полную катушку.

Возможно, наша с Майей личная драма и тронула кого, вот только смелости заговорить об этом не нашлось ни у одного из гостей. И правильно. Мне хотелось прибить любого, кто бросит лишь один косой взгляд в мою сторону. Подозреваю, что по мне это было видно.

После всего, что произошло этим треклятым вечером, лично у меня не было никакого настроя что-либо праздновать.

Немного побыв на вечеринке для приличия, мы с женой поехали домой.

Честно, я надеялся, у Инессы хватит мозга не задавать лишних вопросов. Просто оставить меня в покое.

Но нет…

— Может, ты наконец уже скажешь, что вы делали в гримерке? — шипит она, едва мы проходим в гостиную.

Хм, вот и начало милого семейного вечера.

— Учти, я не дура, — продолжает она возмущаться. — Я пойму, если ты мне солжешь! Я заслуживаю правду!

Не дура она, ага.

Прям нельзя сообразить, что я делал с бывшей, учитывая, в каком виде она вышла в коридор. Неужели вправду не догадывается?

Я внимательно смотрю на Инессу, пытаюсь определить, всерьез ли она задает свои вопросы. И с удивлением понимаю, что ничего привлекательного в ней для меня нет. Меня давно от нее не вставляет. А после сегодняшнего вечера — так особенно.

Пока решаю, пожалеть ее или нет, Инесса продолжает атаку криком:

— Отмолчаться не получится, Артем! Почему твоя бывшая устроила этот цирк? Зачем ты с ней там закрылся? Я хочу знать, что вы делали!

— Трахались, — пожимаю плечами.

Да, мог бы выразиться деликатнее или вообще смолчать, что-то придумать, но не захотел. Потому что достала своими воплями.

Как только произношу сакраментальное слово, Инесса встает на дыбы.

— Что вы делали? — спрашивает она, переходя чуть ли не на ультразвук.