Перстень Сварга
Шрифт:
– Ты понимаешь, что только что сказала? Похоже, это недолгое заключение окончательно сделало тебя полной дурой, хотя ты и раньше особым умом не отличалась… - хотя голос Серио был спокоен, но Олея чувствовала, насколько он разозлен. В таком состоянии муж частенько совершал необдуманные поступки, о которых позже жалел, и Олея по горькому опыту знала, что сейчас ей лучше промолчать. Беда в том, что она уже не могла сдерживаться, да, честно говоря, и не хотела…
– Недолгое заключение?! Знаешь, о чем я начинаю мечтать после этих слов? Чтоб ты посидел там всего
– Твои воспоминания мне не интересны. Есть куда более любопытные темы…
– А вот мне, в отличие от тебя, интересно, кто из вас двоих хуже: эта малолетняя тварь, или ты, бездумно опекающий ее папаша? Иногда я начинаю ненавидеть вас обоих! Или ты думаешь, что мое пребывание в тюрьме может привести к иным чувствам по отношению к твоему дорогому чаду? И еще я очень хочу, чтоб твоя обожаемая дочка прошла через все то, что я перенесла по ее капризу!
– Что?
– Знаешь, чего я хочу больше всего на свете? Чтоб эта дрянь, твоя милая дочка, тоже оказалась в тюрьме. Вот тогда она, может быть, поймет, что это такое - добиваться желаемого любыми путями! Впрочем, тут у нее перед глазами есть достойный пример - ты!
– Об этих словах ты позже не раз пожалеешь!
– чувствуется, что муж был в ярости.
– Может быть! Но я рада, что наконец-то высказала тебе все то, что надо было сказать давно. Жаль, что раньше я молчала…
– Неужели до тебя все еще так и не дошло: мои дети для меня значат все! И в твоем с ними споре я всегда выберу их - это даже не обсуждается! Что бы они ни делали, что бы ни совершали - я всегда и во всем готов поддержать их!
– О да, тем более что ты делаешь это за чужой счет!
– Хоть бы и так! Смысл моей жизни - дети, а не ты! Да, я настоящий отец, и горжусь этим! Пойми это, наконец! А иначе… Иначе нам не стоит быть вместе.
– Тогда мне непонятно: зачем ты вообще женился на мне, и для чего когда-то ушел из семьи? Воспитывал бы своих драгоценных дочек, заодно привез бы сюда и тех троих сыновей, что растут у тебя на родине - и жил бы счастливой жизнью, интересуясь только ими! Или же тебе нужно было еще что-то другое? Люди, когда находят свое счастье, всеми силами стараются сберечь его, но ты… Неужто считаешь, что всегда и во всем поступаешь верно?
– Ты права в одном: я уже начинаю жалеть, что когда-то женился на тебе. Жил бы один - забот было бы куда меньше!
– А у меня - бед и позора!
– Вот даже как? Теперь мне многое стало ясно. Что ж, за язык тебя никто не тянул…- и муж с отсутствующим видом уставился в окно.
Олея чувствовала, как сильно задели Серио ее слова, но сейчас молодую женщину это ничуть не беспокоило. Вся боль и позор последнего времени - все это разом выплеснулось у нее при разговоре с мужем, но Олея чувствовала, что она поступила верно. Это раньше она бы промолчала в очередной раз, но сейчас женщина была в том состоянии, когда не думаешь о последствиях. Сколько можно таить в душе то, что
Какое-то время ехали молча, а затем Серио внезапно постучал в стену кареты, приказывая кучеру остановиться. Олея тоже глянула в окошко - странно, они же еще не приехали, их дом находится дальше…
– Выходи!
– муж распахнул дверцу кареты.
– Что?
– не поняла Олея.
– Вон пошла. Сама видишь - дом твоих родителей на соседской улице. Убирайся к ним. Навсегда.
Олее показалось, что это происходит в кошмарном сне. Еще и это…
– Ты что, с ума сошел?
– Я сошел с ума, когда женился на тебе. Теперь пора исправить эту ошибку, и чем раньше я это сделаю, тем будет лучше для всех. Ты не смогла стать матерью для моих девочек…
– У твоих дочерей есть мать, которую они любят, и менять ее на другую женщину не намерены! Да этого и не стоит делать - о твоей бывшей жене никто слова худого не говорит!
– Дура!
– с ненавистью прошипел муж.
– Ты настоящая дура, и это я понял уже давно! И знай: раз ты не любишь моих детей, то и мне такая жена не нужна. Пошла вон, я сказал!
– Не рассчитывай - из кареты я не выйду!
– теперь уже и Олея едва не кричала.
– Даже не надейся на это!..
– А я сказал - вон пошла!
– и Серио, схватив жену за шею, грубо вытолкнул из ее кареты, причем сделал это с такой силой, что женщина упала на мостовую.
– Убирайся к своим родителям! И чтоб духу твоего в моем доме больше не было!
Дверца кареты закрылась, и кучер тронул лошадей с места. Олея в растерянности проводила взглядом удаляющуюся карету. Нет, с ней не может произойти еще и этого! Продолжающийся наяву кошмарный сон…
Молодая женщина с трудом встала на ноги - она здорово ушиблась при падении, ободрала ладони, а голова от боли просто-таки раскалывалась. Отряхнула пыль с одежды, огляделась по сторонам. Ну, да, так оно и есть - все люди, находящиеся неподалеку, с любопытством, а то и с ухмылками смотрели на нее. Даже те, кто спешил по делам, и те остановились, ехидно глазея на нее. Понятно, не каждый день увидишь такое, чтоб из дорогой кареты посреди дороги выкидывали бабу, словно ненужный хлам. Какой позор!
Но самое неприятное было в том, что среди любопытствующих лиц Олея увидела и несколько знакомых - все же она выросла на соседней улице, и тут ее многие знают. Таращатся на нее со всех сторон… А уж про прохожих и говорить не стоит! Вон, какой-то мужчина с неприятным лицом, чем-то напоминающим лисью морду, аж своего коня остановил, на нее во все глаза смотрит… Он что, за их каретой от самого суда ехал? Делать человеку нечего!
С горящими от стыда щеками Олея метнулась прочь, в переулок. Отсюда до родного дома совсем близко. Скорей, скорей убраться отсюда, от насмешливых и любопытных глаз!