Перстень Борджа

Чейз Джеймс Хедли

Гэрри схватил окровавленный камень, швырнул его вверх. Камень пролетел рядом со стервятниками, те тяжело поднялись и улетели, громко хлопая крыльями.

– Они знают, что я умираю, – пролепетала Гея. – Гэрри! Я боюсь.

– Вы не умираете! Укус насекомого. Через день-другой поправитесь.

– Мне уже не помочь, – продолжала она. – Оставьте меня. Подумайте о себе. Не знаю, что со мной, но долго не протяну. Ноги окоченели, тело горит.

Гэрри дотронулся до ног женщины: холодны как лед.

Стервятники снова с шумом опустились на дерево.

– Вы действительно

хотите остаться со мной?

– Хочу и останусь.

– Гэрри, вам не придется долго ждать. – Из глаз Геи покатились слезы. – Обещайте мне одну вещь.

– Все, что угодно.

– Похоронить меня нельзя. Разве вырыть могилу голыми руками? Пожалуйста, бросьте мое тело в реку. Лучше крокодилы, чем эти…

– Не говорите об этом. Вам надо отдохнуть. К завтрашнему дню вы выздоровеете.

– Обещайте, Гэрри.

– Хорошо, обещаю, но…

– Вы были правы, говоря, что нельзя все мерить деньгами, – прервала Гея. – Если бы деньги не значили для меня так много, я бы не попала сюда. Гэрри, у вас есть бумага и ручка? Я хочу написать завещание.

– Гея, не стоит…

Слезы хлынули, размазывая грязь.

– Гэрри… пожалуйста… если б вы знали, как мне трудно говорить. Все болит. Позвольте… помогите мне написать завещание.

Гэрри достал из рюкзака блокнот, шариковую ручку.

– Я должна писать сама, – прошептала Гея. – Управляющий банка знает мой почерк. Помогите мне сесть.

Двадцать минут ушло, чтобы написать несколько строчек.

– Все, что у меня есть, я оставляю вам, Гэрри. На моем счете в Берне больше ста тысяч долларов. Поезжайте туда, найдите доктора Кирста. Он – управляющий банка. Расскажите ему, что случилось… Расскажите ему обо всем, в особенности о музее Каленберга. Передайте ему завещание, Кирст все устроит.

Спустя три часа багровый диск солнца коснулся горизонта; Гея умерла тихо, так и не поняв, что причиной ее смерти была маленькая царапинка на пальце, совсем незаметная.

Феннель быстро шел вперед. Время от времени трясина заставляла его делать широкий круг, отнимая последние силы. Однажды Лью провалился по колено в жидкую вонючую грязь и с трудом выбрался на сухое место. Феннель постоянно думал о том счастливом моменте, когда войдет в кабинет Шалика и выложит, что перстень у него. Если Шалик надеялся получить перстень за девять тысяч долларов, его ждало жестокое разочарование. Феннель твердо решил, что отдаст перстень лишь за тридцать шесть тысяч, то есть за сумму, обещанную Шаликом всем четверым. Через четыре-пять дней он доберется до Лондона и, получив деньги, укатит в Ниццу. Он заслужил отпуск. Когда надоест Ницца, Лью наймет яхту, захватит с собой пташку и отправится в круиз по Средиземному морю.

Феннель уже вычеркнул из своей жизни Гею и Гэрри, не сомневаясь, что никогда их не увидит. Кена, конечно, жаль. С Кеном он чувствовал бы себя гораздо уверенней.

Солнце медленно падало к гряде гор, в джунглях темнело. Феннель решил, что пора устраиваться на ночь, сбавив темп, вскоре увидел слева от тропы пятачок жесткой травы, над которым возвышалось дерево с густой кроной.

Положив

рюкзак на землю, Лью быстро собрал хворост, разжег костер, сев спиной к дереву, раскрыл рюкзак Кена: три банки тушенки, две фасоли, одна мясного рулета. Довольно хмыкнув, Феннель вскрыл банку рулета. Наевшись, закурил, бросил в костер несколько веток и расслабился.

Джунгли жили своей жизнью. Шелестели листья, стрекотали насекомые, издалека донесся рев зверя, ночные птицы хлопали крыльями над головой. Феннель докурил сигарету, закрыл глаза. Далекий шум джунглей усилился, приобрел зловещий оттенок.

Что, если зулусы заметили костер и подкрадываются к нему?

Негодяи сажают пленников на кол, уверял Каленберг.

На лбу Феннеля выступил пот. Угораздило его разжечь костер! Острые глаза дикарей издалека обнаружат огонь. Схватив толстую ветку, Феннель раскидал головешки. Темнота тут же окутала Лью душным черным покрывалом. Прижавшись спиной к стволу дерева, Феннель всматривался в джунгли, но видел лишь пугающую пустоту. Феннель просидел больше часа, вздрагивая при каждом звуке, наконец голова упала на грудь, и навалился сон. Лью слишком устал, чтобы бояться призраков.

Феннель проснулся с отчаянно бьющимся сердцем. Рядом был кто-то еще. Врожденное чувство опасности било тревогу. Сжав толстую ветку, Лью вслушался в темноту.

Совсем рядом, ярдах в пяти, что-то двигалось по траве. Феннель достал фонарь, направил его на звуки, нажал кнопку.

Луч осветил животное: по лисьей морде, грязно-желтой с черными пятнами, по смраду Феннель понял, что перед ним гиена.

Через мгновение хищник исчез в кустах, но и этого хватило, чтобы Феннель в панике вскочил на ноги: вспомнил смерть Кена.

Гиена! Мерзкая тварь. Мало кто знает, что у этого трупоеда невероятно мощные челюсти. Гиена без усилия перегрызает бедренную кость коровы, всего боится и выходит из логова только ночью. Гиена за несколько миль чует запах добычи и готова ждать вечность, лишь бы застать жертву врасплох.

Дрожащей рукой Феннель направил луч на кусты. И снова гиена, сверкнув глазами, отпрыгнула в сторону.

Готова ждать целую вечность, лишь бы застать жертву врасплох. Зря Кен рассказал ему это.

Феннель понял: больше не спать, взглянул на часы. Три утра. Еще час – и можно в путь. Чтобы не посадить батарейку, выключил фонарь. Тут же из темноты донесся злобный смех маньяка, кровь в жилах застыла, волосы встали дыбом. Ужасный звук повторился… вой голодной гиены.

Целый час Феннель простоял, прижавшись к дереву, сжимая в руке толстую ветку. В темноте хохотала гиена…

Наконец рассвело, Лью еле держался на ногах. Подняв рюкзак, Феннель двинулся по узкой тропе, ведущей на юг. Шел гораздо медленнее, чем вчера. Через два часа решил перекусить, немного отдохнуть. Сев на упавшее дерево, Феннель вскрыл банку фасоли, жадно съел, запил глотком воды из бутылки Кена. Выкурив сигарету, с трудом заставил себя подняться. Пройдя еще пять миль, Феннель взглянул на компас и увидел, что вместо юга шел на юго-запад, не заметив, что тропа, загибаясь, увела с нужного направления.