Перстень Александра Пушкина
Шрифт:
Дуло включил свет. На полу в луже крови лежала девушка.
– Линка… – Соседка бросилась к ней.
– Не нужно ничего трогать, отойдите к двери! – распорядился Флегонтов.
– Батюшки мои, милые, жива она, еще дышит!
И точно, Лина Карягина шевельнулась и чуть слышно всхлипнула.
– Срочно «Скорую»! – крикнул Сергей и сам присел возле девушки. Пока Флегонтов звонил в полицию и вызывал «Скорую помощь», он перевернул Карягину на спину и увидел в ее груди воткнутый нож. Дуло обратился к старухе: – К Корякиной кто-нибудь
– Видела вроде мужчину, но он быстро ушел.
– Видели у подъезда, на лестничной площадке?
– В глазок, милый, в глазок…
Покосившись на открытую дверь, Дуло мрачно заметил:
– У вас здесь темень… Каким он был из себя? Высокий, низкий, темный, светловолосый, в куртке, в пальто?
– Вроде как ты ростом. – Старуха перевела глаза на Флегонтова. – Или как он.
– Ясно, – буркнул Сергей. – Волосы какие? Короткие, длинные, темные, светлые, седые?
– Да вот в аккурат как у тебя… Или у него. – Она снова показала на Флегонтова.
– Куртка тоже как у меня? – язвительно спросил Дуло.
Но старуха не уловила подтекста и охотливо закивала:
– Точно, точно. Как у тебя. Или как у него.
– Ладно, бабуля, поговорим в другой раз. – Сергей посмотрел на Флегонтова. – Где же «Скорая»?..
– Па-а-апрошу всех на выход! – В прихожую ворвался мужчина в синей куртке со светоотражающей полосой. Он с ходу поставил свой чемодан на пол и раскрыл его на две стороны. В дверях появились двое, с носилками.
– Ее необходимо срочно везти в больницу. – Врач достал шприц и вколол Карягиной какой-то раствор. – Быстро носилки!
– Минуту! – Дуло выхватил телефон и сделал несколько снимков. – Теперь забирайте.
Санитары подхватили Карягину, и в этот момент она открыла глаза, выразительно посмотрела на Дуло и приложила руку к своему уху.
– Что? – спросил он. – Что?
Рука безвольно упала, глаза девушки закрылись. Наблюдая за тем, как ее выносят из квартиры, Сергей тихо спросил:
– Жить будет?
– Кто ж ее знает, – ответил врач и, попрощавшись, выбежал вслед за носилками.
– Криминалисты уже на подъезде, – доложил Юрий Флегонтов. – Дежурный следователь будет минут через пять.
– Послушай… – сказал Дуло. – Тебе не показалось, что она хотела что-то сказать?
– Кто?
– Эта девушка, Лина Карягина.
– Нет, ничего такого я не заметил.
– Этот ее жест… Когда она открыла глаза и показала на ухо.
– На чье ухо? На твое? – рассеянно спросил Юрий.
Дуло махнул рукой.
– Иди, встречай криминалистов, а я осмотрюсь…
Когда, наконец, приехали криминалистическая группа и дежурный следователь, началась обычная круговерть. Осмотр квартиры на первый взгляд не дал никаких результатов, но необходимые в таких случаях действия были исполнены.
Домой Сергей Дуло приехал в шесть утра. Чтобы не разбудить Полину, лег на диван в гостиной и мгновенно уснул.
В девять его разбудил звонок.
– Слушаю…
– Свирская Полина Сергеевна кем вам приходится? – спросил неизвестный мужчина.
– Это моя жена.
– Тогда вам придется приехать на опознание в Санкт-Петербург…
– Минуточку, – прервал его Дуло. – Причем здесь моя жена?
– Она мертва, и вам необходимо опознать ее тело.
Сергей вскочил на ноги:
– Моя жена спит в соседней комнате, а вы… – Он вдруг замолчал, подошел к двери спальни, распахнул ее и увидел застеленную постель, потом перевел взгляд в угол, где еще вчера стоял собранный чемодан Полины.
– Куда я должен приехать? – Его слова были тяжелыми, как свинцовые пули.
– Пишите, диктую адрес…
Глава 4. Опознание
Опознавать тело жены Дуло поехал на своей машине. Еще вчера утром Полина была жива, и они собирались в Санкт-Петербург вместе, а сегодня он едет один. Позади, в Москве, осталась его счастливая жизнь. Впереди, в Питере, в морге, ожидало застывшее тело жены, бывшее совсем недавно родным и желанным.
Мимо него проносились указатели городов. И каждый приближал момент истины. Момент, когда рухнет мир, и Сергей твердо знал, что другого ему уже не построить. Все потеряло смысл. И когда он сказал себе: «Это конец», – так оно и было на самом деле.
Солнечногорск… Клин… Тверь… Дорога была страшной не потому, что вдоль нее тянулись полуразрушенные дома и нежилые деревни, а потому, что вся его жизнь провалилась, как сломанный хребет крыши одного из этих домов.
Разговор со следователем был кратким, Сергей записал адрес и помчался к машине. Расспросы были излишни. И так все ясно: Полину убил взрыв на железнодорожном вокзале.
Зачем она поехала в Питер одна? Теперь это не имело никакого значения. Как и то, что он об этом не знал. Случилось то, что случилось…
Сергей вытащил телефон и проверил входящие. Последний звонок от жены поступил за пару часов до отправления их поезда. Помнится, он сбросил его и написал эсэмэску: «Ночевать не приду. Не жди, ложись без меня».
Предвечернее солнце слепило глаза, он опустил козырек и с ненавистью взглянул на свое отражение в зеркале: землистое, щетинистое лицо с ввалившимися глазами.
– Ночевать не приду… Не жди… Ложись без меня… – процедил он, глядя себе в глаза. – Ну что, сукин сын, понял теперь, что для тебя самое главное?..
Дуло перевел взгляд на дорогу, и у него появилось неодолимое желание перезвонить следователю, узнать подробности смерти Полины. Он даже стал искать его номер, но потом отбросил телефон на сиденье.
– Ее все равно не вернуть…
Не доехав до Вышнего Волочка, Дуло намертво встал в пробке. Упершись в потрепанный зад проржавевшей фуры, он вдруг с силой ударил кулаками по рулю, а потом схватился за голову и зарыдал.