Персонаж
Шрифт:
– Простите, – запинаясь, я решил уточнить, – а если мы не найдем того, кто это сделал?
Полковник улыбнулся и очень тихо ответил:
– Я думаю, мне не надо объяснять тебе последствия, если Центральное Управление ударит лицом в грязь?
Да, объяснять мне было не надо. Я прекрасно понимал, чем грозит провал. Как минимум, выговором и штрафом. Как максимум – увольнением по статье за несоответствие, невозможностью устроиться на работу и позором до конца дней. Утрировано, конечно, но когда тебе не больше двадцати пяти, то ты гипертрофируешь значение трагедии.
– Но если вы справитесь, Круглов, –
Тут же моя фантазия смоделировала мечтательный образ повышения, личный кабинет, службу в более интересном отделе, большую зарплату и всё то, чего желает рядовой клерк.
– У тебя всё? – Смертин вернул меня в кабинет.
Я, пару раз недоуменно моргнув, кивнул, после чего отдал честь и вышел. В тот день я работал недолго. Капитан Пулькин, как и обещал Булаков, отпустил меня пораньше, дав одно единственное напутствие: «Удачи, Круглов. Не подкачай». Но и это было удивительно слышать из его уст, так как среди четырех слов не затесалось ни одного матерного.
Вечер прошел сумбурно и в сборах. И если с одеждой всё было более или менее понятно, так как она хранилась в одном единственном шкафу, то с мелочевкой было сложнее. Я очень долго искал чехол от зубной щетки. Нашел. Положил в него щетку. Потом понял, что утром надо чем-то чистить зубы. Вытащил щетку и поставил ее в стаканчик на место, сложив рядом чехол, чтобы не забыть. Предполагая, что жить мы будем гостинице, я не стал брать мыло с шампунем. Часы, валюта, телефон, записная книжка, ручка, очки. Вроде, всё. Была примерно полночь. Я посмотрел на собранный чемоданчик небольшого размера и понял, что Булаков меня на смех поднимет, когда увидит, что я собрался аки пенсионер на дачу. Пришлось вычленять из всего самое необходимое, упаковывая это в небольшую дорожную сумку. Около двух часов ночи, вымотанный, я бросил это неблагодарное занятие и уснул на диване. Всего лишь неделя. Устроил тут, понимаете ли.
Глава 2. Новость
– Сколько лететь до Центракса? – я вжался в кресло и вцепился в подлокотники мчащегося сквозь пространство космолета. Внешне могло показаться, что у меня крутит живот. Так оно, собственно, и было, только больше от страха, чем от съеденного накануне. Я никогда раньше не летал на подобном корабле. Тем более, на такие расстояния. Были небольшие перелеты в гости к друзьям к ближайшим планетам в зоне досягаемости небольших крейсеров. Но если сравнивать масштабы кораблей, то тут я был в восторге и замешательстве одновременно. В полете даже немного звенело в ушах от создаваемого давления по всему телу.
– Часов десять, думаю. Не меньше, – Булаков спокойно допивал уже пятую по счету чашку кофе, не отрываясь от какой-то развлекательной передачи на экране телевизора в подголовнике переднего кресла.
Десять часов! Нужно продержаться всего десять часов, и мы снова будем стоять на земле. Ну как на земле – на том, из чего состоит Центракс. По информации в Едином справочнике, содержащем большинство основ и данных Федерации, преимущественной составляющей Центракса была галактическая пыль, сдобренная всякими металлическими примесями. Так что не исключено, что мы летели в какие-то шахты. Или на вулкан.
Мне кажется, что во время полета я переделал всё: почитал, посмотрел кино,
«Уважаемые пассажиры! Через десять минут Шаттл EVSA-501 совершит посадку на планете Центракс. Пожалуйста, займите свои места и пристегните ремни».
Этот приятный женский голос разбудил меня. Помню, что я тогда очень удивился. Обычно капитанами кораблей назначаются мужчины. А тут голос был женский, причем, весьма приятный, что удивляло вдвойне. Я подумал про невероятное равноправие в галактических масштабах: доверить такие расстояния и класс космического судна женскому полу. Нет, что вы, я не сексист, но есть ряд профессий, которые по гендерному признаку, на мой взгляд, лучше разделять. И управление гиперпространственным шаттлом в их числе.
Примерно через пару минут наш корабль неплохо тряхнуло, чем напугало пассажиров. Скорее всего, мы вошли в атмосферу планеты. Но и тут командир корабля успокаивающим голосом разложила информацию по полкам, заверив, что всё в порядке. Всё и вправду было в порядке. Иллюминаторы раскрылись, и я с трудом разглядел отрывшуюся действительность, свысока никак не отличимую от земной. Разве что многоэтажек практически не наблюдалось. Почувствовав удар колес о твердую поверхность и сильное замедление, которые свидетельствовали об успешном приземлении, пассажиры окончательно расслабились.
У трапа нас встретил мужчина средних лет, облаченный во все черное.
– Круглов Евгений и Булаков Михаил? – услышали мы, как только дошли к основанию лестницы. Он точно знал, как мы выглядим, не выискивая лица из многочисленного количества гостей планеты, и потому обратился напрямую.
– Да, мы, – грубо ответил капитан. Я в ответ лишь кивнул.
– Прошу в машину, я провожу вас к месту вашего проживания.
– Не надо, – скомандовал Булаков. Отвези нас сразу на место преступления, а после – в местное управление. Сразу к делу!
– Как скажете, – почтенно пробубнил наш провожатый и забрал багаж.
Мы уселись в роскошный автомобиль, который передвигался на воздушных подушках. Интерьер, если позволите так выразиться, выглядел по-королевски, создавая ощущение и видимость сытой жизни вкупе с технологическим превосходством. На Земле я лишь несколько раз встречал подобные автомобили. А тут в принципе не было другого транспорта. Всю дорогу мы провели в тишине, наслаждаясь пейзажем. Путь пролегал по скоростному шоссе, вдоль которого то и дело мелькали дома из красного, желтого, белого кирпича, утопавшие в густой зелени деревьев и кустарников. Меня не покидали мысли о том, что беглые преступники неплохо устроились, скрываясь от преследования. Не каждый, конечно, мог себе позволить остановиться на Центраксе. Но тот, кто мог, жил припеваючи. Единственное, что смущало – отсутствие хоть кого-то на улице. Город, куда мы прилетели, выглядел неестественно пустынным.