Перплексус
Шрифт:
«Буквы и цифры. Цифры и буквы. Алфавит и цифры. Порядковый номер литера. Первая ступень шифровки - подстановка по порядковому номеру...».
– Точно!
– воскликнул он, когда на него снизошло озарение.
В кириллическом алфавите 33 буквы. «А» - первая, «Я» - последняя и, соответственно, 33-я. Значит, эти буквы и цифры - вид и название шифра первой ступени. Той самой, которую он уже разгадал! В таком случае, возможно, и вторая строчка, с точками и черточками, тоже даст подсказку к следующей ступени.
Однако определить,
– Проклятье!
– выкрикнул Виам после нескольких попыток собраться, которые не принесли ничего, кроме раздражения и пустой траты времени.
В два шага он подскочил к кубу, схватил его и швырнул в стену. Тот, ударившись, отскочил обратно и грохнулся на пол. Тогда парень замахнулся и пнул по нему, но вместо ожидаемой разрядки, он, почувствовал резкую тупую боль, и впал в ярость.
– Ах ты, кусок дерьма!
– выругался Виам, подбежал к пистолету и начал его заряжать.
Ему хотелось взять это оружие и без остановки палить, в дребезги разнося всё вокруг!
Злость распирала его изнутри. Он пытался вставить патроны в барабан, но пальцы его рук, трясущиеся от возмущения, негодования и беспомощности, не слушались настолько, что 2 снаряда он попросту уронил, а когда закончил заряжать, состояние аффекта практически сошло на нет.
«Что за...» - вдруг, подумал Виам, когда его периферийное зрение вновь подало сигнал о едва уловимом движении.
Парень поднял голову и посмотрел на стену, а затем и на всё помещение. Он не мог утверждать наверняка, но, субъективно ему казалось, что комната стала меньше той, в которой он пребывал изначально. Молодой человек подошел к стене вплотную и убедился, что та действительно медленно двигалась. Они все двигались.
Стенки сходились, помещение схлопывалось. Теперь на решение головоломки Виаму отводилось время. Неизвестно сколько, но точно немного. «Надо же, вот именно это время - час, плюс-минус, минуты, может оказаться последним в моей жизни. Вот каково это - точно знать, сколько осталось жить... необычно», - подумал парень и принялся за дело. Сдаваться он не собирался.
Снова принявшись за расшифровку знаков на столешнице, Виам повторял про себя их последовательность, которую выучил уже наизусть - «Точка. Черточка. Черточка. Черточка. Точка. Точка. Точка...»
Он закрыл глаза, и повторял эти слова, раз за разом, представляя, как записывает их. Как, вдруг, понял, что на слух они воспринимались иначе, чем на глаз - ведь, если бы он их не видел, а только слышал, то выводил бы не вертикальные, а горизонтальные черточки, которые, в его мыслях, уже превратились в тире. «Точка. Тире. Тире... Азбука Морзе! Боже, наверно именно поэтому здесь тишина... это намек на то, что надо слушать».
Открыв КвадраТату, Виам, всё на том же экране, быстро подобрал буквы к указанным
Правило этого способа состояло в замене n-й буквы алфавита буквой с номером, равным x - n + 1, где x было числом букв в алфавите.
К уже имеющейся информации на спроецированном с КвадраТату экране, парень добавил алфавит в обратном порядке. Получилось следующее:
абвгдеёжзийклмнопрстуфхцчшщъыьэюя [исходный текст]
яюэьыъщшчцхфутсрпонмлкйизжёедгвба [шифрованный текст]
После, он поднял куб, поставил на место в центр комнаты и написал ещё один скрипт для автоматической замены букв, учитывающий правило данного вида шифрования. Теперь все слова выглядели совсем иначе, но снова не несли в себе никакого смысла. Основная криптограмма превратилась в:
егыг кгжгъг лфтсояксегхя флрсрлпю ахлш еюжгбьлшфв обжзм, ъхсдю ргмхл узызрлз ёсосесоспнл л схнуюхя ахсх нцд. тцфхя тсдзжлх флоярзмылм.
Остальные же выглядели не лучше:
1. гознфгржу тусшсусе
2. рлнсов хзфог
3. лфггн рябхср
4. ёзрулш ёзущ
5. гржзуф щзояфлм
После такого результата, Виам чувствовал опустошение близкое к отчаянию - ведь, фактически, он не приблизился к разгадке. Его результаты были настолько убогими, что парень начал сомневаться в своих умственных способностях и правильности своих рассуждений. Ему казалось, что он не справляется, что движется в неверном направлении и потратил всё это время напрасно.
– Дерьмо! Дерьмо!
– негодовал Виам.
Это был тот самый момент, когда испытываешь к себе не просто злобу, а лютую ненависть. Когда, буквально, подводишь сам себя, но ничего с этим поделать не можешь.
В голову лезла какая-то ерунда, а между тем стены становились всё ближе.
«Может, пойти вздремнуть часок? Интересно, а Дубликаты бы уже разгадали эту хрень? Наверно, если бы я сейчас спросил кукушку «Сколько жить мне осталось?», она бы ответила «да ты совсем ку-ку, приятель». И какой клоун придумал эти состязания? Квирит... Гражданство... блин, вы б ещё рэп-баттл устроили и дефиле в чулочках. Проклятье...»
Виам ничего не понимал. Он просто стоял с потупленным на куб взглядом и думал о том, чего не успел в этой жизни и о том, что уже поздно что-либо предпринимать. Ему казалось, что где-то он упустил из виду нечто важное.
Тогда, молодой человек собрал все предметы на стул, сложил руки на груди и просто на них уставился.
Из того, что могло ему реально хоть как-то помочь в продвижении к разгадке головоломки, оставался лишь кубик для игры в кости. Он схватил его и начал снова вертеть в руках.