Перо короля

Мали Мари

Я в недоумении смотрела на него, что за фамильярность для такой высокопоставленной особы. Какая я ему птичка,

— Хорошо, я подожду, а что с Милией, ей теперь лучше? Ей помогло, то что мы сделали?

— Милии теперь нужно только время, чтобы восстановиться, ее хворь ушла, благодаря Вам. Теперь моя племянница будет жить.

— А что с ней было?

— Она не хотела жить, ничего не ела, приступы сильной тоски нападали на нее, лекари не могли уже помочь, душевная болезнь съедала ее и тут вы — как дар небес.

Я смутилась

от его взгляда, как-то он подозрительно всматривался в меня, понравилась я ему что ли или от благодарности за племянницу так реагирует. Мысли мои разбегались в разные стороны, новая реальность давила на меня, появилось ощущение, что теперь я не буду принадлежать себе. Чаша на весах сомнений колебалась во мне, с одной стороны помогать людям хотелось, с другой стороны, я понимала, что жизнь моя будет положена на алтарь служения.

В комнату вошел еще один мужчина, очень похожий на короля.

— Алед, скорее Милия хочет видеть тебя и свою спасительницу.

Король подошел к кровати и вытянул руку, чтобы я облокотилась на нее и встала, при этом вопросительно смотря на меня.

— Я в порядке, если Вы об этом хотели спросить.

Ухватившись за руку короля Аледа (теперь хоть знаю, как его зовут), я встала с кровати, он не отпускал меня, так и пошли мы к девочке Милии.

В комнате Милии, Алед усадил меня в кресло около кровати, сам присел к девочке и взял ее руку в свою.

— Дорогая, как ты себя чувствуешь.

— дядя Алед, мне хочется гулять, я хочу на кухню, узнать придумала Фанни новые пирожные или может лучше на улицу, проведать моего щенка, я так соскучилась по всем.

Милия тараторила без остановки, ее отец стоял рядом и плакал, не сдерживая себя. С другой стороны, сидела вероятно мать Милии и смотрела на меня не мигая, не было видно, чтобы она сильно была рада выздоровлению дочери. А может она и не мать вовсе.

Милия посмотрела на меня и сказала — это Вы помогли мне, спасибо, я все время как будто шла по темному коридору, а теперь вижу солнце, мне так весело сегодня, я хочу скорей увидеть всех своих друзей.

Я улыбнулась и пожелала ей скорей восстановиться, а для этого нужно хорошо питаться и слушаться лекарей. Я делала серьезное лицо, давая наставления ребенку, но при виде искренней радости Милии, мне самой хотелось смеяться, и я чувствовала, как будто внутри разрастается теплый шар. Это тепло давало ощущение эйфории и какого-то непередаваемого блаженства.

Алед взглянул своим пронизывающим взглядом и сказал, что резерв восстановлен, и он может меня проводить, пора домой.

Он опять протянул руку, я облокотилась, пожелала всем присутствующим хорошего вечера, и мы ушли снова в комнату вестей.

— Ления, Вам пора домой отдохнуть. Сегодня я не буду посылать вестей, чтобы Вы набрались сил, а завтра я разошлю две вести, нам придется сделать то же самое что и сегодня.

— Нам? — удивилась я.

6. Новые "пациенты"

— Да, нам, Вы не ослышались.

Учитывая обретение Вами настолько редкого дара, нужно помочь остро нуждающимся подданным королевства.

Я поклонилась королю, подумав, что поклоны во всех мирах являются данью уважения королям и лишним точно не будет. Проведя мизинцем по перу, я опять стала голубкой и улетела теперь уже домой.

Выпав из воронки у себя дома, пошла в спальню, там упала на кровать, но сон не шел ко мне, новый дар будоражил мое воображение, я совершенно не понимала, как теперь будет складываться моя жизнь.

Утро началось уже привычным для меня образом, служанка нагрела воды, Перрит принесла кофе и завтрак.

— Перрит, король сказал, что сегодня нужно будет помочь двоим поданным, день будет насыщенный, скорее всего вернусь поздно вечером. Мне нужна походная одежда, я не могу все время ходить в этих неудобных платьях. Есть ли у меня какой-нибудь костюм для верховой езды или что-то подобное?

— Милая моя госпожа, костюм есть конечно, но это же неприлично, явиться перед королем непонятно в чем.

— Перрит, все отлично и прилично, неси посмотрим, что там за костюм.

Помощница метнулась к огромному шкафу и вытащила костюм всадницы, состоящий из облегающих штанов и платья с разрезами по бокам.

— Ну, честно говоря, я как-то представляла костюм без платья, а тут штаны и снова платье сверху, ну да ладно, будем работать с тем что есть.

Я взяла ножницы и обрезала платье так, что его длина доходила теперь до колена. Вот так-то лучше намного, а то ишь взяли моду, я значит в воронках портальных болтайся в бальных платьях.

Перрит ахнула и присела на кровать — что скажут люди, что у вас голова набекрень уехала.

— Перрит, но она ведь действительно пострадала, моя голова то, пусть списывают мои чудачества на травму. Вот такая странная вестница в королевстве теперь. Ну а мода, она что лишь бы кто-то первый показал, а там как понесется, не остановишь. Мне нужны такие костюмы в разных цветах, озвучила я свое пожелание и кармашки, чтобы внутри были для всяких мелочей.

Когда завтрак уже остался в прошлом, и я сидела одетая в новый костюм, в душе возникло ощущение тревоги, как будто все хорошо, но как-то свербит. Тут я подскочила от догадки, это же, наверное, весть пришла от короля, поэтому неспокойно на душе понеслась в комнату вестей проверить свои домыслы.

Весть лежала в чаше и посверкивала, дожидаясь меня. Быстро схватив свиток, который тут же стал лентой вплела его в косу, потрогала перышко и упала в воронку уже птичкой.

Выпала я уже ожидаемо в чью-то комнату вестей, обернулась собой и кинула ленту в чашу. Звук шагов я услышала только через несколько минут. В комнату вошел мужчина лет тридцати, его внешность напомнила мне Бреда Питта в молодости, он внимательно смотрел на меня, в его глазах плескалась такая боль, что мне стало не по себе.