Пернач V

Глазков Алексей

— Так и есть. Кроме самих перемещенных.

— А почему байкеры?..

— Это мог быть кто угодно, просто байкеры были случайно внесены в выборку на перемещение.

— Виртуальная игра с максимальным погружением.

— Именно так. Биочип мы вживим в вас снова. Вирус больше не сможет влиять на ваше сознание, и тело, Александр Вячеславович, можно сказать, что это прививка из вашего времени. Только без функций игры.

Я все понял. Я должен уничтожить “подавитель”, и тогда вирус снова сможет функционировать. Вот зачем меня отправили в Москву. Если я его уничтожу — пустошь снова

оживет. Снова рейдеры, снова деревеньки с крестами. А если нет? То что? Мне надо немного разобраться во всем этом, а для этого…

— Я согласен сотрудничать.

— В этом мы и не сомневались, Александр Вячеславович. Но мы приняли некоторые меры…

— Чип. — догадался я.

— Да.

— Когда меня выпустят?

— Сейчас, после небольшой инъекции. Нам нужно купировать вирус.

— Но что с Лией?..

— Она все так же останется с вами, и будет вам помогать.

— Отлично…

— Мы сказали все, что могли на данный момент. Мир погиб, Александр Вячеславович.

— Кадавры — кто они?

— Это биологическая форма жизни, пораженная вирусом.

— Так они — люди??

— Не совсем. До новых встречь.

Свет погас, и я провалился в сон. В целом, никто и не думал, что капсула откроется, и я уйду оттуда ногами… На фарш не пустили — уже считай победа. Очнулся я на кровати в светлой комнате с большим окном, выходящим в город, рядом на стуле сидела Лия, и смотрела на меня не моргая, но стоило мне открыть глаза, она подошла и села на пол рядом с кроватью.

— Саша…

Я смотрел на нее, и не знал, что сказать. Кто она? Монстр? Порождение скверны? Но… Она мягкая, теплая… А я — кто? Кто я? Что я? Что известно обо мне Институту? Вписался в блудняк, называется…

— Саша… — опять сказала слепая.

Я посмотрел на нее и зажмурился. Нет, для меня она человек. Пока не покажут, что внутри у нее скверна. Да если и покажут — для меня она останется человеком, как все те, кого я знал. Потому что я знаю, внутри у них мясо и кишки. Видел. Я сел на кровати и потер щеки ладонями, затем запустил пальцы рук в ежик на голове, и шибко почесался.

— Лия, что мать его происходит?

— Я не могу…

— Лия! — оборвал я слепую.

— …рассказать, что происходит, я не знаю всего. — закончила она.

— Расскажи мне что знаешь.

Во мне начала подниматься злость. Та самая, черная. Но зол я был не на нее, а на всех, кроме нее, и на себя в том числе.

— Я испорченный терминал, без приписки. — сказала она.

— Да, я это знаю. Как ты появилась на свет? Ты помнишь свое детство?

Лия задумалась.

— У меня была мать, отец умер когда мне было три сезона, я его почти не помню, наша деревня была спокойной, далеко от дорог, и рейдеры не заходили, да и было всего пять домов. Отец пришел в деревню с караваном “вольников”, но он был ранен и остался в доме матери, потом родилась я.

Странно. История совсем не вяжется со словом “кадавр”.

— А Мельник?

— Мельник стал моим учителем, меня доставили к нему, потому что пришел гонец, который искал меня.

Интересно…

— А глаза?

— Я слепая от рождения, это дар Матери.

Дар? Так слепые все же измененные. Но обычные, они же просто зараженные люди, получается

что так!

— Дальше, Лия! Наша встреча.

— Мы должны были встретиться, Мать сказала мне об этом.

— Встретились, и?..

— И должны были ехать в Москву. Мать знала, что здесь угроза для нее.

— И я мог угрозу устранить?

— Вроде того…

— Но как??

— Я не знаю, Саша, не знаю… — сказала слепая тихо.

Я вздохнул. Устроил тут допрос…

— Что изменилось после Уфы?

— Древние приказали устранить тебя.

Я вытаращил глаза.

— Устранить??

— Да… Это… Было странно.

— Почему?

— Это был совсем иной приказ.

— Не такой, какой был до этого?

— Да.

— Дальше.

— Я не принадлежу себе, Саша, но до Москвы я могла не исполнять приказ, в Москве Мать взяла все в свои руки, и я не могла противостоять ее воле, и воле древних одновременно.

Что-то дерьмо какое-то… Не вяжется! Идти в Москву, что бы устранить угрозу скверне, а Мать — это скверна! Я уверен! И потом пустить меня в расход? Для чего?? В этом нет логики! Абсолютно! Зеро! Я что-то упускаю… Но что?! Черт! Что-то не так с Лией, и надо это выяснить. Советники толи юлят, толи заблуждаются, насчет того, что все погибло. Не погибло! И нечисть размножается! Я помню, как Зана хотела получить мое семя, чтоб зачать ребенка от чистого! Что-то во всех этих историях дохрена нестыковок. Слишком дохрена, при этом.

— К черту все, где мы?

— Нам выделили это место, распорядился магистр Ролиус. Завтра ты должен явиться к нему в десять утра.

— Хорошо, пойдем к Ролиусу, тряхнем эту старую курву. — процедил я.

И трогг молчит. Ку-ку, нелюдь, где ты там? Ему, похоже, мозги отбили. А может быть… Добби свободен?! Да ну, не, не может быть. Не. Сидит, поди, затаился, и хихикает там. Так, завтра в десять? А сейчас у нас сегодня, и сколько времени? Я подошел к окну, и выглянул наружу, и увидел в окно корпус Института, но с другой стороны. Мы в общаге что ли? Похоже на то… В комнате оказалось две кровати, два стула, и стол, а также совмещенный санузел за дверью. Ну точно — общага! Я походил по комнате кругами. Надо что-то делать! Пупупууу… Но что? Еще раз подойдя к окну, я уставился на улицу. Седьмой этаж, или около того, но высоко! И… Красиво… Давно я не смотрел из окна высотки… Я посмотрел на слепую, которая сидела на стуле, глядя на меня. Глаза красивые… И вот она — кадавр? Искусственное существо? Не верю.

— Лия?

— Что?

— Пойдем гулять?

— Гулять? — слепая даже ерзнула на стуле, — Но… Куда? Зачем?

— Куда глаза глядят. Просто так! Мы в городе чистых! Он такой же, как тогда, ДО, когда еще мы сможем его посмотреть?

Она опустила голову и немного сгорбилась.

— Я… — начала было слепая, но запнулась.

Я подошел к ней, и погладил по опущенной голове, машинально почесав за ухом.

— Пойдем. У нас есть деньги, а значит мы можем их потратить.

Лия неуверенно встала, я взял ее за руку и потянул за собой. Выйдя в коридор, я хотел запереть дверь, но не обнаружил замка, зато обнаружил охранника, который сидел на стуле у противоположной стены. Он посмотрел на нас, мы — на него.