Перевозчик
Шрифт:
Было ощущение, что её так и подмывает рассказать о чём-то, о чём она ещё никому не говорила. Она была одиночкой, ни с кем не общалась и не могла поделиться своими достижениями. Ей очень хотелось похвастаться, и она сдерживала себя из последних сил. Я не стал в этом ей помогать и просто ждал, куда её занесёт.
Но её никуда не занесло, она буквально секунду подумала и замолчала, решив не раскрывать своих секретов. Что ж, с её стороны это было умно. Не стоит сразу вываливать мне все козыри, что есть. Вдруг ситуация изменится и ей придётся
— А сейчас, что у тебя с маной? — спросил я.
— Тебе-то какое дело? — огрызнулась Пуля.
— Ну, просто так, интересуюсь, — пожал я плечами.
— Нормально у меня всё! — раздражённо сказала Пуля и отвернулась.
Из этого можно было сделать вывод, что дела с маной у неё плохи. Если её только поймали недавно, да она ещё всё время боролась и пыталась сбежать, то наверняка спалила всё, что было. А за то время, что она находится с нами, восстановить сильно запас она просто физически бы не успела.
— Я сейчас до тебя дотронусь, — сказал я, — не пугайся и не сопротивляйся. Ничего плохого я тебе не сделаю!
Пуля резко повернулась ко мне.
— Ага, все, кто собирался меня трахнуть, всегда именно так и говорили, что сделают мне только хорошо! — процедила она, — не надо меня трогать!
— У тебя что, какая-то больная тема связана с тем, что тебя все хотят трахнуть? — вздохнул я, — мне нужно просто на несколько секунд положить ладонь тебе на затылок. Делать я ничего не буду. В мозги не полезу, я не ментальный маг. Просто хочу кое-что проверить, в энергетическом смысле. Вреда тебе никакого не будет.
— Да не надо меня трогать! — возмутилась Пуля, — просто не надо, и всё!
— А если я тебе кое-что за это дам? — спросил я.
— Не надо мне ничего давать и не надо меня трогать, — сказала Пуля и отвернулась.
Я не стал больше её уговаривать, а просто прикоснулся к её затылку, сразу пустив поток маны.
Думаю, что если бы мана не пошла, то она бы меня обязательно ударила. Я почувствовал в момент касания, как её тело напряглось подобно сжатой пружине. А если вспомнить, что её способности в основном выражены всё-таки в физических возможностях, то огрести я мог не слабо.
На всё это понадобились буквально доли секунды. Как только она почувствовала ману, пружина вдруг расслабилась, и она удивлённо повернулась ко мне.
— Ты шаман, что ли? — потрясённо спросила Пуля.
— Ага! — спокойно сказал я.
— Никогда не видела живого шамана! — сказала Пуля, медленно покачав головой, как будто и сейчас не до конца верила в происходящее.
— А мёртвого видела? — спросил я.
— Не цепляйся к словам, — сказала Пуля, — ты понял, о чём я.
— Просто решил уточнить, — сказал я, — вообще-то, мне, конечно, невыгодно тебя накачивать маной. Так ты будешь сильнее и можешь попытаться сбежать.
— Так почему ты это делаешь? — спросила Пуля.
— Это аванс. Знак доверия, — сказал я, — и я не буду заряжать
— Была тяжёлая ночка, — насупилась Пуля.
Мы некоторое время сидели молча, и я продолжал её заряжать.
— Хорошо, наверное, тем, кто с тобой дружит! — вдруг сказала Пуля.
— Ага, — сказал я, — но эта дверь не заперта. Дружи со мной, я не возражаю.
— Вот так просто? — удивилась Пуля.
— И да, и нет, — сказал я, — дружба это же не просто слово. Нужно делами доказывать, что ты друг, а не просто мимо проходила и маны захотела.
— И какими же делами? — спросила Пуля.
— Ты совсем дура? — повторил я её недавние слова в мой адрес, — это же элементарно!
Она поняла, что я её процитировал, и немного мне подыграла, сложив руки на груди.
— Ну объясни, пожалуйста, — сказала она.
— Хорошо, — кивнул я, — во-первых, дружба, это доверие. Другом может быть только тот человек, с которым вы друг другу доверяете.
— Так, — кивнула Пуля.
— Во-вторых, друзья помогают друг другу. Нельзя считаться другом, если ты не пытаешься помочь попавшему в беду товарищу, — сказал я.
— Продолжай! — сказала Пуля.
— Ну и ещё желательно, чтобы было какое-нибудь общее дело, которым вы занимаетесь. Очень трудно поддерживать отношения, если каждый будет тянуть в свою сторону. Но эта опция уже менее обязательная, чем первые две, — сказал я.
— Это всё? — спросила Пуля.
— Это то, что пришло мне в голову прямо сейчас. Если придумаю, чем это можно дополнить, обязательно тебе скажу. Но, думаю, ты и сама всё это знаешь. Из нашего разговора я могу сделать вывод, что ты далеко не дура, хотя и называешь нас умниками, как будто это что-то плохое, — сказал я.
— Я и не говорила, что я дура! — искренне удивилась Пуля, — я умная. Но умный и умник, это разные вещи. Быть умным это хорошо, быть умником так себе.
— А в чём разница? — спросил я, в самом деле, не очень понимая, что она имеет в виду.
— Разница? — Пуля задумалась, — умный всё понимает, а умник пытается показать, что всё понимает.
— А может быть, он действительно всё понимает? Что плохого тогда в том, чтобы это показать? — удивился я.
— В том, что тогда умник начинает умничать, а это очень бесит! — сказала Пуля, — ну понимаешь ты и понимай, ботанить-то зачем?
— Ну, здесь я тоже большого греха не вижу. Иногда можно и поботанить, как ты это называешь. Это же просто особенности характера. Все люди разные, у всех разная манера общаться и выражать мысли. Друзья должны быть терпимы друг к другу. У всех есть раздражающие черты, с которыми нужно мериться. Вот в тебе, например, очень много раздражающего! — сказал я.
— Эй! Так мы же и не друзья! Поговорили и ладно, но в друзья меня записывать не нужно. Я сама по себе, никому помогать не собираюсь, и мне никого помогать не прошу! — сказала Пуля.