Перевозчик душ

Исаев Дмитрий Николаевич

– Ну наконец-то, добралась. Я уже было испугалась, что туман забрал тебя. Сейчас давай отдыхай, а завтра приступай к работе на новом месте.

– А как вы… Как вы здесь оказались?

– Милочка, я везде, в каждом офисе, кроме меня за вами следить некому.

Аня понятливо кивнула и направилась в свою комнату. Почему-то она знала, что здесь обитает точно в том же номере, что и в России.

Девушка выплыла из пучины воспоминаний. Перед ней была сегодняшняя цель, молодой парень, неосторожно выбежавший на проезжую часть. Легко оборвав нить его жизни, Аня испытала ни с чем несравнимое удовольствие.

Воспоминания о прошлом беспокоили её всё реже. Впереди ждала долгая жизнь с работой, которая пришлась ей по вкусу. Её перестали беспокоить толпы людей, собирающиеся вокруг умерших, рыдания близких. Она просто выполняла возложенные на неё обязанности и ей это начинало нравится.

Глава 9. Лицом к лицу

Как описать мой путь до гаража? Мысли путались, как клубок ниток, который кто-то небрежно бросил в корзину. Каша. Да, это слово лучше всего описывало то, что творилось у меня в голове. Факты, слухи, обрывки чужих историй — всё это смешалось в одну густую, вязкую массу, из которой я никак не мог выудить хоть что-то стоящее. Мир, в котором я оказался после смерти, напоминал гигантский пазл, собранный из тысяч кусочков. Но кто-то, видимо, решил пошутить и перемешал их все, оставив меня одного разбираться с этим бардаком.

Во-первых, факт моей смерти. Его нельзя было отрицать. Я действительно умер. Это было не сон, не галлюцинация, не бред воспалённого сознания. Мир живых остался позади вместе с тем, что было мне дорого. Теперь я здесь — в этом странном кармане реальности, где время текло иначе, а правила жизни (или, точнее, смерти) были совсем другими. Здесь, помимо меня, существовали другие... существа. Назвать их людьми язык не поворачивался. Мы все являлись чем-то вроде теней, призраков, но при этом продолжали выполнять свои обязанности. Извозчики душ. Таксисты междумирья. И над всем этим царил он — Харон. Первый перевозчик, который, судя по всему, уже давно устал от своей роли.

Во-вторых, где-то за мостом, в недосягаемой дали, находились три божественные сущности. Они создали мир живых, населили его людьми и отдали для этого частичку своей силы. Зачем? Ответ был прост, как дважды два. Это был их бизнес. Чтобы получить доход, нужно было сделать вложения. И они пошли на этот риск. Со временем высшая троица не только окупила свои затраты, но и начала получать солидную прибыль в виде энергии, накопленной душами на земле. Из разрозненных обрывков информации выходило, что боги собирали только излишки, а потом отпускали своих «овечек» снова пастись на зелёных лужайках жизни, чтобы те обрастали новой шерстью. Логично? Вполне. А для контроля за всей этой системой был поставлен Харон. Надёжный, терпеливый, но, как оказалось, не лишённый амбиций.

И, наконец, в-третьих, сам Харон. Лодочник, который оказался не так прост, как казалось на первый взгляд. Многие тысячи лет он исправно выполнял свою работу, перевозя души и беря за это скромную плату. Человечество росло, ширилось, исполняя догматы и постулаты мировых религий. Вместе с ним развивалось и предприятие Харона. Появились новые извозчики, работавшие под его началом. Сам же хозяин пути собирал немалую комиссию за возможность трудиться в его системе. За всё это время он накопил колоссальное количество энергии. Но зачем? Ответ напрашивался сам собой. Харон устал прозябать

в междумирье. Жизнь на земле его больше не прельщала. А вот божественное пространство... Оно манило его, как маяк в ночи. Чем выше поднимаешься, тем больше власти. А возможность повелевать пьянила сильнее самого крепкого алкоголя.

Непонятным оставалось многое. Например, зачем нужны нелегалы? Какую роль они играют в происходящих событиях? По сути, «чёрные перевозчики» забирают энергию, не давая тем самым усилиться Харону, но, по словам Петра, они являются детищем лодочника. Странно. Я чувствовал, что это один из главных вопросов, ответ на который мне предстояло найти. Вот только как? Сомневаюсь, что кто-либо из обитателей междумирья расскажет мне об этом. Придётся до всего докапываться самому.

Ещё один волновавший меня вопрос: какая роль в планах Харона отведена мне? Я чувствовал, что ответ где-то на поверхности, но нужная мысль всё время ускользала от меня. Решил пока не ломать голову. Придёт время, всё пойму.

Верить никому нельзя, но и скатываться в паранойю не стоит. Пока что буду вести себя также, как и до сегодняшней встречи с апостолом, а там видно будет. За Аню можно не переживать. Она где-то здесь, трудиться на ниве смерти, если верить Петру. Учитывая тот факт, что кроме как в первый день я не встречал её на дороге и рассказы моих соседей, сомневаться в словах апостола не стоило. Вот только не вызовет-ли моё спокойное поведение подозрений? Нужно будет продолжать показывать будто главной моей целью здесь является спасение любимой девушки.

Машина плавно ехала по дороге отсюда. Туман впереди начал рассеиваться, а вместе с ним и все накатившиеся на меня за этот день переживания. Границу между белым маревом и жилой зоной пересёк беспрепятственно, как всегда. Направил машину в гараж, где передал её на руки Степану.

– Смотрю сегодня целы? – с улыбкой спросил он.

– Да, буйные «черти» не попадались, пассажир был спокоен, - как можно более равнодушно ответил я.

– Это хорошо. Тебе как обычно?

– Да, полный бак. ТО не нужно.

– Сделаем.

Степан направился в глубь гаража за топливом, я же пошёл на выход. В двери меня чуть не сбил Василий, спешащий на заказ.

– О, привет. Что-то ты сегодня долго, - сказал он, протягивая руку.

– У пассажира сильно извилистая дорога была, - сказал я, отвечая на приветствие.

– Ааа… понятно. Как-то почти сутки возил, думал топлива не хватит. Много душа в жизни натворила, вот и путь длинный, - Василий легко принял моё объяснение, - Ладно, побегу. А то, не ровен час, пропадёт душа.

Мой сосед по комнате побежал дальше к своей машине. Я же направился в жилой блок. В офисе делать нечего, все документы в порядке. Нужно было поесть отдохнуть, привести себя в порядок. Этим и решил заняться.

Если честно, в междумирье я уже потерял счёт времени. Не мог сказать который сейчас час. Серость, царившая вокруг, никак не менялась на более светлую или тёмную. Ориентироваться в сутках было невозможно. Графики у людей совпадали редко. Да и не было их. Ты мог спать, есть, разговаривать и в моменте звук смартфона сообщал о том, что пора на выезд. Водители вели отсчёт дням по количеству перевезённых душ. Это была единственная точка, на которую можно привязать отсчёт.