Переворот
Шрифт:
— Подойдём к ним?
— Да нет, зачем, позже можем пообщаться, в отличие от этих людей.
— Ну да, верно.
В тёмном углу стояла Девушка и всё думала, снять ли ей повязку ордена. Она не заметила, как к ней приблизился Ксандер.
— Вам налить?
Ту словно током шарахнуло.
— Ты чего, Сара? Извини, что напугал.
— Ничего, я сама виновата. Задумалась.
— Почему ты…
— Ксай. Ксандер. Давай не будем ничего выяснять, пожалуйста. Я знаю, как я поступила. И я больше не…, — девушка начала плакать.
Мужчина тут же обнял даму:
—
Немного успокоившись, но продолжая хныкать, девушка ответила:
— Нет. Я прекрасно понимала, на что иду. Я… просто хотела чего-то… не знаю. Это сложно.
— Послушай, Сара, всё хорошо. Просто продолжим жить, и у каждого из нас сложится новая, лучшая жизнь.
— Да. Понимаю. Ты не в обиде на меня?
— Нет, а ты?
— Нет. Наши отношения угасли давно. Не знаю, может, ничего и не было, кроме начального ажиотажа и флирта. Может просто страсть.
— Может и так. Но какая теперь разница? Главное, что нас обоих всё устраивает. Так ведь?
— Да, — без тени сомнений ответила девушка. Она глубоко выдохнула и напоследок поцеловала мужчину. — Сегодня отличная возможность для новых знакомств.
— Согласен. Береги себя.
— И ты, — произнесла она, глядя на уходящего в толпу военного.
Управляющий стоял на возвышенной площадке, наблюдая за всеми в зале. Демонесса с толпой поклонников, сотрудники Департамента, теперь уже бывшие члены Ордена пытаются найти своё место. Наблюдение прервал один из присяжных, осмелившийся заговорить:
— Здравствуйте.
— Приветствую.
— Господин Управляющий, как вы себя чувствуете?
— Вполне хорошо. Можно просто "Управляющий".
— А вы не задумывались о том, почему Система допустила само существование Ордена? Ведь по вашим словам, она могла с самого начала повернуть ход истории.
— Мне незачем задумываться над такими вещами. Все варианты событий уже прописаны. И если бы Система начала жёстко пресекать попытки создания Белого Ордена, людей бы это не остановило. Нашлись бы другие несогласные, и в конечном итоге последствия были бы куда серьёзнее, чем сегодня.
— Последствия? Какие?
— Трое этой ночью покончат с собой. Это неизбежно.
— И вы так спокойно говорите об этом? Неужели нельзя что-то сделать?
— За годы моей службы я убедился в том, что человеческую суть почти невозможно изменить. А любые попытки оборачиваются куда более серьёзными последствиями. Так что да, я могу спокойно говорить о подобных вещах без тени сомнений или сожалений. Я понимаю ваше беспокойство, но Система — всего лишь инструмент. Инструмент в руках человека. Вы либо следуете ей, либо поступаете по-своему. Разве мы вправе лишать человека выбора?
Этот спонтанный разговор заставил мужчину задуматься. Гость поблагодарил Администратора за откровенность и, не сказав больше ни слова, ушёл прочь.
***
Ларгус, придя домой, почти машинально обнял жену и дочку. В его глазах не было больше жизни. И глядя на родных, человек видел лишь отголоски того, что ему так дорого. Ему больно было потерять всё
Жена была уже в курсе событий и понимающе обнимала своего мужчину. Но теперь для него прикосновения были холодны. Он где-то там умом понимал, что неправильно себя ведёт. Что надо включиться в жизнь и продолжать свой путь. Но это было сложно. Женщина Ларгуса была мудра. Она предложила мужу остаться одному в квартире и всё переосмыслить, пока сама временно поживёт у своей мамы. Бывший глава помог собраться, обнял дочку, поцеловал жену и попрощался в дверях. Сказав, что всё между ними в порядке, супруга проинструктировала насчёт еды и выхода на связь.
Ларгус, оставшись наедине с собой, напился. Какое-то время он просто лежал на полу. Встав и добравшись до ванны, мужчина начал всё там громить и кричать. Удар за ударом обрушивались на зеркало, разлетевшееся вдребезги. На удачу человека, тот ничего себе не порезал, а вот пару косточек сместил в кулаке, словно выпустил всю накопленную годами ярость. Не замечая боли и мелких ссадин на пятках от упавших осколков, потерянный и подавленный мужчина погрузился в ванну и принялся наполнять её прохладной, почти холодной водой.
Вихрь мыслей окутывал голову. Внутри всё кипело. Злость бурлила и вырывалась наружу. Но не в сторону Управляющего. Претензии были скорее к миру, что так несправедливо обошёлся с примерным семьянином и защитником правды.
Не в силах больше сдерживать эмоции, Ларгус начал рыдать и завывать.
***
Весь следующий день ничего не происходило. Только тишина, самоуничижение и много сна. Так было и на следующий день. А после взгляд Ларгуса упал на планшет. Взяв его в руки, человеку захотелось навестить того, у которого почти получилось убить демонессу. Но зачем навещать этого бунтаря? Тот и сам не понимал. Эту мысль Ларгус отложил на потом, переведя своё внимание на ленту последних новостей с того самого дня, когда Орден перестал существовать.
А вот и демонесса, вокруг которой столпились улыбающиеся люди. Они задают девушке личные и неудобные вопросы, отчего та, смущаясь, смотрит в сторону Виктора, и с его согласия отвечает людям. Ларгус пытался разглядеть в краснокожей что-то враждебное, но девушка выглядела и вправду очень милой — прям ангел, а не существо из ада.
Некогда самые преданные сотрудники Ордена делятся впечатлениями после нескольких дней новой жизни под крылом Системы. Кто-то даже успел найти свою любовь благодаря алгоритмам машины. "Может, всё не так уж и плохо? Ну, ошибся, да. А кто виноват? А я пробовал не противостоять, а найти ответы напрямую?" — задавался вопросами мужчина. Ларгус осознал, что его тактика жизни проявлялась не столько из смелости, сколько из страха нового, из-за опасений оков и потери свободы воли. Но что-то никто из поклонников Системы в наручниках не ходит. Даже сама шпионка гуляет свободно по базе. И пламенная девица, видимо, обычным гражданам понравилась.