Переводчик
Шрифт:
– Ну вот и Малгоська подтянулась, - заворковал Эйнштейн.
– А кем, скажите пожалуйста, вам будут эти милые дяденьки?
– Дядя Зяма - друг моей семьи.
Итак, она - со стороны Вайскопффа.
– А дядя Зяма отпустит вас погулять?
– А я могу совсем его не спрашивать...
"Ах, какая она, все-таки, прелесть!" - подумал Зильбер и, перевернув украдкой страницу, попал на...
...вставную телегу: "Знай и люби свой гороскоп!"
Юппи утверждает, что никогда в жизни не поймет двух вещей: что такое секс и почему не падают самолеты. Я согласен с ним только
Венера в Овне в Восьмом доме. Рядовой астролог недолго думая скажет, что этот аспект указывает на пылкую в сердечных делах натуру. Будет, в общем-то, прав. Хотя и неточен. Неточность в слове - вот что в глазах многих делает астрологию продажной девкой и лженаукой. Между тем, истинная задача этой дисциплины как раз и заключается в поиске нужных слов. Моя мама, например, ласково называла меня похотливой скотиной, - поразительная точность попадания там, где другие увидели бы только расплывчатый образ: трогательного подростка, безнадежно влюбленного в одноклассницу с двумя косичками и строгим взглядом.
Восьмой дом символизирует секс, смерть и приключения. Овен разгоряченного козла. Венера - любовный этикет. Составьте теперь их вместе, и легендарный поручик Ржевский возникнет перед вами во всем своем анекдотическом великолепии: "Прошу пардона, мадам! Не будучи представленным, .....ись не желаете?"
На справедливое удивление корнета "но ведь так можно и получить!" Ржевский, если помните, отвечает: "Бывало, получал. Но чаще, все-таки, ..ся!" Согласитесь, что удачливость поручика не имеет логического объяснения. Тем более убедительным представляется объяснение астрологическое: как и у меня, в гороскопе Ржевского Венера находится в легком аспекте с Юпитером - планетой счастья и удачи; шальной, ничем не заслуженной прухи.
Луна в соединении с Меркурием в Тельце в Девятом доме. Как сказал бы ослик Иа - мой любимый расклад. Если бы мне грозила астрологическая инвалидность, и из всей своей карты я мог бы сохранить на выбор лишь один знак со стоящими в нем планетами, я сказал бы: "Забирайте все! Но только оставьте меня Тельцом!"
В Тельце мое Солнце, а без него, как говорится, особо не повыпендриваешься. Это - сердце, это - эго, это - Я!
В Тельце наказал мне Господь мыслить и чувствовать одновременно, для чего и расположил здесь совмещенный узел Меркурия и Луны.
Пусть отсохнет мой Марс во Льве, пусть забудет меня мой Юпитер, если откажусь от тебя, о, Телец!
Тельцом был, между прочим, библейский Иосиф. Если верить Томасу Манну, папаша Яков при все своей любви держал мальчишку в строгости и устраивал ему нагоняй всякий раз, когда заставал за любованием Луной - обманщицей и фантазеркой. В те времена мечтательность считалась в Палестине опасным занятием. Но после того, как Иосиф сделал сказку былью и, став новым египетским, выручил материально весь народ Израиля, евреи начали относиться к Луне с определенным уважением. В двадцатом веке они обожествили ее, и, чтобы втереть очки другим, менее искушенным народам, назвали подсознанием. Армия психоаналитиков
Что же касается секса в чисто бытовом плане, то известный детский анекдот послужит хорошей иллюстрацией Луны в Тельце:
Решил Пятачок трахнуть корову. Подошел к ней сзади, начал пристраиваться. Она ему копытом по башке - бац! Он отлетел, лежит посреди дороги, в пыли. Мимо идет Винни-Пух: "Пятачок! Ты чего здесь делаешь?" - "Да мы, быки, всегда так: на....ся и отдыхаем!"
И, чтобы вам уж совсем все было понятно в зильберианских половых изысках, знайте: Девятый дом - дом философии и путешествий. Натив, поэтому, склонен искать любовные приключения за границей или с иностранками.
Глава третья: Кибуц. Арабский рынок. В городском парке
Когда окажетесь в наших краях, то, если и не попадете на экскурсию "Иерусалим Мартына Зильбера", а станете, подобоно многим другим гостям столицы, пить и гастрономничать дни напролет в мансарде У Доброго Поэта, вы, все равно, в какой-то момент неминуемо окажетесь возле Яффских ворот. В этот самый момент (а он может наступить совершенно неожиданно и даже вопреки вашей воле, ибо так устроен святой для каждого монотеиста город) не пожалейте пяти долларов - снимитесь на добрую память в уличном ателье "Повремени, мгновенье!", которое создал, пестует и на доходы с которого водит иногда меня по ресторанам мой друг Альберт Эйнштейн.
Выберите уже сейчас, кем вы хотите быть: Иисусом, Марией, Вараввой или Пилатом. Все эти образы аккуратно прописаны художником Михой Алюковым (я гиперреалист, бля!) по большому - два на два метра - куску картона. Не хватает только лиц. Решайте, в кого вам хотелось бы вставить свое. Всего за пять долларов. Без комплексов нагнуться и вставить, беря пример вон с той бодрой американской babushki лет восьмидесяти в оранжевых бриджах и кедах на босу ногу.
– Пиздец Мария!
– восхитился Эйнштейн.
– Что такое пиздец?
– спросила Малгоська.
– Практически то же самое, что и атас, - объяснил я.
– Ты должен научить меня русского слэнга! Ты научишь?
Может быть, я груб. Может, я наивен. Пусть даже (а, может, все-таки, нет?..) я похотлив. Но я давно заметил: если женщина одновременно требует и просит, это значит, что она точно даст!
– Ну что, отец?
– хлопнул меня по плечу Эйнштейн.
– Становись, что ли, и ты в позу. Подарок фирмы ко дню рождения!
– Так ведь две недели еще...
– Неважно!
– Сглазишь...
– Было бы что сглаживать! Давай, давай, все там будем!
Малгоська попросилась: "Ой! А можно мне тоже в позу?"
Эйнштейн просиял: "Мадмуазель! Наша фирма всегда к вашим услугам!"
...
– Слышал, Зильбер?! Если женщина просит?
Я сказал: "Фиг с тобой. Пусть этот добрый человек нас снимет".
Фотограф Боря, похожий на актера Гринько харьковский богемщик с фуляром на тощей шее, торжественно вскинул поляроид. Мы с Малгоськой отправились за ширму. Я подумал: может стоит в Пилата вписаться? Или лучше - в Варавву. А что? Его ведь просто отпустили по просьбе зрителей, и он тут вообще ни при чем...