Перевёртыши
Шрифт:
– Угу. Если их поймают.
Кто знает, как сложилась бы жизнь мальчишек, если бы они остановились, раскрыв только один секрет. Но мимоходом брошенные слова Кана только раззадорили их. Комната «братьев» была последней в ряду, и действительно, имела общую стену с домом Старшего Наставника. Когда друзья подошли к комнате, в ней как раз погас свет. Не придумав ничего лучше, мальчишки решили войти, и «разобраться на месте». Осторожно вошли в маленькую прихожую – такая же как у всех, вот только полка для обуви совершенно пуста. Тим осторожно приоткрыл скрипнувшую дверь, но на скрип никто не отозвался. Ребята вошли и огляделись. Две кровати, стол, пустой шкаф для одежды, полупустой книжный шкаф – комната как у всех, за исключением пустоты. И «хозяев» в комнате не было. Мальчишки заглянули под кровати, исследовали пол, осмотрели одежный шкаф. Ничего. Вуд подошел к книжному шкафу и попытался сдвинуть
– Не знаю. Я надеюсь, Вы придумаете, Наставник. Любопытство и наблюдательность еще не преступление. – Кажется, это голос Сина.
– Хорошо, я займусь этим. Идите.
Портьеру слегка колыхнуло ветром. Мальчишки притаились, прислушиваясь к шагам в комнате.
– Веди их сюда. – Громко сказал Старший Наставник, и кто-то с силой втолкнул мальчишек в потайную комнату. Они оглянулись – за их спинами стоял один из охранников училища. Когда он оказался в этой комнате они даже не заметили.
– Что скажете?
Мальчишки сцепили зубы. Сейчас они вспомнили не только о том, что распустивший язык отправляется на переработку, но и то, что семья заключенного лишается званий и привилегий, и приравнивается к простолюдинам.
– Вам есть, что мне рассказать? – Молчание.
– Хорошо. С этого момента вам не позволено выходить из комнаты, пока не заговорите.
Охранник взял мальчишек за плечи и развернул назад. В комнату они вошли сами. Не сговариваясь, Тим и Вуд уселись на пол, прислонившись спинами к кроватям. Разговаривать не хотелось. На душе было ужасно гадко и стыдно. Стыдно смотреть другу в глаза, за то, что потащил его с собой в опасное приключение. Стыдно перед родными, которых они так глупо подставили. В комнату вошел охранник, поставил в углу ночной горшок и ширму, и вышел, даже не взглянув на них. Больше их не беспокоили. Пол ночи они просидели на полу, затем Тим встал и лег на кровать, отвернувшись к стене. Вуд немного походил по комнате, затем, решив, что хуже уже не будет, тоже прилег, хотя заснуть так и не смог. Весь следующий день их никто не беспокоил. Они то лежали на кроватях, то молча, по очереди, слонялись из угла в угол. Вуд пытался читать, Тим разминал мышцы, но оба не проронили ни слова и старательно отводили глаза. Вечером охранник отодвину книжный шкаф и кивком головы позвал их в комнату Наставника. Ребята вошли, остановились посреди комнаты, потупив головы.
– Ну? – Старший Наставник явно скучал, глядя поверх их голов.
– Мы зашли в комнату поболтать с друзьями, никого не было, и мы собрались уходить, как вдруг нас кто-то втолкнул в Ваш кабинет, – глядя исподлобья отчеканил Тим.
– Вот как? Обернитесь.
Мальчишки обернулись и остолбенели: к стене под углом были прикреплены два больших прямоугольных зеркала. В одном отражалась комната, в которой они провели ночь, в другом улица перед дверью.
– Эта система зеркал позволяет наблюдать то, что находится за моей стеной. Что скажете теперь?
Ребята вздохнули, уставившись в пол.
– Идите. – Они удивленно переглянулись. – Назад в комнату.
На третий день к их невеселым мыслям добавилось урчание голодных желудков. Но больше всего хотелось пить. Тим нашел в столе шашки, но Вуду было не до игры, и Тиму пришлось развлекаться выстраивая башенки из фишек. Ночью им даже удалось заснуть. Когда на следующий вечер охранник вошел в комнату, мальчишки, лежа на кроватях, вяло играли в шашки. Старший Наставник ждал их комнате, сидя перед столом, на котором стоял кувшин с водой и две наполненные чаши. Головы кружились, губы потрескались, в ушах звенело, но мальчишки молчали, изо всех сил стараясь отвести взгляды от воды. Наставник взял одну из чаш и сделал громкий глоток, внимательно наблюдая за пленниками. Еще один громкий глоток, еще один. Медленно допив воду, Старший Наставник поставил чашу на стол, и наполнил ее из кувшина.
– Пейте!
Ребята не шелохнулись.
– Ну что ж, вы сами сделали свой выбор. Теперь пути назад у вас нет. Пейте.
Кажется голос у наставника подобрел? Или это кажется от звона в ушах?
– Пейте, и внимательно меня слушайте.
Вот так они с Тимом очутились в Школе. Они оказались здесь самыми молодыми учениками, и их Наставником стал сам Старший Школы. Изнуряющая физическая подготовка неожиданно прерывалась лекцией или практическими занятиями на природе. Записывать ничего нельзя, хотя есть специальный предмет –
Глава 3. Смута.
Эрим поднял с земли скомканный лист бумаги и быстро сунул его в карман. Как всегда, он со слугами бродил по городу, стараясь подметить удивительные или просто интересные особенности местной жизни. Вот например, планировка города. Главная площадь, и впрямь, считается центром города, а вокруг нее, как цифры в солнечных часах, расположены кварталы, названные по роду деятельности их жителей. Большинство строений в городе одноэтажные, поэтому город раскинулся на большой площади, и услуги водильщикков самоходов очень востребованы. Каждая улица в городе имеет свою «лицевую» и «заднюю» часть. Широкая лицевая часть ограничивается с двух сторон заборами из слоеного камня, высотой от «до пояса» до «выше головы». Чем богаче и знатнее горожанин, тем выше забор его двора. На лицевой части улиц множество народа шествует по своим делам. Задняя же часть считается безлюдной. На нее выходят стены домов без окон и пристроенные к ним заборы. Эти проулочки довольно узки – если встретятся всадник с пешеходом, пешему придется прижиматься к стене. Задние части улицы облюбовали подростки для своих разборок и «темные» личности – несколько раз наши путешественники встречали там людей, низко опускавших голову и стремительно исчезавших при появлении посторонних. Проходы между дворами одной улицы настолько узки, что можно дотянуться от стенки до стенки, просто расставив в сторону руки.
Трехэтажные дома стоят только на Главной площади. Самый большой – длиной во всю ширину площади, Дом Правительства. Дальше по площади, примыкая с двух сторон к Дому Правительства, расположены два Гостевых Дома. Они предназначены для иноземных посольств на время их прибывания, и большую часть времени пустуют. Следующими, на разных концах площади стоят здание Военного Ведомства и Городская Управа. Замыкают круг домов Городская гостиница, где сейчас живут наши гости, и Купеческий Дом, откуда ведется управление всем Кланом. Это самые большие дворы в округе.
Эта прогулка зиндарийцев оказалась довольно короткой. Сегодня весь город гудит – ночью кто-то обклеил всю рыночную площадь листовками. Городская стража поспешила их сорвать, но без особого успеха – перед каждым приклеенным листком собиралась толпа, которую приходилось расталкивать, так что многие успевали прочесть написанное. Вдобавок, листовки были не только приклеены на стены лавок, но и разбросаны по всему городу. Люди подбирали их, прятали, и зачитывали вслух, как только стража отходила на приличное расстояние. Из того, что понял Эрим, листовки призывали всех на Главную площадь, требовать отставки Верховной Хранительницы Мудрости. Говорилось, что она слишком стара и давно потеряла память, но Хранитель Печати скрывает это, чтобы не расставаться с властью. Советница слишком молода и легкомысленна, именно ее ошибки привели к постоянным дырам в бюджете. Как итог – народ должен выбрать новую Верховную Хранительницу и сформировать новое правительство.
Люди повсюду обсуждали прочитанное. Одни соглашались, что в последнее время были сбои с государственными выплатами, другие вспоминали о чиновниках, отправленных на переработку, как свидетельство хорошей работы правительства. Третьи доказывали, что при мудрой Хранительнице взятки у чиновников невозможны, и Верховную стоит заменить, но Хранителя менять, все же не стоит. Четвертые вспоминали, что «Основы незыблемы и постоянны, ибо это – Основы», а переворот внесет хаос и ухудшение жизни. В общем, площадь гудела, бурлила, о торговле забыли даже купцы. Путешественники вернулись в гостиницу.