Перевал

Муратов Виктор Владимирович

Скоро идти в полный рост стало невозможно: скала низко нависла над карнизом. Бойцы ползли, цепляясь пальцами за острые выступы. Ладони саднило, окровавленные пальцы коченели на морозном ветру. Уже давала себя знать горная болезнь — дышать становилось все труднее, в ушах стоял звон, подкатывала тошнота. Внезапно Мустафар заметил, как один из бойцов впереди покачнулся, приник на миг к скале, пытаясь ухватиться за какой-нибудь выступ или трещину, но его пальцы скользнули по гладкому, обледенелому камню, и боец полетел в пропасть, не проронив

звука. Лишь послышался глухой удар тела о выступ скалы. Идущие сзади замерли, прижались к скале, не решаясь пошевелиться.

— Вперед, — приглушенным голосом приказал Мустафар, и тут же второй боец, сделав неловкое движение, повис над пропастью. Он судорожно цеплялся руками за узкий карниз, но не кричал, не звал на помощь. Его сосед сам подполз к нему, схватил за ворот штормовой куртки, помог товарищу взобраться на карниз.

Казалось, прошла вечность, прежде чем миновали опасный карниз. Шедший впереди Аршак Петросян первым достиг вершины Малого Квиша. Он осторожно подполз к краю, заглянул на седловину перевала. Она оказалась совсем близко внизу. К Аршаку подполз Мустафар Залиханов.

— Послушай, Аршак, нас осталось десять. Один свалился в пропасть.

— Что ты говоришь, Мустафар?! Я ничего не слышал.

— Парень молча принял смерть. Я много видел героев, такого не видел. И я не мог ему помочь. Понимаешь, не мог!

— Тише, Мустафар, успокойся. Рядом фашисты.

— Ладно, — сквозь стиснутые зубы проговорил Мустафар. — Я ухожу искать батальон.

— А вдруг не найдешь?

— Я в этих горах мышь найду. Дадим три красные ракеты — начинайте штурм перевала. Прощай.

…К рассвету зарозовели снежные шапки вершин. Аршак разглядел склон, по которому поднимался отряд Степана Рокотова. Бойцы, сохраняя осторожность, продвигались перебежками от камня к камню. Под нависшей вершиной на перевале Квиш засуетились егеря. Аршак с тревогой поглядывал то в сторону ущелья Квантра, куда отправился Мустафар на поиски батальона Сироты, то на перевал. Он опасался, как бы егеря не обнаружили до начала штурма отряд Рокотова.

Наконец, корявый излом Малого Квиша озарился кровавым светом ракеты. Следом еще и еще… Аршак подал команду:

— Приготовить гранаты! — и, выждав минуту, крикнул: — Огонь!

Взрывы раскололи тишину. Группа Аршака открыла огонь из автоматов. Гитлеровцы никак не ожидали удара сверху. Они в панике заметались. Беспорядочно стреляя, егеря пытались укрыться за боковой гребень, но с гребня ударил отряд Хуссейна Залиханова. А снизу пошел в наступление основной отряд старшего лейтенанта Рокотова. Гитлеровцы бросились в ущелье Квантра, но там их встретили бойцы батальона капитана Сироты.

В течение часа перевал был очищен от гитлеровцев. Степан Рокотов оставил небольшую группу на перевале, а основной отряд повел в ущелье Квантра.

Пока отряд спускался в ущелье, стрельба совсем прекратилась. Удивительную тишину нарушал лишь шум водопада. Этот изломанный,

расцвеченный многочисленными радугами поток падал в ущелье, образовавшее большую гранитную чашу. Здесь вода успокаивалась, как бы приходила в себя после сумасшедшего падения с головокружительной высоты, и уже плавно сбегала в реку.

Степан, выставив дозорных, решил сделать привал. Бойцы расположились вокруг гранитной чаши. Некоторые доставали из вещмешков концентраты, приспосабливали над костерками котелки. Но большинство бойцов, едва коснувшись мягкого травянистого ковра, засыпали.

Степану вспомнилось, как года три назад они с группой альпинистов купались в этом маленьком студеном озерце. Хотелось и сейчас окунуться в прозрачную воду, освежить разгоряченное тело, снять дикую усталость. И он уже принялся было раздеваться, но тут к нему подбежал один из дозорных:

— Товарищ старший лейтенант, сюда едет комдив!

Вместе с генералом Севидовым верхом на лошадях подъехал комиссар Кореновский. Степан выстроил отряд. Выслушав доклад Рокотова, комдив поздравил бойцов с успешным выполнением задания.

— Немцы надеялись, что их победа уже не за горами. Они видят зеленые долины и безбрежную синь Черного моря, рвутся вперед, — говорил генерал Севидов. — Фашистам очень не хочется зимовать в горах. Но победа врага в буквальном и переносном смысле за горами. А через горы мы его не пустим. Вы это сумели сегодня доказать здесь, на перевале Квиш. Спасибо, дорогие товарищи. Боевой успех вашего отряда станет примером для подражания. Мы создадим в каждой части такие отряды. Главной их задачей будет выслеживание противника, внезапные налеты, организация засад, удары по тылам врага. Пусть враг знает, что его повсюду в горах ждет гибель. Теперь отдыхайте.

Бойцы разошлись. Генерал подошел к альпинистам, обнял каждого, расцеловал.

— Что ж, молодцы, альпинисты, помогли батальону Сироты, да и всей дивизии. Теперь сюда подходят специальные горные подразделения. А нам на новое место приказано. Немцы жмут на Туапсе. — И обратился к Степану: — Устроишь бойцов на отдых в «Горном воздухе». Там в медсанбате спасенные дети. Кстати, Степан, из твоего армавирского детдома.

— А Ольга? Андрей Антонович, где Ольга?

— Успокойся, Степан, там же и Ольга. Вместе с Лейлой готовит детей к отправке в Сухуми.

Степан не раз до войны вместе с Ольгой и Борисом бывал на этой турбазе. Они приезжали в «Горный воздух» отдохнуть, прежде чем отправиться в альпинистский лагерь. Здесь было тихо, особенно когда туристы уходили в поход и база пустела. Они ловили в речке форель, бродили по лугам, собирали в лесу грибы. И еще Степану нравилось бывать здесь потому, что в ясную погоду от «Горного воздуха» был хорошо виден двуглавый Эльбрус.

Сейчас вся турбаза была занята под медсанбат. Степан долго уговаривал главврача — уставшую худую женщину — отвести два домика для отдыха бойцов.