ПЕРЕСТРОЙКА
Шрифт:
Вскоре все стихло, но никто не рисковал подняться, чтобы ещё раз не оказаться в ловушке. Как это произошло всего пару минут назад за стенкой на скамейке. Все ждали указания капитана.
– Всё кончилось! – громко, без мегафона, сказал капитан милиции. – Можно всем выходить из укрытий.
Посмотрел в сторону капитана милиции, он сел на бордюр и вытер лоб. Со стороны министерства строительства по тротуару шёл старшина. Из-за выступа фонтана встал сержант, подошёл к капитану милиции и сел рядом с ним на бордюр.
Не решился подойти
Солдаты и капитан милиции поняли, что с рядовым что-то случилось и быстро побежали в его сторону. Фонтан скрывал мне видимость со стороны гостиницы "Вахш".
Пытался искоса разглядеть, что там происходит, но мне никак не удавалось увидеть. Вскоре увидел, как старшина и сержант несут на руках рядового солдата.
Мне совсем не понятно. Раненый или убитый. Капитан милиции и солдаты положили рядового на скамейку.
– Ха! Ха! Ха! – вдруг, неожиданно для меня, рассмеялись солдаты и капитан милиции. – Вот салага, даёт! Все нормально. Ты долго жить будешь. Вставай! Хватит тебе валяться. Надо трофеи собирать на площади.
– Где этот парень? Как его зовут? Александр! – наконец-то вспомнил капитан милиции обо мне. – Он живой?
Все разом встали со скамейки и направились в мою сторону. Когда они подошли ко мне, то капитан милиции осторожно разжал мои окаменевшие от напряжения руки и забрал из них свой автомат Калашникова.
– Как себя чувствуешь? – с волнением в голосе, спросил меня, капитан милиции. – Ты не ранен, случайно?
Посмотрел вокруг. Потихоньку выпрямился во весь рост с той позы, в которой находился вовремя всего боя. Достал из-за пазухи за ствол пистолет капитана милиции и положил ему в руки.
Размял медленно свои опухшие пальцы. Пустым взглядом посмотрел в лица каждого из стоящих рядом солдат и капитана милиции. Они удивлённо разглядывали меня и не могли толком ничего понять по выражению моего лица.
Когда моё тело успокоилось от сильного напряжения, сделал одну присядку и отжался руками о ствол дерева.
– У меня все целое. – с иронией в голосе, ответил. – Руки, ноги и тело на месте. Душа моя в полёте где-то.
– Вот, паразит! – не выдержал капитан милиции. – Мы думали, что ты совсем поехал, а он дурака валяет.
Мы все разом стали смеяться и хлопать друг друга по плечам. Наконец-то поняли, что смерть прошла рядом с нами и мы выиграли наш бой против превосходящей банды воров.
После смеха капитан милиции посмотрел на лежащего вора. Перевернул вора на спину, мы все были поражены. Раненый всего лишь в колено вор оказался мёртвым. Одежда вора вся в крови, словно его окунули в сосуд, наполненный кровью.
– Ты, что, пристрелил его что ли? – удивлённо, спросил меня, капитан милиции. – Он ведь был раненый!
– Товарищ капитан! Выстрелил лишь один раз ему в колено. – стал защищаться, от своего обвинения.
Капитан милиции вытащил магазин
Мы взяли тело мёртвого вора и понесли его на свет под центральный фонарь. Только тут мы увидели, как тело вора разорвано в клочья. Видимо кто-то из воров рассчитался с ним за предательство, когда он пытался удрать на микроавтобусе от гастронома.
Вот они, его раненого и добили рядом со мной. Во время боя нельзя было понять, откуда стреляли. Возможно, что был ещё кто-то, который контролировал ситуацию и убрал этого свидетеля?
– Оставьте все, как есть. – сказал нам, капитан милиции. – Сейчас вызову судмедэкспертов. Пусть они в этой каше разбираются. Мы пройдём в отделение милиции, оформим акт происшедшего боя у гастронома.
Капитану милиции не понадобилось заниматься вызовом судмедэкспертов, так как это кто-то сделал за него. Со стороны "Зелёного базара", проспекта Рудаки и улицы Кирова, почти в одно время подъехали на БТР и служебных машинах, солдаты и наряды милиции. Мы все оказались в плотном кольце окружения.
Но так думаю, что мы вовремя разобрались с ворами. Иначе, тут было бы море крови и горы трупов. Со всех сторон. Ведь никто толком не знал, что происходит на небольшой площади между гостиницей "Вахш", гастрономом и театром "Оперы и балета".
Сейчас, уже прибывшим службам, надо только пожинать плоды нашего труда, точнее, кровавой бойни. Тут есть над, чем разбираться. Но это пусть без меня разбираются.
– Капитан, можно тебя на разговор. – отозвал, капитана милиции, в сторону. – Так думаю, что тебе не надо меня засвечивать. По двум причинам. Первое, то, что меня хорошо знают в республике, работаю художником на многих объектах в различных городах. Завтра, точнее, сегодня начинаю заниматься установкой нормального вида Душанбе после погромов. Среди прибывших обязательно найдётся родственник или знакомый убитых. Не хочу подставлять себя или свою семью. Второе, у тебя могут быть неприятности с тем, что стрелял из твоего пистолета. Зачем тебе лишняя проблема. У тебя и так есть девять трупов под фонарём. Могут быть другие проблемы, связанные с сегодняшним днём.
– Господин полковник Хафизов! – прервал капитан милиции разговор, стал рапортовать подошедшему офицеру милиции. – Сводный патруль во время обхода города, наткнулся на вооружённую банду грабителей. При задержании бандиты оказали сопротивление. Завязался бой. Грабители были убиты, своим дружком подельщиком. Среди патруля жертв и раненых нет. Старший сводного патруля, капитан милиции Камолов. Полковник Хафизов слушал рапорт капитана милиции Камолова, а сам внимательно разглядывал меня.
– А ты, как здесь оказался? – спросил меня, полковник Хафизов, когда заслушал рапорт капитана милиции Камолова. – Мне твоя личность хорошо знакома. Мне кажется, что мы с тобой где-то раньше встречались?