Перешагнуть черту [СИ]
Шрифт:
— Ты куда это? — недоуменно спросила она.
— Меня отпустили еще вчера. Просто на ночь оставляли для подстраховки. Приятно было познакомиться, — я обернулась к остальным и пожелала скорейшего выздоровления.
— И как ты домой доедешь в таком состоянии?
— На автобусе, — улыбнулась я.
— Ага. Счас. Так, подожди минуту. Я позвоню своему, и он тебя отвезет, куда скажешь.
— Не… — я хотела возразить, но Катя приложила палец к моим губам.
— Але. Масик. Мне нужно, чтобы ты срочно приехал. Тут девочку одну домой отвезти надо. Представляешь, ее какой-то козел на пешеходном
— Может, все-таки…
— Не может. И только попробуй ускользнуть. Номер телефона твоего у меня есть, а адрес я быстро пробью, так что, смотри у меня.
Я вспомнила, что под напором этой девчонки, вчера не устояла и написала свой номер мобильного, потому-что была уверена, как только я отсюда уйду, она забудет обо мне как о вчерашнем неудавшемся маникюре.
Передвигаясь медленными шажками, — это заняло у меня примерно полчаса, — я добралась до приемного покоя. Несколько человек ожидали приема, и пока я шла мимо них, оценивающе провожали меня взглядом.
На улице послышался визг колес в паре со звуком мигалки кареты «скорой помощи». Было слышно, как открылась дверь автомобиля, и из нее выскочили, громко крича, люди.
— Быстрее, быстрее. Взяли, понесли. Аккуратнее.
Входная дверь открылась, и в нее чуть ли не вбежали двое мужчин в белых халатах. В руках они держали носилки, на которых лежала окровавленная девочка лет пяти. За мужчинами торопилась заплаканная молодая женщина. Видимо, мать девочки.
— Расступитесь, расступись, — крикнул мужчина, который шел первым.
Троица спешила вперед за угол где, как я уже знала, находился лифт. Еще раз, взглянув на ребенка, я узнала его. Это была та самая малышка из сна. Что с ней произошло, а также, что она не выживет, я тоже знала.
Меня стало трясти и бросило в холодный пот. Испугавшись, что если я не выйду на воздух, то рухну прямо здесь, я, насколько могла, ускорила шаг и выскочила на улицу. Сделала вдох и, как только холодный воздух достиг моих легких, в мозгу немного прояснилось. Глубоко и медленно дышала, и мое состояние постепенно стало приходить в норму. Пройдя несколько метров в сторону больничных ворот, услышала, как меня кто-то окрикнул.
— Девушка, вам плохо? Девушка, подождите!
Ко мне подошёл высокий коренастый мужчина лет сорока. Он хотел дотронуться до плеча, но я одернулась от него как от черта.
— Извините. Мне показалось, вам плохо. Вы такая бледная, — мужчина оглянулся в сторону двери в приемный покой. — А вы, случайно, не подруга Кати Рыкиной, которую нужно отвезти домой? По описанию очень похожи.
Я недоуменно посмотрела на мужчину и вспомнила про «масика». Неужели это он? Ухажер Кати. Видимо, она капитально его окрутила, раз он так быстро явился и согласился везти неизвестно кого неизвестно куда. Хотя. Это не мое дело.
— Вадим Денисович сейчас занят, поэтому роль вашего шофера должен исполнить я.
А что, собственно, мне терять. Да и кто позарится на такую лохушку, а в состоянии, котором я сейчас нахожусь, только в общественном транспорте и ездить.
Я кивнула
Внутри меня образовалась пустота. Словно кто-то безжалостно и жестоко вынул все, что было, не оставив даже малую частичку меня. Я чувствовала себя виноватой. Виноватой в смерти этой маленькой девочки. В том, что знала об этом, и ничего не могла предпринять. Я, словно, забрала ее жизнь. Пусть, неумышленно, нечаянно, но забрала. Как теперь жить? Что делать? Как быть? Почему это со мной происходит? Зачем? Вопрос на вопросе и не одного ответа.
Водитель отвез меня по указанному адресу и, когда я выходила из машины, даже пожелал удачи. Как только дверь захлопнулась, мотор взревел и, сорвавшись с места, джип рванул в нужном ему направлении.
Постояв несколько минут, я посмотрела на знакомое общежитие, словно давно здесь не была и когда собралась заходить в подъезд, почувствовала, что возле меня кто-то стоит. Мои чувства снова меня не обманули.
Рядом со мной стояла маленькая девочка, та самая, схватившись своими окровавленными пальчиками за мою руку. Она улыбалась и смотрела такими глазенками, будто роднее меня для нее никого нет. Я улыбнулась малышке, а из глаз потекли слезы, остановить которые было просто невозможно.
Присев на корточки, и погладив девочку по волосам, всхлипывая, я спросила:
— Как тебя зовут?
Малышка вытерла ручкой слезы с моей щеки и сказала:
— Ирочка, — потом немного помолчав, продолжила: — Не плачь. Мне совсем не больно. Ну что, пойдем?
— Куда? — не понимая, спросила я.
— Не знаю… Но ты должна меня отвести.
Я не успела ничего ответить, как возле ребенка появилась размытый полупрозрачный силуэт, и взял ее за руку. Девочка, не раздумывая, оторвалась от меня и пошла вслед за тенью, а перед тем как исчезнуть, обернувшись, прошептала:
— Он отведет.
Глава 3
Придя в себя от новой встречи с «призраком», я неторопливо поднялась на свой этаж и, повернув в замочной скважине несколько раз ключом, открыла дверь блока. Было тихо. Все вещи находились на тех же местах, как я их оставила, значит, тетя Маша так и не появлялась. Тем лучше. Иначе волновалась бы, а ей сейчас только этого не хватало.
Ой. Нужно же на работе сказать, что я на больничном. И сегодня меня не было! Странно!? Вера Павловна не позвонила? Порывшись в сумке, я нашла мобильник, на котором значок оповещал о … пятнадцати пропущенных звонках. Тринадцать от Веры Павловны и два с неизвестного мне номера. Не мешкая ни минуты, я поспешила отчитаться, почему не на работе.
— Алло, Вера …
— Смирнова! Вы … Что с вами происходит? Сначала опаздываете, а теперь и вовсе на работу не являетесь… — начальница орала в трубку, словно я совершила всемирное преступление.
— Вера Павловна, я была в больнице, и про телефон как всегда забыла. Вы не волнуйтесь, у меня и документ есть.
— В больнице? Какой документ? Да, что случилось?
Я вкратце рассказала начальнице о злополучном походе за шоколадкой, после чего она успокоилась и даже смягчилась в голосе.