Перерождение: Эффект Массы
Шрифт:
Кар пригнали быстро, и я получила массу удовольствия, наблюдая, как Спектры вручную грузят ящик с королевой. Рекс стоял и наслаждался процессом вместе с Найлусом и Гаррусом. А рожи-то у всех троих ну совершенно одинаково одухотворенные! Урия видела это откровенное счастье, бесилась, но молчала, удерживая основной вес биотикой. В королеве как бы полтонны. Не считая самого ящика.
Я честно подождала, пока они с матюгами затолкают ящик в грузовой отсек аэрокара, и радостно сказала:
— Спектр Урия!
Азари подозрительно на меня покосилась.
— У
Урия соображала минуты две, пока до нее не дошел весь смысл и цинизм сказанного, медленно закрыла глаза, глубоко вдохнула и столь же медленно выдохнула.
— Могу.
На физиономии сама собой расплылась счастливая ухмылка.
— Джокер! Ты слышишь?
— Конечно, капитан! Дамы уже собираются.
Искомые дамы выкатились из трюма буквально через пару минут, рядочком выстроившись по мою левую руку. Бенезия ОЧЕНЬ ясно и без простора для фантазии пояснила девушкам, кто имеет право отдавать им приказы до ее выздоровления.
Урия стояла и сверлила меня пристальным взглядом. Я же улыбалась ей в глаза и перекатывалась с пятки на носок, всем видом показывая, насколько мне все глубоко пофигу. Найлус искренне ловил кайф и прикидывался моей тенью. Гаррус препохабно ухмылялся и делал то же самое. Мы никуда не спешили, нас все устраивало, и мы молча ждали, пока Спектр прожует ситуацию и разродится решением. Десантницы же таращились на до боли им знакомый ящик и тихонько шушукались, начисто игнорируя пятерых разумных.
Урия сдалась, когда увидела, как плотоядно ухмыляющийся Найлус демонстративно склонил голову к моему уху и восхитительным вибрирующим шепотом, который было слышно чуть ли не по всей "Нормандии", начал травить байки из серии "Занимательные факты из жизни Спектров". Гаррус с удовольствием слушал, полностью забив на медленно звереющую азари. Клянусь, еще немного, и мы бы просто повернулись к ней спиной и начали трепаться в голос.
— Поднимайтесь на борт! Совет нас ждет. — буквально прорычала Урия, резко повернулась и ушла к аэрокару.
Куда конкретно мы летели, ни я, ни турианцы и не пытались узнать. Мы с комфортом устроились прямо на полу возле ящика с королевой, а Найлус продолжил рассказывать забавные истории, не забыв пройтись по "обожаемой" коллеге. Урия медленно закипала от одного вида нашей колоритной компании, но заткнуть коллегу и не пыталась, а он самым натуральным образом наслаждался ощущением ее эмоций. Я же аккуратно поставила ей жесткую закладку, на корню убив идею отомстить нам через самого уязвимого члена нашего отряда. Гарруса. Он — не Спектр. За его убийство Урии ничего не будет… официально. Как только мысль навредить или убить дойдет до стадии принятого решения об исполнении… милая азари сляжет в могилу с обширным кровоизлиянием в мозг.
Для менталиста осознанно принятое решение приравнено к действию. Как и у любого мага. Я предпочитаю
Аэрокар привез нас в какое-то довольно вместительное помещение и приземлился у стены. Там нас уже ждал Совет в полном составе и два десятка бойцов. Выделываться мы не стали, и по моей команде десантницы без какого-либо труда вытащили ящик с королевой и поставили в центре. Урия просто промолчала, зло сверля мне спину.
Подойдя к Совету, мы, все трое, склонили голову.
— Королева рахни по вашему приказу доставлена. — спокойно сообщил Найлус.
Урия поперхнулась воздухом и закашлялась, в глубоком шоке глядя на потертый и частично дырявый ящик. Ну да, таким и варрена не удержать, ты права. Как она там? Прекрасно. Почему не вырвалась? Потому что умнее тебя… Я с удовольствием отвечала на вопросы-мысли Урии про себя, получая какое-то садистское удовлетворение.
Разговор взял на себя Спаратус, как представитель заинтересованной стороны. Они уже все обсудили, поделили и согласовали между собой и с правителями своих рас. Иерархия согласилась принять рахни. Или, скорее, наложить на них лапы.
— В каком она состоянии?
— В легкой форме стазиса. — ответила я.
— Можете ее вывести?
— Да.
— Приступайте.
По моей команде десантницы сняли запоры с дверок и широко распахнули их, демонстрируя окружающим крепко спящую сиренево-фиолетовую королеву. Я просто потянулась к разуму рахни, отсылая заранее обговоренный сигнал. Пара долгих минут ожидания, и королева зашевелилась. Огромное насекомое медленно, еще неуклюже после долго сна, вылезло из ящика, представая во всей своей мощи и красе.
— Нам нужен медиум. Королева не в состоянии говорить вслух самостоятельно.
Народ задумался. Десантницы, стоящие на моей спиной, о чем-то тихо зашушукались, и вперед выступила миленькая девушка. Та самая, через которую уже однажды говорила королева.
— Я готова.
Азари подошла к королеве и повернулась к ней спиной, а я легким касанием к разуму погрузила девушку в сон. Королеве не требовалось что-либо объяснять. Азари даже не успела осесть на пол, как тело конвульсивно дернулось и медленно встало на ноги.
— Мы помним вас, поющая. Мы видим музыку врага. Он близко?
— Он еще далеко. — успокоила я нервничающую рахни. — Это место хранит их отзвук.
Рахни пошевелилась. Я указала на заинтересованно разглядывающего рахни Спаратуса и сказала:
— Королева. Перед тобой те, кто готов услышать твою песнь. Советник, говорите. Королева услышит и поймет вас.
Спаратус подошел близко. Очень близко, пристально всматриваясь в огромное существо, покорно сидящее на металлическом полу и ожидающее его слов. Королева даже не шевелилась. Она терпеливо ждала. Рахни жаждет жить. Она боится гибели. Но… даже это насекомое понимает, что в одиночку она не сможет найти подходящий мир и защитить свое потомство.