Перепутья
Шрифт:
– Эй-эй, - Агриппа поднял раскрытые ладони в примирительном жесте, - Я не это имел ввиду.
Помпей шумно выдохнул и упал назад в кресло. Ярость ушла с его лица, словно и не бывало, а губы снова растянулись в наглой ухмылке:
– И ты главное посмотри. Даже сам написать не удосужился. Подослал этих своих “консулов”. Как будто я дебил и не понимаю, кто на самом деле всем рулит в Риме.
Неожиданно,
– Ты что, собираешься им отвечать? – удивленно спросил Агриппа.
– Конечно. Я же хороший, добрый римлянин, я просто хочу, чтобы меня восстановили в правах, - выглядеть еще коварнее, чем выглядел Помпей, было в принципе невозможно.
Встреча с Агенобарбом была назначена на побережье.
Нейтральная зона – Агриппе пришлось изрядно попотеть, чтобы ее согласовать. Помпей отказывался подниматься на борт к Агенобарбу, Агенобарб отказывался совать свой нос в Лилибей – и прийти к соглашению оказалось сложнее, чем казалось.
Для выполнения плана Помпея им нужен был весь флот, который они только могли достать.
Знамена вздымались над холмом, явственно сигнализируя Агенобарбу, куда причаливать. Их было немного – Агриппа, Помпей, Менекрат и с десяток особо приближенных легионеров для солидности.
Большими силами Агенобарба можно было спугнуть.
– Они повелись! – с порога оповестил Агриппу донельзя довольный Помпей. В руках он сжимал раскрытый свиток, - Предлагают обсудить условия моего возвращения. Больше похоже на сдачу, но…
С не предвещающей ничего хорошего усмешкой на губах, он разорвал свиток напополам, а потом еще раз напополам, быстрее, чем Агриппа успел хоть одним глазком в него заглянуть.
– Еще пара писем, и у нас будет достаточная фора, - жизнерадостно констатировал Помпей.
– А что Либон? – спросил Агриппа. Он всегда во всем чувствовал подвох – и текущая ситуация не была исключением.
Улыбка сползла с лица Помпея:
– Бегает, радуется, как идиот. Говорит, ему одна лысая птичка на хвосте принесла, что мы действительно можем спокойно возвращаться в Рим и нам ничего не угрожает.
– Нам? – нахмурился Агриппа.
– Про вас с Меценатом я им не говорил, - просто пояснил Помпей.
– Тебе не кажется, что Либон может нас кинуть? Я понимаю, он твой тесть и все такое, но…
Помпей выдержал паузу перед тем, как устало выдохнуть:
– Кажется.
Маленькая точка на горизонте приближалась, постепенно приобретая очертания корабля. Спешившийся Помпей ходил меж лошадей
– Слушай, Агриппа, - сказал он, - Я тут подумал… Если мы договоримся, нам нужно будет хорошенько перетрясти наши собственные ряды.
Говорить с ним сверху вниз было непривычно и, прежде чем ответить, Агриппа тоже спешился:
– Ты имеешь ввиду кого-то конкретного?
Помпей кивнул:
– У Менекрата есть список. Нужно по всем пробежаться и проверить. Справишься?
Агриппа не потратил ни мгновения на раздумья:
– Справлюсь.
Еще один нож в спину не входил в его планы.
– Хорошо, - Помпей потянулся, - Если что, не стесняйся подключать Эгнация. Он очень хорош, когда нужно уладить какой-нибудь деликатный вопрос. Мой человек до мозга костей. Бывший центурион, постоянно играет в кости и постоянно в долгах. Только не обещай ему покрыть все и сразу – глазом моргнуть не успеешь, как он снова в загул уйдет.
– Звучит не очень-то надежно, - хмыкнул Агриппа.
– Он – лучший в своем деле. А все остальное… У нас у всех есть свои недостатки.
Агриппа ничего на это не ответил, только перевел взгляд вдаль, туда, где над приближающимся кораблем уже были видны паруса.
– Марк, а может согласимся? – во взгляде Мецената читалась отчаянная надежда.
– С чем? – мрачно буркнул Агриппа, - Нам никто ничего не предлагал. Помпею с Либоном – да. Мурку – да. Даже этому горлопану с фасцами, Нерону – да. А нам нет. Гай, вернись с небес на землю, мы давно проиграли эту войну – и наше счастье, что Помпей просто блефует, иначе болтаться нашим головам на рострах.
– Я слышал, проскрипции отменили, - Меценат отказывался так просто сдаваться, - И никто не говорил, что по Риму пронеслась волна убийств. Марк, нам надо хотя бы попытаться.
– Гай, я не буду предателем, и тебе не позволю, - жестко отрезал Агриппа.
Две группы переговорщиков встретились на холме у побережья, когда солнце только взошло в зенит. Пятнадцать человек со стороны Агенобарба, пятнадцать человек со стороны Помпея. Пришвартованный корабль нависал над ними как коршун – и Агриппа не сомневался, что, как у них была в засаде полная когорта, так и моряки Агенобарба могли в момент преобразиться в боевую единицу, готовую стоять за своего командира до конца.
Но в этом не было нужды.
Переговоры даже не были переговорами – просто фиксацией договоренностей.
Агенобарб с Помпеем, давно спешившись, стояли на краю холма и, словно старые друзья, обсуждали детали плана. Агриппа бросал недоверчивые взгляды на Лентула Спинтера, и тот отвечал ему взаимностью.
– …полностью заблокировать все морские пути на Адриатике можно примерно за несколько дней. У меня как раз там база, - говорил Агенобарб, - Он не сможет прорваться на помощь быстро. Как минимум по морю.