Перепутья Александры

Бахтиярова Анна

– Где-то я вас видел, - задумчиво протянул драгоценный отпрыск Бастинды, пока я принимала вертикальное положение и отряхивала платье.

– Да ну?
– бросила я раздраженно. Ух! Как же я ненавидела Вовочку в этом возрасте! Наше противостояние нередко выливалось в драки, из которых я выходила с поредевшей шевелюрой, а братец с расцарапанной физиономией, а два раза - с разбитым носом.
– Глаза протри, совиный хвост!
– машинально наградила я пацана детским прозвищем, которое сама когда-то и придумала. Сова - за круглые очки, которые Вовка в то время носил,

хвост - из-за неизменного держания за Аллину юбку.

– Кикимора!
– изумился вздернутый нос и почесал затылок.
– А чего это ты постарела?

– Повзрослела!
– учительским тоном поправила я.
– Чтобы оттаскать тебя за уши!

– Не дотянешься, - объявил юный нахал и показал язык, правда, на всякий случай отступил на пару шагов.

– Надо будет, дотянусь, - пообещала я, демонстративно поглаживая шею Рыжика. Уловка сработала. По крайней мере, двое мальчишек не отрывали глаз от моих пальцев, мечтая тоже прикоснуться к коню.
– А пока расскажите, чем вы тут трое занимаетесь?
– добавила я небрежно, чтобы не спугнуть ребят. Неважно, сколько им лет на самом деле, сейчас они чувствовали себя обычными детьми.

– Играем, - пожал плечами Макаров.
– А что еще делать, раз застряли тут? Кстати, я Макс. А это Борька, - покровительственно кивнул он на третьего мальчика у меня за спиной. Я и не заметила, как тот подошёл ближе. Надо же, Поток прямо-таки кишит людьми, двигающимися бесшумно.

– Здравствуйте, - поприветствовал меня блеклый мальчик и протянул руку, но вдруг струхнул и спрятал ее за спину. И взгляд потупил. Его сложно было назвать симпатичным. Лицо вытянутое, нос длинный, фигура нескладная. А когда паренек сделал пару шагов, оказалось, он ещё и хромает.
– Это не лечится, - пояснил он столь будничным тоном, что мне стало неловко за проявленное любопытство.

– Давно вы тут?
– затронула я более важную тему.

– Я две недели, - охотно пояснил Макс.
– Вовка - одну. Борька говорит, не меньше месяца. А может, и больше. Тут время - неправильное. Нам так сказали.

– Кто?
– насторожилась я, испытав очень нехорошее предчувствие. Хотя с чего бы? Мало ли в Потоке взрослых, которые поняли эту особенность.

– Старик один. Василием Петровичем звать. Он нас иногда навещает.

– Весь такой разодетый, да? С карманными часами?
– уточнила я, постаравшись говорить, как можно спокойнее, хотя сердце вовсю исполняло акробатические трюки.

– Ага!
– хмыкнул Макс и восхищенно протянул.
– Понтуется.

Вот тут мне стало совсем нехорошо. Мало того, что дед, открывший мне когда-то дверь из Потока, всё-таки не человек, так еще он сумел очаровать мальчишек, полностью завоевав их доверие!

– А про Пелену он вам рассказывал? Про Страх? Про Перепутья?
– забросала я ребят вопросами, физически вдруг ощутив, что моё время здесь на сегодня заканчивается.

– Про Страх говорил, - кивнул Макс. Он единственный поддерживал разговор. От Вовки, впрочем, я другого не ждала. Но странно, что Боря продолжал меня стесняться.
– Только враки всё это, - поморщился Макаров и, осмелев,

провел кончиками пальцев по боку Рыжика.
– Взрослые любят страшилки рассказывать. Туда не ходи, серый волк съест. Веди себя хорошо, а то придет злой старик и тебя украдет.

Я истерично прыснула. Про деда Максим явно в точку попал. Петрович был способен и не на такую подлость.

– Слушайте, - я поманила мальчишек к себе и заговорчески понизила голос.
– Расскажу вам один секрет. На самом деле я давно путешествую по Потоку. Но не как вы. Я не застряла тут, а прихожу и ухожу снова.

– Врешь!
– подал голос Вовочка, угрожающе потрясая кулачками.

– Сейчас докажу, - заверила я, судорожно пытаясь придумать, что бы такого убедительного сделать.
– Вот, глядите, - я хлопнула в ладоши, мысленно умоляя высшие силы о помощи. К счастью, сегодняшнее везение не закончилось, потому что в небе охотно грохнуло и...

– Ух ты!
– заворожено выдохнул Макс, затем уважительно поглядел на меня. А я стояла, переминаясь с ноги на ногу, и понятия не имела, как исхитрилась создать дельтаплан с пропеллером. Хотела-то, всего-навсего, устроить небольшой фейерверк. Впрочем, давнее изобретение бедного Егорки пришлось больше к месту. Мальчишки замерли в подобострастном преклонении перед летательным аппаратом. Даже о Рыжике забыли.

– Дай полетать, а?
– простонал Вовочка, подскакивая на месте мячиком.
– Проси что хочешь взамен.

– И мне! И мне!
– вскидывая вверх руку, как на уроке, прокричал Макс.

Я, прищурившись, оглядела светящиеся лица сводного брата и Макарова, растерянно отмечая в уме, что Боря и здесь не торопится солировать. Затем подозвала всех троих поближе.

– Вот что, - зашептала я, постаравшись придать лицу загадочное выражение.
– Я дам вам полетать, если вы ответите на вопросы. Согласны?

Макаров с готовностью закивал, Вовочка подозрительно покосился и предпочел промолчать, а Боря и вовсе попятился.

– Начнем с тебя, Максим Макаров, - сделала я большие глаза.

– Откуда ты узнала мою фамилию?!
– заволновался мальчишка и на всякий случай схватился за Вовочкину руку.

– Говорю же, я давно сюда прихожу. Поток меня знает и даёт подсказки. Например, мне нашептали, что твоего папу зовут Виталий, а маму Алевтина. Скажешь, нет?

– Не совсем, - пробубнил Макс, побагровев и спрятав глаза.
– Это моего дядю зовут Виталий. Он просто... просто...

Что именно хотел сказать Макаров я так и не узнала, потому что слова потонули в мерзком скрипе, как от несмазанной двери. Я вздрогнула, узнав этот звук, хотя и слышала очень давно.

– Однако, какая встреча!
– старик, шагнувший на поле, поприветствовал меня, снимая щегольскую шляпу.
– Рад снова вас видеть, Александра, - он даже поклонился, но глаза - холодные и мрачные не сумели скрыть неприязни.

– Не могу ответить взаимностью, Василий Петрович, если вас, конечно, действительно так зовут, - лицо помимо воли скривилось в презрительной ухмылке, а рука легла на спину Рыжика - для надежности.