Переплёт
Шрифт:
Умная Дарина при личных встречах умело взращивала эти ядовитые семена, и вскоре Арентис стал её верным сообщником. Он желал стать Главой Семьи и ради этого был готов на всё – даже на устранение Алькотриса и Нико.
А Дарина обдумывала захват власти и решила помимо Алькотриса уничтожить ещё одну ключевую фигуру Совета – Великого Ная Тимониса Шанаиар. К тому же её всё больше беспокоил собственный отец. Он явно стал подозревать, что дочь готовит какое-то недоброе дело. А ещё больше её бесило то, что проклятый Алькотрис Нивиаар жил себе, как ни в чём не бывало, не чувствуя никаких
И она решила форсировать события. Правда, подступиться к самому Алькотрису Нивиаар не представлялось возможным – старинный артефакт, древний браслет надёжно охранял своего хозяина. Однако к тому времени Тукхвар отыскал в архивах Совета один старый документ, в котором рассказывалась легенда о местонахождении семейного сокровища Шанаиар – браслета, парного тому, что имелся у Алькотриса. На документ он наткнулся совершенно случайно, история, рассказанная в нём, походила на вымысел, но Дарина решила проверить. И парный браслет был найден. Более того, Дарина сумела запечатлеть его на себя и получила такие силы, о которых не смела и мечтать.
И Дарина приступила к выполнению своего плана. Арентис устранил Алькотриса и начал потихоньку набирать влияние в Семье. Дарина же, беседуя с членами Совета, стала подготавливать почву для того, чтобы отменить древние законы, открыв для себя дорогу к власти.
Однако всё оказалось не так легко. Наследник Нико стал искать отца, а Тимонис Шанаиар потребовал личной встречи с женщиной и высказал ей все свои подозрения. Дарине удалось на время усыпить их, но она не сомневалась, что Великий Най Шанаиар не успокоится. И участь Тимониса была решена. С помощью браслета ей удалось воздействовать на нервную систему Тимониса Шанаиар, погрузив его в коматозное состояние.
Но настоящей опасностью стал для неё собственный отец. Он, сопоставив факты, потребовал от дочери ответа. Дарина, разъярённая требованием отца, не сдержалась и заявила, что хочет мести, ибо Алькотрис Нивиаар виновен в её нынешнем состоянии. В доказательство она продемонстрировала письма, которые хранила до сих пор.
Однако, Ландрис Иллиниар, прочитав письма, не согласился с ней. Он заявил, что письма написаны кем-то другим, что Алькотрис Нивиаар не имеет к их написанию никакого отношения и что у него есть подозрения на этот счёт.
Но Дарина, не понимавшая, что начинает уже сходить с ума, зациклившаяся на своей мести, не терпела никаких возражений. В запальчивости она отдала приказ Тукхвару… и Ландрис Иллиниар умер, прежде чем успел сказать ей хоть что-то о своих подозрениях. Дарине пришлось бежать с Найири – спешно, она боялась, что смерть отца будут расследовать и её обвинят в убийстве.
Смерть Великого Ная Иллиниар действительно расследовали со всем тщанием, но виновных не нашли. Не нашли, потому что никто из расследовавших не мог даже предположить, что Ландрис Иллиниар погиб по приказу собственной дочери. К тому же, Дарина тщательно скрывала наличие у неё браслета, и целители, обследовавшие тело покойного Великого Ная, оказались в тупике. Они смогли установить, что смерть была насильственной, но вот каким образом Ландрис
Однако смерть Ландриса Иллиниара, любящего отца, исполнявшего до поры до времени все прихоти любимой дочери, не могла не сказаться на и без того нестабильной психике Дарины. Именно с этого времени, скрываясь, она стала выдавать себя за мужчину, а носимая ею почти постоянно маска, особый прибор, искажавший голос и свободный покрой одежд, подобные которым носили как женщины, так и мужчины, позволяли ей удачно разыгрывать этот маскарад. Верный Тукхвар всюду следовал за своей госпожой, поддерживал её во всём и даже сумел связаться со сообщниками по заговору, оставшимися на Найири.
К тому времени Дарина получила известие, что её бывший возлюбленный жив, хоть и находится на отсталой планете. Она даже обрадовалась этому. Нет, не потому, что пожалела о принятом решении уничтожить Алькотриса Нивиаар. Она стала считать, что он отделался слишком легко, ей хотелось уничтожить его, раздавить, насладиться его мучениями. К тому же Дарине захотелось обладать обоими парными браслетами, сосредоточив в своих руках власть и могущество. Дарина знала о легенде, которая позволила бы ей стать правительницей Найири, на пути стоял только старый закон…
Далее Дарина рассказывала уже известные Димке факты, к тому же к концу рассказа речь её стала малосвязной, женщина временами словно впадала в транс, часто твердя: «Голова болит… Тукхвар… Пусть придёт Тукхвар… Он умеет снимать головную боль…»
Димка задал вопрос, о том, где сейчас находится Алькотрис Нивиаар, но даже в таком состоянии Дарина злобно рассмеялась и заметила, что он сейчас там, откуда никуда не выберется, что он умрёт в мучениях, и это доставляет ей несказанное удовольствие. Кажется, она что-то вспомнила, но дальнейшая речь Дарины стала совсем бессвязной…
В конце концов Димка понял, что больше из Дарины он ничего не вытянет, и связался с Нико, чтобы вернуть Дарину в её комнату и вызвать целителя. Парню стало понятно, что женщина тяжело больна психически и что отпускать её нельзя ни в коем случае. Он стал испытывать к Дарине что-то вроде брезгливой жалости, брезгливой потому, что слишком много она натворила… и натворила бы ещё больше, если бы достигла своей цели. Дарина была психически больна, но психическая болезнь не отменяет ни ума, ни способностей. И страшно представить, что бы стало твориться на Найири, если бы её план воплотился в жизнь. Даже предатель Арентис сто раз бы успел пожалеть о своём предательстве.
К тому же от изложенных заговорщицей фактов у него в голове был полный сумбур. Неужели Дарина права, и Алькотрис Нивиаар поступил с ней, как последний негодяй, но зачем? Димку терзали сомнения – ведь подобное развитие ситуации было невыгодно самому Алькотрису. А это значит… Если Дарина не была кукловодом, а она им не была в силу нестабильной психики… Не был им Арентис, примкнувший к заговору позже… Но кто тогда?
Никотрис увёл Дарину, которой стало так худо, что она еле переставляла ноги, а появившийся из-за ширмы Тлар тихо сказал: