Переплёт
Шрифт:
И чем дальше Димка обдумывал эту свою гипотезу, тем более вероятной она ему казалась. В неё укладывалось всё – и неведомый кукловод за спинами членов Совета, и то, что Тукхвар именовал своего господина Великим Наем, и то, что Димка ни в одном из потенциальных подозреваемых его не признал. Значит… значит, нужно подумать, как это можно использовать против заговорщика. И помнить, что время работает на Димку.
В этот момент овальная дверь отошла в сторону, и Димку охватило острое чувство дежавю. В помещение вошли двое. Лица их были скрыты, но Димка мгновенно понял, что это Великий
– Ага, – невозмутимо констатировал Великий Най. – Очнулся.
Димка рывком повернулся, не обращая внимания на вернувшееся головокружение, и попытался насмешливо улыбнуться. Получилось не очень, но всё-таки…
– Зря улыбаешься, – сказал Великий Най, но в голосе его прозвучало напряжение.
«Нервничает падла, – подумал Димка. – Значит, я прав. Такое ему не простят».
– Надеешься, что тебя найдут? – спросил Великий Най. – Зря надеешься. Сюда никто и не подумает сунуться. Просто не догадаются. К тому же, у этого места надёжная защита. Так что, тебя будут искать, конечно. Даже не сомневаюсь. Только вот найдут – вряд ли. У этих Великих тупиц просто воображения не хватит… А потом… Потом будет уже поздно.
Димка подумал: «Проверить, что ли, догадку? А, в общем – что я теряю? Этот поганец твёрдо намерен меня шлёпнуть. Или сделать послушной игрушкой, что ненамного лучше. Так что…»
И он спросил:
– Считаете, что никто не будет искать во владениях мёртвого, а, Великий Най Иллиниар?
– Что? – дёрнулся Великий Най, словно готовясь ударить Димку, но сдержался.
«Похоже, я прав, – подумал Димка, – надо ковать железо, пока горячо».
– И вообще, – насмешливо продолжил парень, – если уж я догадался об этом – могут догадаться и другие. И тогда вся ваша гениальная задумка рухнет. Зачем вам власть, Иллиниар? Что плохого вам сделали другие Великие Наи? Что сделал вам мой отец? Вы хотите убить меня? Валяйте, убивайте! Но свою связь с браслетом я добровольно разрывать не намерен – у вас уже есть одна опасная игрушка – хватит!
В ответ Великий Най рассмеялся. И это был не смех безумца, как вначале предположил Димка. Это был холодный, расчётливый смех уверенного в своих силах человека, который твёрдо решил уничтожить то, что когда-то было ему дорого.
«Он не безумец, – похолодел Димка. – Он маньяк. А это куда хуже». А Великий Най, отсмеявшись, заявил:
– Смотри-ка, Тукхвар! Полукровная тварь осмеливается показывать зубки! Ай-ай-ай. Какой он грозный! Слушай же, мальчик, – насмешливо обратился он уже к Димке, – у меня всё получится. С твоим браслетом или без него – но получится всё. Всё просчитано, я просто не могу проиграть. Я знаю, что нужно Найири – уж не этот Совет Великих тупиц точно! Чтобы Найири стала великой – ею нужно править железной рукой! Всё должно быть во имя государства – и тогда все Известные миры нас будут уважать… и бояться!
– Да вы фашист, батенька, – насмешливо произнёс Димка. – Было и у нас на Земле несколько таких… Знаете, что стало с одним из них? Он покончил с собой, предварительно застрелив свою жену… Глубоко под землёй, в бункере, в страхе, а наверху уже рвались снаряды тех, кого он пытался покорить*. Хотите закончить так же? Флаг вам в руки, Великий
– Думаешь, ты самый умный? – зло произнёс Великий Най.
– Да ни разу, – парировал Димка. – Просто умею думать и сопоставлять факты.
– Да? – в голосе Великого Ная прозвучало странное ликование. – Тогда как тебе тот факт, что твой заносчивый отец, который… не важно. Что Алькотрис Нивиаар сейчас находится далеко отсюда – пленённый, лишённый души, представляющий собой пустую оболочку? Что жизнь в нём ещё теплится только потому, что я ещё не приказывал её прервать, как, впрочем, и твою жизнь?
– Скажу, что подлецу всё к лицу, – отрезал Димка. – Теперь я вижу, что вы не дотягиваете до того диктатора, о котором я рассказывал. Масштаб не тот… и слава Богу. Слишком вы мелки, Великий Най, слишком ничтожны… Так что титул ваш звучит, как насмешка.
– Ах ты маленький мерзавец! – рявкнул Великий Най. – Тукхвар, покажи ему, кто тут хозяин!
Молчаливый сообщник тут же вытянул вперед руку с белёсым металлическим цилиндриком длиной сантиметров двадцать. Из цилиндрика ударил тонкий луч, который попал Димке прямо в грудь. Тело парня моментально свело судорогой, боль была такая, что сердце парня, казалось, болезненно застучало о рёбра, каждую мышцу кололо множеством игл, лёгкие свело, и Димка начал задыхаться. Ещё немного… ещё чуть-чуть… и он попросту умрёт…
– Пока хватит, Тукхвар, – холодно сказал Великий Най. – Ну, что, полукровка, перестал корчить из себя героя?
– Я… и… не корчил… – с трудом ответил Димка, едва отдышавшись. – Я… сказал… всё, что думаю…
– Тукхвар, повтори, – скомандовал Великий Най. – Эй, пятки мне лизать будешь, тварь?
– Сам ты тварь, – вернул ему комплимент Димка, прежде чем его тело свела новая судорога боли. В этот раз прийти в себя было труднее, а лёгкие, казалось, свело так, что они наотрез отказывались пускать в себя воздух, и несколько страшных, длинных секунд Димке казалось, что сейчас он попросту задохнётся. Не задохнулся.
– Теперь слушай меня внимательно, мелкий гадёныш, – произнёс Великий Най раздельно и холодно. – У тебя есть ещё час. Час на то, чтобы добровольно отдать мне свой браслет. Если ты сделаешь это – ты будешь жить… правда, я не обещаю, что жизнь твоя будет долгой и счастливой. Если же нет… Тогда тебя убьёт Кхемо. Он очень зол на тебя, ты серьёзно покалечил его напарника, так что убьёт он тебя с радостью. Час. Время пошло.
Потом он немного помолчал и сказал:
– А это для закрепления памяти. Тукхвар, повтори ещё раз.
И снова тонкий луч ударил Димке в грудь, заставив корчиться от боли. И вдруг непонятно откуда раздалось:
– Сю-сю-ссис!
И прямо посреди комнаты возник, словно из воздуха, злобно верещавший Сысой. Узрев творящееся безобразие, он бросился прямо под луч, пытаясь заслонить Димку, но… бедный сюсик явно не обладал Димкиной выносливостью. Его тельце луч прошёл насквозь, и оно, безжизненно обмякнув, шлёпнулось на пол, рядом с Димкой. А Тукхвар мыском обуви отбросил бедного Сысоя в угол, пробормотав: