Переплёт
Шрифт:
Димка вытащил узелок с обломками второго браслета, развязал его и положил обломки так, как велел Борька.
«А теперь соедини их, – потребовал голос Борьки. – Думаю, получится…»
Димка сдвинул обломки друг к другу, и тут произошло нечто неожиданное – обломки засветились тусклым серебристым светом, который становился всё ярче и ярче. Потом свет стал нестерпимо ярким, и Димка прикрыл глаза. Снова раздался лёгкий треск… и всё стихло. Димка приоткрыл один глаз… а второй распахнулся сам собой. На полу лежал целёхонький браслет,
«Получилось!» – радостно возопил Борька.
Алькотрис удивлённо произнёс:
– Теперь и я его слышу.
«Ещё бы нет, – ехидно заметил Борька. – Наши души слишком долго были вместе, правда, Алькотрис?»
– Отец, он о чём? – спросил Димка.
– Он… – смущённо ответил Алькотрис, – говорит правду. Я потому и был в коме, что перед пленением сумел поместить мою душу в браслет. А когда он попал к тебе в руки… там преобладало сознание Борьки. Но он чувствовал мою любовь к тебе, вот и привязался, да так сильно, что не пожелал уходить, когда моя душа вернулась на своё место.
– Ничего не понимаю… – высказался Димка, машинально продолжая поглаживать урчащего от удовольствия Бутончика по голове. – И вообще, может, сначала выберемся, а потом решать будем…
– Совершенно верно, – раздался вдруг знакомый и незнакомый голос. – Засиделись вы тут, мальчики…
– Мама?
– Иринай?
Комментарий к Глава 54. Путь к выходу http://img.ifcdn.com/images/c42d2041bc4b8e83daec95c64dbaf73efc1746b8c1fe4f5a3838113ecc31a5a7_1.jpg
Ирина в ипостаси Древней.
====== Глава 55. Свобода ======
– Ничего не понимаю… – высказался Димка, машинально продолжая поглаживать урчащего от удовольствия Бутончика по голове. – И вообще, может, сначала выберемся, а потом решать будем…
– Совершенно верно, – раздался вдруг знакомый и незнакомый голос. – Засиделись вы тут, мальчики…
– Мама?
– Иринай?
Так одновременно воскликнули ошарашенные Димка и Алькотрис, узрев, как прямо посреди помещения возникает женская фигура. Точнее… не совсем женская. Перед ними была Древняя…
Да, лицо Ирины было вполне узнаваемым, только она стала гораздо моложе и как-то неуловимо красивее и теперь казалась ровесницей собственного сына. Голову её украшала странная смесь шлема с диадемой, удивительной красоты блестящие камни складывались в сложный узор, тело от шеи до пояса было словно облито блестящей металлизированной тканью… а может, и не тканью. Ниже пояса изящные бёдра переходили в толстый хвост, покрытый золотисто-коричневой чешуёй, складывавшейся в узор. В руке Ирина сжимала что-то вроде блестящего жезла с округлым навершием и несколькими окружающими его блестящими же шарами, в целом всё это напоминало знаменитый Брюссельский Атомиум. В общем, выглядела Древняя прекрасной, величественной и явно могущей постоять за себя.
Но стоило ей взглянуть на Димку, как лицо её приобрело то самое любящее выражение, о котором
– Я тебя пугаю, да, сынок?
– Что ты, мама! – воскликнул Димка. – Как ТЫ можешь меня напугать? И вообще, я и сам такой!
После этого он торопливо перекинулся сам, и Ирина восхищённо ахнула:
– Сынок! Да какой ты потрясающий! Я и не надеялась, что кровь Древних в тебе достаточно сильна!
– А если бы нет? – притворно надулся Димка.
– И что? – тут же ответила Ирина. – Ты – мой сын, я тебя люблю, а остальное – неважно!
– Маам… – прошептал Димка и бросился обниматься.
– Как же я тебя искала, – всхлипнула в ответ Ирина, – чуть с ума не сошла…
Некоторое время мать и сын обнимали друг друга, а потом Ирина прошептала:
– Прости, сынок, мы и забыли о твоём отце…
Димка неохотно отстранился от матери и к ним подошёл Алькотрис.
– Прости, Иринай… – тихо сказал он. – Я виноват перед тобой. Я не смог вернуться… и в итоге случилось то, что случилось. Но я люблю тебя. Веришь?
– Верю, – улыбнулась Ирина. – Меня теперь невозможно обмануть. И ты ведь с самого начала не скрывал, что у тебя есть жена. Но тогда я так любила тебя, что мне было всё равно.
– А сейчас? – с надеждой спросил Алькотрис. – Не любишь?
– Люблю, – твёрдо ответила Ирина. – Но Древняя кровь заставляет под другим углом смотреть на многие вещи. Я не хочу обижать твою жену. Ты ведь и её любишь, Саша, правда?
– Люблю, – ответил Алькотрис. – И я не хочу терять ни одну из вас. Вы дороги мне обе, к тому же моя Семья приняла Димо.
– Я должна подумать над этим, Саша… – ответила Ирина. – В любом случае – сейчас не время и не место. Это плохое место, нам нужно выбраться отсюда.
– Мы пытаемся… – вздохнул Алькотрис. – Но у нас осталась только одна попытка.
– Так используем же её с умом, – отрезала Ирина. – Сама я могу переместиться отсюда, но вот вас вывести не смогу. Димка не обучен, это может плохо закончиться, а для тебя, Саша, такое перемещение вообще может оказаться смертельным. Но я чую, что где-то поблизости находится Ристагон…
– Это так, – кивнул Димка. – Это тот самый Ристагон, из-за которого изначально и заварилась вся эта каша. Но мы сумели его захватить… И сейчас он – наш пленник. Правда, пароль замка он нам сообщить отказывается.
– Это не страшно… – промурлыкала Ирина. – Во мне тоже течёт кровь Ристагонов… он у меня заговорит… не сомневайтесь… А потом мы непременно разберёмся, как он посмел посягнуть на моего сына… и моего возлюбленного…
При последних словах Алькотрис просто засиял. Но Ирина не стала долго отвлекаться на лирику, она повернула голову в сторону помещения, где находился связанный Тукхвар, и спросила:
– Он там?
Получив в ответ два кивка, женщина распахнула дверь и, узрев хорошо упакованного Тукхвара, отметила: