Перепаянный
Шрифт:
Вертолёт зашёл в вираж, напомнив пленникам, что они с огромной скоростью разрывают воздух на пути к неизвестной цели — в почти идеальной тишине роскошного и герметически закрытого салона забыть об этом было проще простого.
— Откуда ты знал, что сможешь найти нас когда тебе захочется? — спросил Дэш.
— Ага! Вот для того-то мне и нужно было, чтобы в Иране тебя серьёзно ранили. Мы распорядились, чтобы военный хирург, латая твои раны, поместил в твоё тело несколько имплантатов. Приказ пришёл по военным каналам, с самого верха. Врачу сказали, это необходимо потому что ты — известный предатель, —
Дэш в бешенстве рванулся вперёд. В шею вонзились колючки — пусть неглубоко, но достаточно, чтобы пошла кровь.
— Ты, больной ублюдок! — заорал он.
Ярость наконец-то нашла выход.
Алан Миллер продолжил свой рассказ, словно никакой вспышки гнева со стороны Дэша и не было:
— Хирург имплантировал крошечный, удалённо контролируемый маячок в твоём локте, под самой кожей. Маячок должен был дремать в ожидании кодированного сигнала, который бы его активировал. Ты мог сколько угодно сканировать себя на "жучки" — пока маячок спал, он никак бы себя не проявил. Хотя бомба в голове у Киры была блефом, продвинутые приёмники, о которых поведал вам Патнэм — они реально существуют. Кире хорошо известно: когда примешь одну из её таблеток, улучшение электроники становится плёвым делом.
— То есть, ты мог схватить нас в любой момент, пока Дэш был со мною? — ошеломлённо спросила Кира.
— Да, да. Но после того, как вы избежали поимки, я не хотел слишком быстро ловить вас снова. Вам нужно было дать время на то, чтобы сродниться, — сказал Алан и помолчал, зачарованно взирая на кровь, медленной струйкой стекающую по шее Дэша. — Когда вы сбежали из безопасного дома, я был вынужден в очередной раз менять планы. Предполагалось, что вы останетесь там пленниками на несколько дней, после чего получите шанс сбежать — и Патнэм будет убит в ходе побега. — Он пожал плечами. — Впрочем, неважно. Я смог внести коррективы, и всё сработало именно так, как нужно.
— У тебя по-прежнему нет координат, — упавшим голосом сказала Кира.
— Неужели? — спросил её брат, подмигивая ей. — Маячок — не единственный имплантат, который поместил в Дэша хирург в Ираке. Помимо этого он поместил в него и кохлеарные имплантаты — по одному на каждое ухо. Это стандартная процедура для глухих или очень слабослышащих людей. Вот только имплантаты, которые получил Дэш — они были звукозаписывающими устройствами на кремниевой микросхеме. Записывают в цифре, запись можно передать на компьютер и проиграть.
Алан отхлебнул маленький глоток напитка и улыбнулся.
— Их недостаток — ограниченное время работы: они могут записывать от десяти до восемнадцати часов, в зависимости от количества звуков на входе. Пришлось сделать так, чтобы они тоже активировались по моему сигналу.
— Полагаю, ты активировал их в течение последних десяти часов, — заметил Дэш.
— Прав, ты абсолютно прав, — со счастливым видом сказал Алан. — Отслеживая маячок, я легко проследил за тобой к дому Патнэма. После всех моих стараний, всей подготовительной работы, я наконец получил идеальный шторм.
Он с самодовольным видом посмотрел на сестру.
— Мужчина, которому ты доверяешь и в которого влюбляешься. Правдоподобная угроза существованию
Силы оставили Киру Миллер, когда её с полной силой ударило понимание того, что этот монстр победил. И она послушно сыграла свою роль идеальной маленькой пешки. Кира бросила взгляд на верёвки и на колючую проволоку у своего горла. Побег невозможен. Да и будь он возможен, что бы она сделала? Убила бы собственного брата?
Она крепко сжала кулаки. Это не её брат, убеждённо сказала она себе. Это извращённый самозванец. Лишь таким способом её психика могла пережить столь колоссальное предательство. Её брат погиб в огне в доме её детства. Монстр, сидящий перед ними — абсолютно чужой, незнакомый человек.
— И завершающий штришок к моему шедевру, — продолжил Алан, — сделать так, чтобы вы сочли, что твой самый страшный враг мёртв.
— Зачем? — спросил Дэш.
— Заподозри Кира, что влиятельный враг с доступом к её таблеткам всё ещё жив, она бы с куда меньшей охотой выдала координаты GPS, — объяснил Алан и приподнял брови. — Патнэм понятия не имел, каков мой план. Определённо не думал, что его смерть будет ключевым ингредиентом. Зная, что твой злейший враг, убивший насмерть твоего брата, и сам умер, ты могла прошептать свой секрет прямо в ухо Дэша.
Алан помолчал, давая пленником сполна осознать, как основательно ими манипулировали, осознать всю глубину поражения.
— А если бы Кира не убила Патнэма?
— Я полагал, что убьёт. Позаботился о том, чтобы напоминаниями о моём убийстве он насыпал в её раны как можно больше соли. И моя сестрёнка настолько, чёрт бы её побрал, предсказуема! Настолько охренительно благородна. Не могу передать, насколько разочарован тем, что мы с нею вышли из одного чрева.
— Уж ты мне поверь, — хмуро сказала Кира Миллер, — твоё разочарование — ничто по сравнению с моим.
— Что же до твоего вопроса, Дэш, — сказал Алан так, словно его сестра ничего не произнесла, — именно я направил Патнэма в его дом, чтобы с вами поговорить. Мой снайпер держал его на мушке, пока остальные солдаты шли по туннелю. Если бы Кира его не застрелила, это сделал бы снайпер — Патнэму достаточно было открыть дверь. — Алан помолчал. — Вы бы не знали, кто и почему его убил, но это было бы неважным. Поскольку он был единственным, кто мог сбросить таймер якобы взрывного устройства в голове Киры, она всё равно передала бы тебе свой секрет: ведь она верила, что жить ей остались считанные минуты, а гарантий по остановки плана по стерилизации не было.
Дэш с жалким видом кивнул.
— Похоже, ты продумал всё, — сказал он, в первый раз выглядя побеждённым.
— Ты чертовски прав, — самодовольно сказал Алан.
49
С момента приземления вертолёта прошло чуть ли не пять минут, но Алан Миллер явно наслаждался собой слишком сильно для того, чтобы прерваться. Пилоты были не настолько глупы, чтобы прерывать босса. В конце концов Алан всё же решил: обстановку пора сменить.
Шестеро солдат, одетых в ту же форму коммандос, окружили вертолёт и терпеливо ждали, пока Алан Миллер откроет дверь.