Переносчик
Шрифт:
Миновав стеклянные входные двери, я выкарабкался на улицу. Повеяло свежестью, и, не вставая с земли, несколько мгновений я вдыхал свежий воздух, насыщенный запахом саонгорского моря. Слева со стороны дороги показался свет фар, я поторопился. Грузовая машина равнодушно проехала мимо стоянки и здания, когда мы с электриком уже подобрались к "Каро".
Сандра вышла спустя несколько минут. Я сидел в машине, откинувшись назад и закрыв глаза, труп тоже уже покойно лежал на своем месте в багажнике. Сандра открыла дверь и залезла на сиденье.
– Что случилось? Почему ты…
– Кто-то назвал бы это законом подлости, а кто-то судьбой. Я же просто считаю это случаем.
После
– Там было два санитара. Я чуть не попался. Два спятивших санитара, по всей видимости, не стажеры и не новички. Я бы даже сказал, любители.
– Что дальше?
Воцарилось продолжительное молчание. Тишина поглощала своей безумной правдой: дальше ничего. Всплыли какие-то воспоминания, зазвучали слова, фразы из подсознания. Ни с чем не связанные, просто объяснявшие, что я еще жив, что еще в этом мире. Неизвестно, что творилось в голове у спутницы. Не удивился бы, если что-то подобное. Тишина растворилась после моих слов:
– Тебе нужно ехать домой. Я отвезу тебя на станцию.
– Откуда ты знаешь, что мне нужно? – возмутилась девушка. – У нас проблемы, и мы будем их решать, пока все не кончится.
– Проблемы у меня, но никак не у нас, – я говорил, смотря в окно, отвернувшись в противоположную сторону от Сандры. Почему-то я не хотел смотреть на нее сейчас.
– Вот как ты заговорил теперь, после всего, что произошло.
– А что произошло?
– Ты бы уже давно помогал точить ножи палачам, если бы не я! Я три раза тебя вытаскивала!
– Два. В клубе ты и себя вытаскивала, – мне нужна была эта грубость, нужна была жестокость, чтобы убедить Сандру оставить меня, чтобы спасти ее же саму, пока еще не поздно.
– Пусть будет два! Этого мало?!
– Да, кстати, – я резко повернулся к ней, – мне давно хотелось спросить тебя. Почему ты это делала? Почему ты, как ты выразилась, вытаскивала меня?
Сандра, сидевшая на кресле корпусом ко мне, повернула голову в сторону заднего сиденья и опустила взгляд. Мне показалось, что она сделала вид, будто ищет ответ, но на самом деле он у нее уже был готов без раздумий. Снова воцарилось молчание. Какое-то время я пытался поймать в ее неподвижности что-то еще, но никак не удавалось. И тогда опять, откинувшись на сиденье, я закрыл глаза. Поплыли те же образы, голоса, воспоминания. "О чем они мне говорили?"
Вдруг я почувствовал, как на меня хлынул легкий, теплый поток воздуха, насыщенный приятным ароматом. Через секунду моих губ коснулось что-то горячее и влажное. Аромат стал еще приятнее и сильнее. Я не смог открыть глаза, как будто они сами этого не хотели, и тогда полностью предался ощущениям. Еще что-то более приятное и мягкое слегка раздвинуло мои губы и проникло в рот. В голове стали возникать совершенно иные образы. Новый цветок пробивался сквозь черствую почву, вот трещина, из нее бутон, разгибается на тонком стебле и оживает, раскрывая чудесное соцветие, яркий, душистый цветок. Это была Сандра. Ее поцелуй, наполненный нежностью и сказкой, насыщал меня чудотворной, окрыляющей энергией. Он застал меня врасплох. Я менее всего ожидал такого, а тем более сейчас. Как прекрасно и как трагично. Возможно, это последний поцелуй в жизни.
Продолжая поцелуй, я смог медленно раскрыть глаза и к удивлению встретился со взглядом Сандры. Она смотрела на меня своими зелеными глазами. При таком свете, конечно, не было видно цвета глаз, но я знал, какие они, эти глаза. Подумать только, она тоже целуется с открытыми глазами, точно так, как это люблю делать я. На мое лицо, не удержавшись за ухом, упала копна ее светлых волос. Аромат продолжал распространяться внутрь
Осторожно отпустив мои губы, Сандра шепнула: "Я люблю". Это было, как удар молнии, как раскат грома посреди воюющего неба, как внезапный град из солнечных небес, как небесное озарение в хмурой ночной глуши. Сандра опустилась на свое место и отвернулась в окно. Я долго не решался ничего сказать и лишь осторожно водил кончиком языка по губам, будто боялся смахнуть, как пушинку с листа, остатки сладкого ощущения. Потом достал сигарету и жадно закурил в молчании сумбурных мыслей.
– Ты считаешь, что после этого я предложу тебе продолжить ужасное приключение, которое вот-вот закончится не в мою пользу? – проговорил я, туша бычок и выбрасывая его за окно.
– Делай, что хочешь. Мне все равно.
Теперь абсолютно ясно, что далеко не все равно. Распространенный ход, которым пользуются люди: выложив козырь на стол, предлагают продолжать игру. Я полез в карман, чтобы отыскать там какую-нибудь бумажку и аккуратно скинуть ею со штанов пепел, который осыпался во время курения. Нащупал тонкую мягкую картонку и, вытащив ее, легонько поддел серо-черную массу, стряхнул за окно. Затем начал играть прямоугольной карточкой, нервно вертя ее в руках. Это была та самая карточка, которую метнул мне гофарец в клубе «Метрок» за несколько секунд до того, как его голова встретилась с пулей. Я сразу не обратил внимания на то, что крутил в руках, но это сделала Сандра.
– Дай мне эту визитку, пожалуйста, – сказала она и протянула руку. Я, не пытаясь понять зачем, отдал ей карту. Девушка внимательно разглядела бумажку, перевела взгляд на меня, за окно, снова на бумажку. Я не смотрел на нее, а включил экран. Все это время машина была заведена и работала в бесшумном режиме в состоянии полной готовности. На экране замелькали дороги. Голос за кадром рассказывал, как можно быстрее объехать пробку на Красном мосту, которая постоянно вырастала в полуночные часы. Мост этот был небольшой, перекинут через узкую местную речку, текущую с восточных гор, в которую сбрасывали свои отходы три предприятия мелкой промышленности. Если б не было большой значимости этих заводов для «САЭЛ», то Яалу давно бы уже засыпали. В центральном округе хватало подобных рек, но именно на этой речушке было построено нескольких мостов и три туннеля под ней. Один из мостов, Красный мост, находился ближе всех к центру, и поэтому здесь постоянно случались заторы. Голос за кадром рассказывал, как короче проехать к ближайшему туннелю; впрочем, каждую ночь он рассказывал об этом одно и то же.
– Почему ты считаешь, что вариант, предложенный этим гофарцем, ложный или безнадежный? – вдруг задала вопрос Сандра.
– Да разве ты сама не видишь? Это какая-то уловка. Хотя сейчас я бы и его предложение выслушал повнимательнее. Но вот только он мертв.
– В визитной карточке указан адрес на Гофре. Это их самый крупный город, а значит, от порта недалеко…
– Ты серьезно? – в недоумении перебил я Сандру. "Что она, дурочка что ли? Или я для нее дурак?" – Это другая страна! Туда нужно лететь! С трупом лететь, да?! Это самое глупое, что мы можем сделать! Он не оставил нам адреса здесь для связи. И даже если бы оставил, то после бойни в клубе я бы туда не сунулся. Как он вообще рассчитывал, что мы найдем его потом? Тут совершенно ясно: они пасли бы нас от клуба и где-нибудь бы обработали. Хорошо, что его пристрелили.