Перелом
Шрифт:
Причард, зло махнул рукой, раздражением признавая правоту интенданта.
— Что говорит штаб дивизии? Нам, вырывать это заусенец? Или все-таки французы озаботятся возвратом своей колонии.
— Сэр. Ливия –итальянская колония. Французская –это Алжир…
— Да хоть Нигерия! К черту этих европейцев. С их колониальным наследием. Пусть сами штурмуют свои города. Парни из Кентукки и Аризоны,не должны за это умирать!
Артиллерия уже полтора часа терзала Тобрук, когда к радости американцев, прибыла французская колониальная пехота.
Грязные марокканские горцы,
Перед майором Сандерсом, вырос высокий и тощий французский капитан,с сигаретой в деревянном мундштуке и характерным шейным платком,ставшим некой визитной карточкой «Сражающейся Франции».
— Месье майор. Капитан Легран. Первый табор гумьеров, первого марокканского полка тиральеров прибыв в ваше распоряжение.
— Мистер Легран…Козырнул Сандерс. Рады вашему прибытию. Нам, идти в атаку на укрепленные позиции германцев,но пехота отсутствует…
Легран сморщился, словно съел лимон.
— Это,месье Сандерс,условная пехота. Чертовы горцы,не имеющие ничего общего с тиральерами из алжирских или сенегальских полков. Насильники и мародеры,любители мучить пленных.
— Боже, что за варвары…
— Вы правы, месье. Из цивилизации у них только винтовки и сандалии. Скопированные с сандалий давно вымерших римлян…Хи-хи… Римлян –нет, но сандалии –есть… Капитан неожиданно икнул и стоящий рядом с командиром батальона Эрнст Хармонд, с ужасом понял, что французский командир вдрызг пьян.
— Но,месье. Мои дикари, чертовски хороши в ближнем бою…Если ваша артиллерия поставит огневой заслон и надежную дымовую завесу,то гумьеры –без сомнения расчистят дорогу вашим танкам…
Капитан Легран, оказался прав…Восемь сотен диких горцев,разбитые на два больших отряда,пешком прячась за барханами,пользуясь обстрелом и плотной дымовой завесой, подошли к немецким траншеям на расстояние броска гранаты и обнажив кривые кинжалы и штыки вломились к гуннам на позиции. Там тут же начался натуральный Ад, судя по заполошной стрельбе и воплям и бронетанковая бригада американцев двинулась двумя батальонами вперед,стараясь прорваться на плечах гумьеров внутрь Тобрука.
Рота,гауптмана Мерка, встретила «железнобоких» (2) достойно, выставив танки совместно с обложенными мешками с песком и бетонными блоками бронебойными орудиями –на каждом значимом перекрестке и развязке,сразу раздробив,словно волнорезом атакующую американскую линию.
Американский М90 «Шеридан» с какой то новой, словно рубленной, из за дополнительной защиты башней (3), заполнил собой весь прицел командирского «Леопарда», выползая из-за обрушенного обстрелом,угла дома.
— Залп! Рявкнул наводчик, Штефан Кор и орудие «рейнметалл», дисциплинированно выплюнуло «pfeil» — оперенный подкалиберный снаряд, проткнувший слоноподобный «шеридан», несмотря
«Шеридан», взревев двигателем и скребя гусеницей проехал чуть вперед и всей массой,проломил желтую стену арабского дома, подняв тучу пыли и немилосердно коптя.
— Здесь перекрыто наглухо. Третий переулок заблокирован! Надрывался в радиостанцию Мерк. Перекрывайте остальные улицы! Не дайте янки прорваться вглубь города!
Лейтенант Вилли Хольм, слышал призывы командира и торопился их выполнить,ведь затея была –отличная. Подпалить американских бронированных бегемотов на близлежащих перекрестках перекрыв проезд и создав импровизированные баррикады. Американская пехота и дикари –арабы, отсекались пулеметным огнем и перед командованием янки вставала проблема как двигаться вперед? Тут даже американская артиллерия и авиация –не помогут.
Вот и его цель. «Шеридан», вращая огромной, какой то горбатой огромной башней проехал мимо танка Хольма, направляясь вглубь узкой улочки и снося углы ближайших домов. На башне восседал танкист в шлеме и темных очах и бесстрашно расстреливал из крупнокалиберного «браунинга», сидящих на плоских крышах фузилеров с «панцершреками».
— Готово! Рявкнул заряжающий, рядовой Кнут Дюкше, когда затвор орудия сыто лязгнул, проглатывая очередную оперенную «стрелу».
Капитан Хармонд, несмотря на дым, разглядел как появившийся невесть откуда «леопард», неторопливо наводится на корму проехавшего перекресток танка лейтенанта Керри Ларсена, лихого взводного родом из Южной Дакоты и одного из лучших танкистов его батальона.
— Игла-три, Игла — Три…Сзади! Сзади «гунн», черт тебя раздери…
— Наводи орудие Санчес! Не тяни! Орал Хармонд, на своего наводчика, но не успел…Опоздал буквально на секунду и танк «шеридан» Ларсена заполыхал, словно облитый бензином… Но продолжал движение, вперед, выкатившись, на небольшую базарную площадь тем самым освобождая перекресток, ценой жизни горящего заживо экипажа, чье истошные вопли, Хармонд отчетливо слышал в наушниках.
— Пли! Теперь «шеридан» Хармонда, поменялся местами с «гуннами» и выстрелом 105 миллиметровой пушки пробил башню «леопарда». Немец -запылал и развернувшись боком, перекрыл проезд, отсекая атакующих американцев от входа на базарную площадь…
— Все, приехали, капитан… Механик водитель, Леон Тарвер стянул с себя шлем с наушниками.
— Ракетчики! Ракетчики на крыше! Заорали откуда то с внешней стороны, видимо пехотинцы крадущиеся сзади.
— Санчес! К пулеметам! Сбрось этих гнид с крыши, приказал наводчику Хармонд. Мантелло — заряжай шрапнелью.
— Да сэр!
— Тарвер! Сдай назад, только пехоту не подави сзади. Потом, набирай скорость и убери препятствие перед глазами…
— Таран, сэр?
— Именно так, Лео, именно так. Обстреливаем крыши, очищаем от ракетчиков и стрелков противника, потом — Тарвер разгоняет нас и мы –сносим препятствие. Как отстреляемся –люки задраить, и держаться крепче. Нам-здорово достанется…