Перелом
Шрифт:
Ее левое колено немного онемело, но пока переносило нагрузку. Она думала, как бы продержаться до прихода в город.
Задумавшись, Элли споткнулась о камень на краю дороги и едва удержалась от падения.
«Соберись, Элли», - упрекнула она себя. «Поломай сейчас ногу и ты в конечном итоге вернешься в этот дурацкий лазарет».
Далекий гул двигателя автомобиля нарушил тишину на узкой сельской дороге. Она бросилась искать место, чтобы спрятаться, но живая изгородь стояла сплошной стеной по обе стороны. Фары автомобиля осветили поворот перед ней.
В
Но все же она затаила дыхание, когда машина прогрохотала мимо, и выдохнула только тогда, когда та умчалась в ночь.
Они не увидели ее.
Темнота, казалось, сгустилась, когда она возобновила свой путь, вытаскивая куски сухих веток из волос.
Все тело болело, и холод пробрал до костей. Чтобы отвлечься, она попыталась представить, что прямо сейчас в школе делала Рэйчел.
Рэйчел - ее лучшая подруга, «книжный червь», так что Элли была уверена, что знает, чем именно она занимается: домашним заданием по химии повышенной сложности. Сидит в библиотеке в глубоком кожаном кресле, обложившись книгами под лучами настольной лампы. Ее очки сползли на нос, и она счастливо погружена в сложные формулы и схемы.
Эта картинка заставила Элли улыбнуться. Но улыбка быстро померкла.
«Простит ли она меня, что не сказала о побеге?» Она покачала головой, чтобы отбросить эту мысль. Не имело значения что кто-либо подумает - даже Рэйчел. Это требовалось сделать.
Убийцы Джу должны быть наказаны. И так как никто другой не сделал этого, Элли позаботится об этом сама.
Глава 4
В конце концов, она оказалась права насчет выбора направления, но не насчет расстояния. Да уж, намного больше двух миль. Она едва чувствовала свои ноги, когда через два часа достигла города.
После продолжительной прогулки по темной дороге яркие городские уличные фонари ослепляли, а шум уличного движения оглушал. Город был не особенно большим, и Элли знала, что если будет идти по направлению к центру, в конечном итоге найдет искомое.
Естественно через несколько минут кованая вывеска в старинном стиле указала, что она у железнодорожной станции. Здесь было практически пусто, следующий поезд прибывал нескоро. Зал ожидания оказался крепко заперт, как и кассы, поэтому она опустилась на холодную, металлическую скамейку на платформе и стала ждать. Ночной воздух был холодным, ее дыхание вылетало облачками, и некоторое время она забавлялась, пытаясь выпустить кольца пара.
Это было весело. Но вскоре, продрогнув, она отказалась от затеи, закуталась сильнее в пальто и натянула воротник до ушей.
Она, должно быть, задремала, потому что гудок поезда разбудил ее, возвещая ревом о прибытии на станцию. Длинные красные вагоны заполняли пассажиры в дорогой одежде, возвращающиеся домой после дня, проведенного
Она так была поглощена наблюдением, прикидывая, каково оказаться на их месте, что не услышала, как сзади подкрался парень.
– Вам разрешено находиться здесь, мисс?
Вскочив, она бросилась на него с такой силой, что чуть не сбила с ног. Ее шапка слетела с головы, приземлившись на платформе в футе от них.
– Марк!
– она крепко обняла его, вдыхая слабый, но приятный запах сигаретного дыма, который всегда цеплялся за его одежду.
Он окрасил концы своих темных волос, и они спутались в сине-черный водоворот; крошечная золотая серьга проглядывала сквозь прядь, еще одна такая же красовалась в брови. С того времени, как она уехала, он избавился от подростковых прыщей и выглядел более взрослым. Но его одежда была та же - сегодня он надел рваные джинсы и выцветшую черную футболку с надписью 'Революция' в зеркальном отражении.
Весьма удивленный силой приветствия, он, недолго поколебавшись, также обнял ее.
– Что, черт возьми, Элли? Что я делаю здесь, в… - он сделал паузу, рассматривая последних пассажиров в деловых костюмах, женщин на высоких каблуках, покидающих станцию, - в этом месте, черт возьми?
В этот момент, вероятно, свет сигнальной лампы осветил ее, и Элли заметила, как Марк рассматривает шрам у линии роста волос - врачи побрили ей висок, чтобы грязь не попадала в рану, волосы отрасли, но красная зигзагообразная линия по-прежнему ярко выделялась.
Он восхищенно присвистнул.
– Отличный шрам. Кто это тебя так?
Она посерьезнела:
– Это долгая история, из-за которой я к тебе обратилась. Мне нужна твоя помощь.
– Без шуток. Ты выглядишь дерьмово, Эл, - она поняла, что Марк с растущей обеспокоенностью оценивает круги под глазами, ее истощенность и бледность.
– Что они с тобой сделали?
Станция опустела. Позади них со стоном и скрежетом готовился к отправлению поезд. Но Элли все равно понизила голос.
– Некоторые люди пытались ... убить меня. И теперь я не могу ...
– она замолчала. Как это объяснить? Марк вообще ничего не знал о том, что происходило в ее жизни после отъезда из Лондона. Ничего о Киммерии или Ночной школе. Ничего о Натаниэле или убийствах. Этот мир был совершенно ему чужд.
– Слушай, давай просто сядем на поезд и уберемся отсюда, Марк,- предложила она, спешно схватив его за руку и подтащив к расписанию по станции.
– Я расскажу тебе по пути. Когда следующий поезд в Лондон?
Резкая перемена ее настроения, казалось, застала его врасплох, и он поднял руки.
– Эй, подожди. Посмотрите на табло, - он указал на светящее расписание около двери.
– Следующий поезд будет через два часа. Мы на краю света, помнишь?
Она поникла, поэтому Марк бросился предлагать альтернативные варианты: