Перелом
Шрифт:
Как правило, она бы поспешила извиниться и как-то разрядить обстановку, но сейчас осталась холодна. Она посмотрела на него в немом возмущении.
Когда Элли не ответила, садовник заговорил вновь. Его тон сигнализировал о своем неодобрении:
– Я полагаю, что ты правша, Элли?
Какая-то часть ее хотела наконец прервать это противостояние и просто ответить напрямую, но она продолжала дуться. Поэтому вместо этого девушка пренебрежительно пожала плечами и скрестила руки на груди.
– Элли, живей..,-тихо сказал
Элли закусила губу, с трудом сдерживая себя, чтобы не сказать ему катиться ко всем чертям. Почему бы ему просто не заняться своим делом?
Видимо, решив, что она не собирается разговаривать, мистер Эллисон полез в карман
полукомбинезона и вытащил пару широко используемых секаторов, достаточно маленьких, чтобы легко уместились в руке, и протянул ей. Он не шевельнулся, чтобы шагнуть ей навстречу. Она должна подойти и взять их.
Элли упрямо оставила руки сложенными и не хотела уступать. Она хотела, чтобы каждый знал, как она рассердилась. Как несправедливо все было.
Но он доложит о ней Изабелле. А потом Люсинда узнает, и она предупреждала, что Элли должна сотрудничать, так что ...
У нее не было выбора. Медленно шагая, выражая всем видом негодование, она преодолела разделявшее их расстояние и потянулась за ножницами, стараясь показать глазами, как сердита.
Когда она начала отстраняться, он удержал ножницы.
– Я знаю, что ты лучше, -заметил сурово садовник.
Ее первым побуждением было сказать ему, что он ничего о ней не знает. И никто не знает. Но тут, к ее удивлению, слезы подступили к глазам. Она не хотела говорить гадости мистеру Эллисону.
Она понимала, что потеряла самообладание сейчас. Ее дикое остервенение адресовано не этим людям.
Надо остановиться.
Ярость рассеялась, как облачко пара изо рта в холодном в воздухе.
– Простите меня, -выдавила она, надеясь, что он примет ее извинения. Нуждаясь в его прощении.
Его лицо смягчилось.
– Я понимаю больше, чем думаешь, Элли.
– Глубокий баритон его голоса звучал утешительно.
– Я терял людей. Хороших людей. Так же, как и Картер. Людей, которых мы любили, как ты любила Джу. Мы знаем, насколько это больно. Но мы прошли через это, и теперь ты должна пройти через это тоже.
Элли знала, что родители Картера умерли, когда он был еще ребенком. И они были близкими друзьями мистера Эллисона. Это ужасно. Они с Картером, должно быть, чувствовали себя так же плохо, как и она сейчас.
Она повернулась, чтобы посмотреть на Картера, но он опустил взгляд, как будто слова мистера Эллисона пробудили болезненные воспоминания.
Жесткие струны, которые, казалось, связали ее сердце с той ужасной ночи, слегка ослабли.
Она была не единственной, кто прошел через это. И ей не следовало бы наказывать их за свою собственную боль. Все они потеряли кого-то.
Она быстро кивнула.‘
– Я разберусь, мистер Эллисон. Обещаю.
Расположившись
При этой мысли в ее пустом желудке заурчало.
Ей пришлось снять одну перчатку, чтобы держать ножницы, и она остановилась, чтобы вдохнуть живое тепло в замерзшие пальцы. Элли видела, как внизу Картер стаскивает упавшие ветки в кучи и сгребает листья и сучья от стволов деревьев.
Мистер Эллисон был занят тем, что распиливал ветки на дрова в другом конце сада, так что они были по существу одни.
Под защитой ветвей, она наблюдала за работой Картера, вспоминая, что чувствовала, когда была рядом с ним. Сначала его другом, потом его девушкой. Теперь ... никем.
С того времени, как он сошелся с Джулией, они мало общались. Элли была ошеломлена тем, как быстро он начал новую жизнь, в которой избегал ее. Воздух между ними казался тяжелым от невысказанных обвинений
Спустившись вниз, она переставила лестницу вокруг дерева на новое место.
Картер поднял на нее глаза.
– Тебе нужна помощь?
Она покачала головой.
– Я справлюсь.
Пожав плечами, он вернулся к своей работе.
Устроившись на лестнице с другой стороны дерева, она повернулась к нему и быстро заговорила, боясь передумать.
– Слушай, я сожалею насчет... того, что произошло. Это было глупо.
Грабли замерли, и он посмотрел на нее с удивлением, сделавшим его лицо на секунду беззащитным.
– Все в порядке, -ответил он.
– Я не виню тебя.
– Если честно,-она посмотрела на свой секатор.
– Я испугалась в саду. Думала, что кого-то слышу. Но это оказались всего лишь вы, парни. В общем, я слишком остро среагировала.
– Никто не может винить тебя за то, что ты на грани, Элли. Я тоже. Мы все. Тебе не за что
извиняться.
– Думаю, есть за что.
От Картера не укрылась ирония в ее голосе.
– Зачем ты сделала это, Элли? Почему ты убежала?
Прислонившись к лестнице, она взглянула на светлеющее небо, вспоминая, что чувствовала в тот день.
– Я чувствовала, что... что, будто ничего не происходит,-ответила она.
– Как будто Джу умерла, а затем все вернулись к своим обычным делам, кроме меня. А я не хотела заниматься обычными делами. Снова и снова.
Он кивнул сам себе, кусая нижнюю губу.
– Дело в том, -продолжил он через секунду, -никто не вернулся к обычным делам, Элли.
Она не ожидала этого.
– Что ты имеешь в виду?-спросила она, нахмурившись.
– Я имею в виду, все изменилось. Думаю, никто не сказал тебе, потому что они считали, что тебе... нужно дать время или что-то...