Перекрестья

Вилсон Фрэнсис Пол

Они с Джиа сопровождали Вики и пятерых ее друзей — двух принцесс, эльфа, двух хоббитов и Злую Западную Ведьму — по домам на окраине Верхнего Вест-сайда, где в основном стояли кирпичные особнячки на одну семью. Джиа от детей не отставала, Джек тащился за ней, а дети носились от дома к дому. Только Джиа была без маскарадного костюма, хотя уверяла, что это не так. Она говорила, будто притворяется беременной женщиной. И поскольку она отнюдь не выглядела замужней дамой, Джек не мог спорить.

Сквозь прорези в маске он видел, как дети поднялись по ступенькам крыльца

очередного дома и позвонили в дверь. Услышав хор голосов «Угощай или пожалеешь!», дверь открыл симпатичный лысоватый мужчина в роговых очках и синем блейзере. Он насыпал по горсти конфет в каждый из детских мешочков и улыбнулся Джеку, ждавшему на тротуаре.

— Привет, Чудовище! — Мужчина поднял в знак одобрения большой палец. — Здорово!

— Еще бы не здорово после такой платы за аренду, — приглушенно отозвался из-под маски Джек.

— А как насчет глотка холодного чая, чтобы ноги не подкосились?

— Мне понадобится соломинка.

Мужчина расхохотался:

— Нет проблем.

Джек махнул ему и двинулся вслед за детьми.

— Как-нибудь в другой раз. Но за предложение спасибо.

— Счастливого Хеллоуина! — откликнулся мужчина и закрыл двери.

Вики отстала от своих друзей, которые уже поднимались к следующей двери. В своей черной остроконечной шляпе, с развевающимся плащом и зеленой бородавчатой кожей она была настоящей мини-Маргарет Хамильтон.

— Посмотри, Джек! — закричала она, роясь в своем мешочке. — Он дал мне «сникерс»!

— Мой любимый, — сообщил Джек.

— Знаю! Можешь получить.

Джек знал, что у девочки аллергия на шоколад, но все равно был тронут ее щедростью. Он восхищался той связью, которая постоянно крепла между ними, и порой думал, будет ли любить собственного ребенка так, как любит Вики.

— Миллион благодарностей, Вик, но... — он протянул руку в перчатке с толстыми пальцами и резиновыми когтями, — можешь ли ты сохранить его для меня, пока мы не придем домой?

Вики улыбнулась, кинула «сникерс» обратно в мешочек и побежала за друзьями. Они уже собирались спускаться с крыльца. Дверь закрылась перед самым носом Вики. Она постучала, но молодая женщина за стеклом помотала головой и отвернулась. Девочка постучала еще раз, но хозяйка дома нарочито повернулась спиной, давая понять, что, мол, пошла вон.

Вики спустилась на тротуар и посмотрела на Джиа.

Глаза ее налились слезами.

— Мам, она не дала мне ни одной конфетки.

— Может, она уже все раздала, дорогая.

— Нет. Я видела, у нее полная ваза. Почему она мне ничего не дала?

Внезапно Джека окатило жаром.

— Давай пойдем и выясним.

— Джек, — остановила его Джиа. — Успокойся.

— Я спокоен, я совершенно спокоен, — сказал он, хотя стоило ему еще раз взглянуть на Вики, смахивающую слезы, как он испытал все, что угодно, кроме спокойствия. — Я просто хочу удовлетворить свое любопытство. Идем, Вик. И все выясним.

— Нет, Джек. Оставь ее в покое.

— Хорошо.

Он поднялся по ступенькам и позвонил. Женщина вышла. Ей было лет тридцать.

— Не объясните ли мне кое-что? — Джек показал на Вики,

стоящую внизу. — Почему вы обидели малышку?

— Обидела?

— Да. Ее друзьям вы дали конфеты, а ей нет.

Женщина начала закрывать дверь.

— Я никому не должна объяснять причины своих действий.

Джек придержал дверь резиновыми когтями.

— Вы правы. Не должны. Но, кроме ваших прав, есть и многое другое. Как, например, необходимость объясниться с девочкой.

Губы женщины превратились вдруг в тонкую линию.

— Ну, если вы настаиваете... Скажите ей, что я вообще не оправдываю эти так называемые праздники, но, как хорошая соседка, терплю их. Это безобразие, язычество. Девочка одета как ведьма, колдунья. А я не хочу поощрять ни ворожбу, ни язычество.

Джек, скрытый маской, сжал зубы.

— Вы, должно быть, шутите!

— Ни в коем случае. А теперь убирайтесь, или я вызову полицию.

С этими словами женщина захлопнула дверь.

Джек собрался было постучать еще раз — приедет полиция или нет, но он хотел бы сказать ей пару слов, — как услышал голос Джиа:

— Джек...

Что-то в ее тоне заставило его повернуться. Увидев, как она согнулась, прижимая руку к низу живота, и ее бледное лицо, искаженное болью, он пулей слетел со ступенек.

— Что с тобой, мам? — спросила Вики.

— Мне плохо. Боюсь, нам стоит поспешить домой.

— А я думаю, в больницу, — сказал Джек.

Джиа сделала гримаску и помотала головой:

— Домой. И скорее.

10

Когда они оказались на Саттон-сквер и Джиа уединилась в большой ванной, Джек приложил все усилия, чтобы отбросить свои страхи и как-то занять полчаса до появления родителей вверенных им детишек. Не снимая маскарадного костюма, он рассказал мелюзге историю Чудовища из Черной лагуны. Никто из ребятишек не видел этого фильма. Однажды Джек уговорил Вики посмотреть его, но она выдержала всего десять минут. Не потому, что испугалась. Нет, ее не устраивало другое

— Нету красок! Куда делись все цвета?

Он наполовину рассказал, а наполовину разыграл эту историю, улегшись на пол и показывая, как Чудовище плывет на спине.

Его зрители пришли к единодушному выводу: кино классное, "почти как «Анаконда».

Наконец стали подтягиваться родители, и Джек объяснял, что Джиа не совсем хорошо себя чувствует: «Она что-то съела». Когда дом опустел, он поднялся наверх и постучал в дверь ванной.

— Как ты?

Дверь открылась. Пепельно-бледная Джиа стояла привалившись к косяку.

— Джек, — выдохнула она. По левой щеке проползла слеза. — Вызови «скорую». У меня кровотечение. Думаю, что теряю ребенка!

— Черта с два «скорую», — сказал он, подхватывая ее на руки. — Они еще не успеют включить двигатель, а я доставлю тебя на место.

Боль и ужас ледяными пальцами вцепились ему в горло, мешая дышать. Но он не имел права показать, в каком он состоянии. Внизу лестницы стояла Вики, прижимая ко рту кулачки, в ее вытаращенных глазах застыл страх.