Перекрестья
Шрифт:
— Просто я не очень хорошо себя чувствую.
Когда она это сказала, Джек заметил, что она в самом деле бледновата.
— Вирус?
— Может быть. У меня вроде как спазмы.
У Джека болезненно сжался желудок.
— Какого рода спазмы? — Он понизил голос. — Но не из-за ребенка?
Джиа покачала головой:
— Нет. Просто... колики. Появились недавно, редкие и слабые. Не беспокойся.
— О чем не беспокоиться? — спросила Вики, отрываясь от выскабливания очередной створки мидии.
— Мама не очень хорошо себя чувствует, — объяснила ей Джиа. — Помнишь, как на прошлой неделе у тебя подвело животик?
Подумав, Вики сказала:
— Ну да. Это ужасно, но не очень. С тобой все будет в порядке, если ты выпьешь «Каторейда», мам. Вот как со мной было.
И она вернулась к своим раковинам.
Вирус... Джек надеялся, что волнения остались в прошлом.
Джиа взяла его за руку.
— Я понимаю, о чем ты думаешь. Не беспокойся, ладно? Я только что прошла ежемесячный осмотр, и доктор Иглтон сказала, что все идет прекрасно.
— Эй, если она до сих пор не может определить, мальчик будет или девочка, как мы можем ей...
Джиа подняла руку жестом регулировщика, останавливающего движение:
— Дальше ни шагу. Она принимала Вики, и с тех пор она мой гинеколог. Я не сомневаюсь, что она лучшая акушерка на планете.
— О'кей, о'кей. Ты понимаешь, что я просто волнуюсь? Все это так ново для меня.
Джиа улыбнулась:
— Понимаю. Но к концу марта ты станешь профессионалом.
Джек тоже на это надеялся.
Он поддел на вилку кружочек кальмара. Голода он больше не испытывал.
9
Доставив Вики и Джиа — она уже стала чувствовать себя получше — в их дом на Саттон-сквер, Джек вернулся в свою квартиру. В ресторане у него был при себе автоматический пистолет, но во время визита к Кордове он хотел иметь еще что-то не столь внушительное — просто на тот случай, если его загонят в угол.
Пробравшись среди тяжелой дубовой мебели викторианского стиля, загромождавшей его гостиную — Джиа было сказала, что испытывает здесь клаустрофобию, но со временем привыкла, — Джек направился к старому секретеру с опущенной крышкой у дальней стены. Его апартаменты занимали третий этаж кирпичного дома в районе Западных Восьмидесятых, но и они оказались маловаты для того барахла, что скопилось у него за все эти годы. Пока он не знал, что с ним делать, когда они с Джиа поженятся. Он с нетерпением ждал возможности перебраться на Саттон-сквер, но что делать со всем этим?
Когда придет время, все решится само собой.
Джек отодвинул секретер от стены, нащупал метку на нижней задней панели и сдвинул ее на несколько дюймов. В тайнике под выдвижным ящиком хранился его оружейный склад — и после Флориды кое-что еще. Вот оно-то и вызывало в нем легкую тошноту.
Одним движением он сдвинул панель. На самодельных крючках и на полке висели и лежали бруски взрывчатки, коллекция ножей, пистолетов и пуль. Последним добавлением был сувенир из путешествия по Флориде: мощный «Раджер Супер Редхок-454», выстрел которого мог остановить слона. Слонов там было немного, и ствол «раджера» был совершенно непрактичен в городских условиях, но расстаться с ним не было сил.
Еще одна вещь в тайнике, с которой он не мог расстаться — или, точнее, она не хотела расстаться с ним, — был лоскут кожи примерно десяти дюймов в ширину и двенадцати в длину. Еще одна памятка о том же самом путешествии —
Он пытался заставить себя избавиться от этих неприятных воспоминаний, от ужасов, пережитых во Флориде, но они отказывались уходить. Один раз он их похоронил во Флориде и еще дважды в течение двух месяцев по возвращении, но ничего не помогало. Когда он оказался дома, они уже поджидали его. Всего год назад он был бы потрясен, испуган, преисполнен отвращения и задался бы вопросом о своем душевном здоровье. А теперь... он просто продолжал жить. Он обрел понимание, от которого мозги пошли кругом, — он больше не может контролировать свою жизнь. Порой он думал, а была ли вообще у него такая возможность.
После третьей попытки он отказался от идеи похоронить кожу. Аня представляла собой нечто большее, чем она позволяла себе показывать. Ее странные силы не смогли предотвратить ее гибель, но они явно простирали свое влияние с того света. В силу каких-то причин она хотела, чтобы при нем была эта часть ее, — и не оставила ему выбора. Но Джек не сомневался, что рано или поздно поймет, в чем тут дело.
Джек развернул прямоугольник кожи, плотной и чистой, без малейшего гниения, и снова уставился на странные шрамы, крест-накрест, следы бритвенного лезвия. Он не сомневался — они что-то значили. Но что?
Снова сложив кожу вчетверо, вытащил свой «глок», проверил обойму — вставил ее в рукоятку и снарядил еще одну. Сменил одежду на более темную, а кроссовки — на черные со стальными оковками на подошвах. «АМТ» уже покоился в кобуре на щиколотке. Он сунул «глок» в маленькую нейлоновую кобуру за спиной. Теперь он был полностью готов в дорогу.
10
Джек стоял у крыльца дома Кордовы и натягивал латексные перчатки. В прошлый раз, когда он был тут, дом не обладал системой безопасности. Но владелец выстрелил в Джека, когда тому пришлось уходить через соседнюю крышу. После того как Джек проник в дом, Кордова, скорее всего, незамедлительно поставил его под защиту.
Джек осмотрелся. Никого — ни рядом, ни поодаль. Воскресный вечер, и люди или уже спят, или смотрят одиннадцатичасовые новости перед тем, как отправиться в постель.
Уильямсбридж расположен в верхней части Бронкса. В этих местах линии подземки выныривали на поверхность и пару остановок поезда следовали по земле. Мимо летела вереница старых, большей частью послевоенных домов представителей среднего класса; дома рушились на глазах, но видно было, что район знавал и лучшие дни. Хотя худших было куда больше. Пусть преступность тут шла на убыль, но, пока Джек ехал по Уайт-Плейнс-роуд, в глаза ему бросилось несколько подозрительных личностей.
Он несколько раз проехал по главной магистрали, держа под прицелом нужный дом. Еще с прошлого визита он знал, что Кордова любит торчать в баре «Харли», что между Двести двадцать третьей и Двести двадцать четвертой улицами. Собравшись в нарушение правил припарковаться вплотную к другой машине, он успел заметить толстяка в будке на задах парковки и уехал. Машину Джек поставил в полуквартале от дома Кордовы. Он собирался пустить на дно лодку шантажиста, похитив у него все досье и изъяв жесткий диск из компьютера.