Перекрёсток параллельных линий
Шрифт:
— Тогда зачем ты хотел, что бы я раскрыла свой талант?! — возмущённо воскликнула она, всплеснув руками.
— Ну, — он замялся. — Я подумал, что ты должна знать.
— Зачем? Мне и без этого жилось не плохо, — он начал злить девушку, нелогичностью своих поступков.
— Возможно, он тебе пригодится. Мне вот пригодился, — Кирилл робко улыбнулся и поднял на Элю глаза, заставляя исчезнуть из её головы всё негодование. Сейчас он меньше всего был похож на мужчину уверенного в своих поступках. Сейчас он был тем мальчиком, что помог достать шарик.
— Он будет нас искать? — устало спросила девушка, да уж, слушать откровения дело не простое.
— Да.
— Нельзя же всю жизнь прятаться!
— Да невозможно, я что-нибудь придумаю… У него есть помощники кроме меня. А ещё он на кого-то работает, возможно, этот человек ему тоже будет помогать. Я не знаю, какие у них отношения.
Кирилл встал и прошелся по комнате, заглянул в другую. За окном начали постепенно спускаться поздние сумерки.
— У меня есть одна идея, — его лицо вдохновенно загорелось, — Подожди меня, я похожу, осмотрюсь.
— Может всё-таки вместе? — с сомнением спросила Эля, ей не нравилось оставаться одной.
— Нет, ну можно я один, — и снова она видела перед собой мальчика, а не мужчину, с таким видом дети просят о чём-то: "Ну, мама! Ну, пожалуйста!".
— Ладно, только прошу тебя, не долго. Мне не комфортно тут одной.
Кирилл вернулся минут через двадцать, всё это время девушка стояла и смотрела в окно, как сумерки постепенно окутывают Москву, как в редких окнах загорается свет. Она думала о том, какая жизнь у тех людей, чьи окна вспыхивают, словно звёзды на вечернем небосклоне. Какие у них беды, проблемы, а может, наоборот, радость и счастье. Кирилл подошел сзади и обнял, уткнувшись носом Эле в макушку. Его горячее дыхание обжигало кожу под волосами, а от рук на талии, казалось, расходился жар по всему телу.
— Пойдём, я тебе кое-что покажу, мне кажется, тебе понравится, — он взял девушку за руку, и они вышли на лестницу, — Нам наверх.
Кирилл потянул её на чердак. С здесь вид был лучше, чем из окна, а в середине крыши лежало какое-то покрывало.
— Тут, конечно, не травка, но на звёзды смотреть будет удобно, — его скрывал сумрак, но Эля была готова поклясться, что он покраснел. Она, не отпуская его руку из своей, прижалась щекой к его плечу.
— Спасибо, это так замечательно.
Молодые люди опустились на покрывало, Эля пристроилась головой на животе у Кирилла и подняла глаза вверх. Небо чёрное и безоблачное, похоже на выцветший бархат, затягивало. Казало ещё чуть-чуть и они полетят в эту бархатную темноту, их никто и никогда не найдёт, отставляя на веки вместе… вдвоём… Он будет делать вдох, а она выдох и наоборот, они будут дышать друг другом. В какой-то момент Кирилл почувствовал, что они действительно дышат в одном ритме, он не мог сказать, где заканчивается он, и начинается она, было чувство, будто они слились в одну причудливую каплю.
Эля устроилась на его плече и прижалась к нему боком. "Какая же она маленькая": подумалось Кириллу. Девушка водила пальцем по его груди, словно чертила какие-то знаки, от ощущения этого пальчика в нём поднималась тёплая волна, которая мешала думать.
— Колдуешь? — его голос был какой-то глухой, хриплый.
Девушка ничего не ответила, лишь повернула лицо и впилась в губы.
— Что ж ты делаешь? — его голос ещё сильнее осип. Кирилл понимал, что сейчас, наверное, не самое подходящее время, но оторваться от её губ уже не мог.
Они прижимались всё сильнее, им хотелось раствориться друг в друге, так
Она снова потянула его футболку вверх и стащила её. "Какой он!" Все мышцы были как ненастоящие, чётко прорисованные, это не было тело человека, который проводит долгие часы в тренажерном зале, но оно завораживало своей красотой. Эля приблизилась к нему и кончиками пальцев провела по его груди, её рука спустилась к животу и двинулась дальше, под пряжку ремня. Кирилл тихо застонал, закрыв глаза. Ещё секунду и он стиснул её в объятьях, покрывая поцелуями все части её тела, которые ему попадались. Их захлестнула волна страсти, не один из них уже не мог думать. Их тела переплелись в тугой клубок, они гладили друг друга, сжимали и целовали. Ощущения кожи любимого разжигало их огонь, превращая его в поток лавы. В сторону полетели джинсы. Он сжал её в объятиях, и она почувствовала его в себе, это было странное ощущение, боль и, всё более захлёстывающий её, восторг. Он, только он, везде он. Она выгибалась, стонала, хватала с жадностью воздух, из его губ вырвался жадный рык. Он сжимал её, и его движения становились более быстрыми и резкими. В какой-то момент мир закрутился и взорвался в них ярким фейерверком.
Молодые люди лежали обнявшись, и к ним возвращалось чувство реальности, но кожа, до сих пор, не чувствовала ночной прохлады опускавшейся на город, давая Москве передышку от дневного зноя и пытаясь охладить их, горящие остатками страсти, тела. Эля свернулась клубочком, положив голову на грудь Кирилла, он прижал её к себе сильнее. Ему так не хотелось, чтобы всё заканчивалось. Ведь именно сейчас они были свободны и полны надежды.
глава 26
Ол (2010)
На Москву опускался душный и пыльный вечер. Днём нещадно жарило солнце, но и вечер не приносил облегчения, ветерок даже не пытался шелестеть листочками, в такие моменты казалось, что ты дышишь не воздухом, а смогом. Кит сидел на лавочке под липой и, как будто, бесцельно посматривал по сторонам. Потом взглянув на часы, встал и направился в сторону метро, проходя по узкой дорожке, он вдруг натолкнулся на девушку. У неё от неожиданности выпали пакеты из рук.
— Ой, боже мой! — растерялась она.