Перекресток 177-3-14
Шрифт:
– Добрый вечер. С морем тяжеловато, но я поищу для вас вакансию. Скажите, а чего бы вы хотели сами?
Я задумалась, а потом честно написала:
– Тишины. Спокойствия. Но Вы не подумайте, я могу работать школьным учителем химии, или продавцом.
Я рассказала, где работаю сейчас, и что мне в принципе нравится.
– Знаете, для вас у меня, в самом деле, есть вакансия. Предоставляется проживание в отдельном доме, при нем же есть лавка, в которой надо будет днем торговать. Не беспокойтесь, посетителей не слишком много, но это уже
Я посмотрела на сумму. Что ж, при разумной экономии, даже без продаж на эти деньги можно будет прожить.
– Я согласна. – Написала я.
– Контракт на год. Потом можно продлить. – Пришел ответ.
Следом мне на почту упал сам контракт. Я вчиталась. Ничего особенного, хотя обязанности описаны немного размыто, что значит: «обязана проживать в доме практически постоянно», «находиться в торговом зале не менее восьми часов в день». То есть работодателя не интересует, сколько я продам. Главное понаходилась немного и хватит? То есть я могу хоть чай пить и клиентов обзывать. «Носить форму даже во внерабочее время». Странно немного, с другой стороны и вещей минимум брать.
Ну да ладно.
– Я согласна. – Отстучала я по клавишам.
Мне пришел ответ, где был указан адрес, куда я должна явиться для подписания контракта.
– Лучше сразу приходите с вещами. Мы поможем вам отправиться на рабочее место.
– Но, чтобы уволиться, мне нужно отработать две недели. – Удивленно отстучала я ответ.
– Постарайтесь договориться.
– А я могу с собой взять кошку?
– Вам выдадут рабочую.
«Рабочая кошка»? Это как? – Подивилась я, но подумала, что моя кошка от мамы съезжать все равно не захочет.
На следующий день я встретилась со своим директором:
– Понимаете, такой шанс. – Я сцепила руки в замок, потом встряхнулась и сложила их на колени. – Я должна попробовать.
– Я понимаю. – Кивнул директор. – Не хочется терять такого работника. У вас все четко, в кассе порядок, меня все устраивало. И, если с морем вдруг не получится, возвращайтесь. Я возьму вас обратно.
Отрабатывать мне не пришлось.
Мама мой порыв уехать не оценила. Однако и препятствовать не стала:
– Пиши, звони. Отдохни как следует. Будет нужна помощь – обращайся.
«Ты уже взрослая и имеешь право на свои ошибки». Поняла я.
Что ж, сложить сумку было делом не долгим: летние вещи, самый минимум, ведь форму мне обещали выдать, несколько пар обуви (не ясно выдадут ее или нет), блокнот, пара ручек, несколько альбомов для рисования и карандаши, краски, мелкие личные вещи, шампунь для волос и зубная щетка. Вроде бы стандартный набор для отпуска.
Офис был обычным, где за столом сидела упитанного вида тетенька в просторном черном балахоне. На ее пальце поблескивало уже знакомое мне кольцо.
– Занятно. – Она покрутила кольцом и достала пачку бумаги. – Итак, вы внимательно прочитали условия контракта и осознаете, что
– Да. – Я согласно кивнула.
– Вы взяли вещи?
Я опять кивнула.
– Что ж, подпишите здесь и здесь. Только ваш наниматель старомоден и не могли бы вы сделать это кровью?
Здесь мне стоило бы насторожиться, но близость моря успокаивала, заставила смириться с этой маленькой странностью.
– Чаю? – Предложила женщина, удовлетворенно рассматривая бумаги.
– Нет, спасибо. – Отказалась я.
– Зря. С чаем было бы попроще.
В этот момент все поплыло у меня перед глазами, и я самым позорным образом упала со стула.
Очнулась я на полу. Обычный такой деревянный пол, крашеный краской, пыльный и с каким-то мусором. Я сдула прядку волос со лба, чем подняла целое облако мусора. Кое-как села, продолжая кашлять. Меня мутило, и болела голова.
Недоумевающе я оглянулась. Я находилась в какой-то комнате, через середину которой проходил огромный стол.
– Прилавок. – Вспомнила я.
За прилавком тянулся длинный ряд полок, в настоящее время пустых и стоял одинокий высокий стул.
Кое-как встав, я прошлась по комнате. Не знаю, чем я тут должна была торговать, помещение было пустым и изрядно запущенным. Моя сумка валялась на полу, сверху издевательски лежала моя копия контракта. Два больших окна были задернуты плотными шторами, которые практически не пропускали света, я отдернула одно из них и остолбенела: за окном была гроза, да такая, что ничего не было видно, дождь лил стеной, в которой иногда сверкали молнии. Но в доме стояла звенящая тишина. Я распахнула дверь и выглянула, меня сразу же оглушило нахлынувшими звуками: гром, шелест дождя. Я вдохнула полной грудью этот запах.
Да, именно так и должно пахнуть морем.
Вернулась в дом я изрядно промокшей.
Осмотр дома показал, что здесь уже давно никто не жил, запустение царило везде. Помимо зала с прилавком, где я очутилась, я обнаружила кухню, откуда была дверь на открытую веранду, где сейчас было также мокро. Между кухней и залом притулилась узкая лестница наверх, где я обнаружила спальню и что-то вроде кабинета-библиотеки с большим столом и рядом полок, которые тоже сейчас пустовали. В спальне стояла широкая кровать и пустой одежный шкаф, сделанный под старину. На кровати лежал матрас, но больше ничего не было.
И везде была пыль.
Я вновь спустилась вниз и наконец-то обнаружила ванну с туалетом. Ванна была тоже какая-то вычурная, на резных ножках, но грязная до невозможности. Я повернула кран с водой. Вода вначале шла ржавая и холодная, но после пошла тепленькая и несколько чище. Я облегченно выдохнула. Признаться, я не вчитывалась в контракт настолько досконально, и удобства вполне могли оказаться на улице. Но мне повезло. А вот с остальным не слишком повезло. Ложиться спать в грязную постель не хотелось. Впрочем, я и сама не сильно чище.