Перекрёстки

Kriks

– Как твои художники? – спросил Йо, чтобы не молчать, потому как Пилика ушла к официантам заказывать всем еду вместе с Треем и Реном, а по другую сторону от него сидел как раз ушедший Хоро.

– Нормально, – поспешно отозвалась Анна, – ты отлично играл.

– Спасибо, – кивнул Йо. И снова повисло молчание. За столом все оживленно переговаривались и смеялись, и их островок безмолвия бросался в глаза и создавал неловкую ситуацию для двух людей, у которых ещё недавно всё было так тесно взаимосвязано.

–

Как группа?

– Прекрасно, собираемся на конкурс, – ответил Йо, улыбнувшись.

– Здорово, – просто не смотри на него! – приказала себе Анна, не в силах спокойно лицезреть эту самую любимую улыбку на свете. Почему, когда тебе кажется, что ты всё решил окончательно и бесповоротно, судьба начинает мешать? Кто знал, что олимпиады совпадут с началом финальных игр, и Йо будет в замене? И что она согласится на предложение Скарлет вспомнить былые танцы? Анна вздохнула. Всегда так.

– Что ты рисовала в этом году?

– Так, дождь, навес… Натюрморт ещё, всего понемногу. Как обычно, – пожала плечами девушка. Йо молча отвернул лицо, подавив улыбку. Анна тоже нервно вздохнула. «Как обычно» – было лишним. Но как суметь избежать всех тем и фраз, которые могут напомнить о былых отношениях? Да и зачем какие-то там напоминания, если ты и так не в силах ничего забыть?

– Решила, какие экзамены сдавать будешь? – вот так, отлично! Светская беседа – то, что надо. Всё же в следующий раз тщательнее надо следить за тем, куда садишься сам, и куда садится Пилика.

– Нет еще, попозже определюсь, – отмахнулась Анна, – а ты?

– Выбираю путь вольного соискателя, – рассмеялся Йо.

– Или выдающейся рок-звезды, – Анна улыбнулась.

– Это входит в мои планы, – кивнул Йо, – а потом всё как полагается: Голливуд, наркотики, всемирный тур, автобиографическая книга.

– Портрет не написать тебе заранее? – рассмеялась Анна.

– Ты можешь начинать, – так же беззаботно ответил Йо, – я пока приготовлю свою подпись, доведу до совершенства эту галочку!

Пилика обернулась на ребят и так и застыла. Чудесно, сидят, смеются. Глаза блестят, оба такие легкие, светлые, непринужденные. Он на неё смотрит как на ангела, спустившегося с небес на землю, а она на него как на мессию добра и справедливости. Как будто и не было ничего. Как будто их расставание – это просто всеобщая галлюцинация, навеянная обаянием старшего брата. Пилика вздохнула.

– Потрясающее зрелище, – констатировал Рен.

– А? – Пилика резко обернулась, – О чём это ты?

– Ясно о чём, о твоей любвеобильной подружке. Она слышала о шведских семьях? – он склонил голову на бок, засунув руки в карманы спортивных брюк.

– Не знаю, – язвительно отозвалась Пилика, – сам спроси. Просвети, если что.

– О, велика честь, – протянул Рен, – я подожду, пока Асакуры наконец

прозреют и всё решится само собой.

– Подожди, – Пилика скрестила руки на груди, – когда этот момент настанет, не забывай закрашивать седину на висках.

– Ох, какие мы дерзкие, – Рен резко приблизился к ней вплотную.

– А нам есть у кого учиться, – парировала Пилика, и не думая отступать.

– Давай, защищай её. В конце концов, должна же ты когда-то вернуть Хао долг в виде утешений после того, как и ему тоже разобьют сердце.

– Что? – Пилика задохнулась от возмущения, – Мне никто не разбивал сердце.

– О даа, – Рен зловеще усмехнулся, – а ещё ты искренне одобряешь поведение Анны, ну-ну. А я родился на юге Франции.

– Это защитная реакция? Или ответ на то, что ты мне безразличен? – вконец обнаглев, заявила Пилика. Рен приблизился к её лицу так близко, что она ощутила его дыхание на своих губах.

– Второе, – процедил Рен.

– Так ты ошибаешься, всемогущий мистер Тао, – Пилика чуть оттолкнула его от себя, – Видишь, как ловко я обманываю!

– Я тоже, – усмехнулся Рен, сверкнув взглядом, – потому что это просто ненависть к выходкам Киоямы, – он подмигнул ей, и ушел к столу. Пилика готова была швырнуть ему вслед любой из подносов/бутылок/тарелок, или даже тортов. Вот наглец!

– Я закончил, – к Пилике подошел Трей, – всё заказал. Ты чего такая?

– Какая? – с трудом подавляя всё возрастающее чувство ярости, выдавила из себя девушка.

– Смотри, взорвешься, – Трей шутливо хлопнул её по спине.

– Так подальше отойди, – ледяным голосом посоветовала Пилика, оставляя удивленного Трея на месте.

– Анна, – Юсуи затормозила возле стола, – не проявишь благородство?

– Что такое? – Анна, всё ещё смеясь, обернулась.

– Пересядь, пожалуйста, на мое место.

– Я могу, – тут же встрепенулся Асакура.

– Нет, спасибо, пусть Анна пересядет, – медовым голосом попросила Пилика. Рен усмехнулся. Киояма, недоуменно глянув на подругу, всё же отсела. Юсуи приземлилась между ней и Йо.

– И что это было? – тихо спросила Анна.

– Ты неправильно себя ведешь, – твердо ответила Пилика.

– И как это понимать? – Анна вскинула брови.

– Выйдем поговорить? – резко предложила Пилика. Киояма хмыкнула, но поднялась вслед за подругой, обе вышли на улицу.

– Анна, что ты себе позволяешь! – воскликнула Юсуи, резко развернувшись.

– Ты о чём? – Киояма нахмурила лоб.

– О твоём поведении, – Пилика указала рукой на кафе, – что это было? Зачем ты опять сближаешься с Йо?

– Не говори ерунды, – отмахнулась Анна, – мы просто разговаривали.

– Так же просто, как когда-то с Хао? Вроде ты уже проверила, чем заканчиваются подобные беседы.