Перехватчик

Головачев Василий Васильевич

– Ты согласился?

– Нет. – Матвей подхватил Кристину из коляски, с болью ощутил, как похудели ее бывшие когда-то сильными и красивыми ноги, понес на кухню, где хлопотала Бася Яновна. – Вот и мы. Стас, ты идешь?

– Не хочу, я занят, – донесся голос мальчишки.

До вечера Матвей оставался в доме Сумароковых, как мог успокоил Кристину, позанимался со Стасом, поболтал с Басей Яновной, а потом с Кристининой мамой, но так и не решил, что делать. Хотя понимал, что Василий прав, и Сумароковых надо каким-то образом вывезти из города. Но куда – он не знал.

В девять вечера

Матвей позвонил Василию и сказал, что ночевать будет дома, на что Балуев ответил, что приедет к одиннадцати.

Когда Матвей садился в машину, начинался дождь, превратившийся в ливень к тому времени, когда он подъехал к себе домой. Оставив «таврию» во дворе на сигнализации, Матвей шмыгнул уже было к подъезду, но увидел под деревом чью-то маленькую сжавшуюся фигурку. Шагнул к ней, с трудом узнавая недавнюю знакомую, Ульяну, которую выручил у обменного пункта валют.

Девушка промокла до нитки, будучи без зонта, замерзла и дрожала, как осиновый лист. Матвей вспомнил о ее существовании только сейчас, подумав, что случайных встреч, подобных этой, но бывает.

– Что вы тут делаете? Ждете кого-нибудь?

– Вас.

– Меня?! Зачем? Впрочем, выясним потом, пойдемте ко мне, обсохнете, попьете чаю, согреетесь…

Глаза Ульяны, темные, загадочные, и без того большие, стали еще больше.

– Вам нельзя домой, там вас ждут…

– Кто? – Матвей почти без усилий и головной боли вошел в меоз и определил, что в его квартире действительно находятся люди. Как, впрочем, и во дворе, и в подъезде. Это могли быть только те, кто приезжал к Сумароковым на авто дипломатического класса «сааб». Но в отличие от представителей военной контрразведки «дипломаты» были вооружены. Мгновение Матвей прикидывал, что предпринять, но его опередили. От квадратной бетонной загородки мусорного контейнера отделились две фигуры, из-за грузовика вышли еще двое, и наконец, со стороны арки показались трое парней, отрезая все пути к бегству.

В принципе Матвей мог бы уйти и при таком раскладе сил, но решил все же посмотреть, что будет дальше. Мучил только один вопрос: как Ульяна, по ее словам – студентка медицинского института, могла узнать о засаде?

– Садитесь в машину и ждите. – Матвей протянул ей ключи от «таврии». – Запритесь изнутри.

– А вы?

– За меня не беспокойтесь. Я скоро вернусь. – Он быстро пошел к подъезду, справедливо полагая, что в данный момент останавливать его не будут.

На лестничной площадке задержался, чтобы обезвредить двух верзил, делающих вид, что они увлечены разговором. Еще одного придавил в прихожей парень прятался за дверью и, конечно, понятия не имел, что существует приемы нейтрализации противника, занимающего подобное положение.

На шум из кухни и гостиной выглянули молодые люди с одинаковыми короткими стрижками и в одинаковых комбинезонах полувоенного типа, недавно вошедших в моду.

– «Без окон, без дверей полна горница людей», – прокомментировал Матвей хладнокровно, погрозил пальцем амбалу на кухне, вытаскивающему пистолет. – Не шали, малыш, я могу рассердиться. Вы и без того нарушили право экстерриториальности частного владения.

Из-за спины парня в гостиной вышел еще один гость, высокий, широкоплечий,

тонкогубый и прозрачноглазый, в каждом движении которого просматривалась ленивая грация хищного зверя. Наверняка командир отряда.

– А вот и хозяин пожаловал. – Он сделал приглашающий жест рукой. – Проходите, есть разговор.

Матвей молча зашел на кухню, не обращая внимания на напрягшегося бойца, налил себе кружку грейпфрутового шипучего тоника и, прихлебывая, проследовал в собственную гостиную.

– Говорите быстро, что надо, и выметайтесь.

Прозрачноглазый вожак засады засмеялся.

– Вы мне нравитесь, Соболев. Моим солдатикам есть чему у вас поучиться, – говорил он с едва уловимым акцентом.

– Короче, я сказал.

Парень у двери дернулся было к Соболеву, но тут же тихо лег на ковер, прижав руки к животу и раскрыв рот.

Командир оценивающе глянул на него, потом на Матвея, глаза его, презрительно-наглые, умные, злые, еще больше посветлели, сузились. Только теперь он начал соображать, что стоящий перед ним в расслабленной позе хозяин, пьющий сок мелкими глотками, противник серьезный и неординарный. Он еще не встречался с агентами уровня «абсолют» и считал, что рассказы о них – это все легенды и мифы. Но этот парень не играл «супера», лихого и хладнокровного, он был «супером», самым крутым профессионалом из всех, с кем когда-либо приходилось сталкиваться Паулю Артуровичу Кийку.

– Ну? – коротко бросил Матвей, допивая сок. Усмехнулся, понимая, какие чувства переживает сейчас незваный гость; точно такие же пережил Вася Балуев когда-то, но в отличие от этого, светлоглазого, Вася оценил его сразу, с первого взгляда.

– Мы представляем организацию, которая нуждается в специалистах вашего класса, – произнес прозрачно-глазый. – Хотите работать с нами?

– Точнее. – Матвей начал сердиться. – Я не играю втемную. Что за организация? Что за работа?

– Работа знакомая, – гость пожал плечами, – перехват. Оплата в твердой валюте. Организация – военная.

– Я и так это понял. Но – нет!

– Подумайте…

– Вы слышали? Нет. Перед вами я ответил «нет» еще одной организации, родственной вашей, и то же самое повторю любой другой. Разговор окончен.

– Жаль. Я думал, профессионалы всегда могут договориться. А вам не страшно… за свою семью? За друзей? Ведь с ними может что-нибудь случиться… – Гость не договорил, мгновенно оказавшись в полусогнутом положении с вывернутой рукой, причиняющей неимоверную боль при каждом движении. Легкость, с какой был проведен прием, не могла не восхищать, и прозрачноглазый командир засады в полной мере оценил возможности соперника.

– Я пошутил… отпусти…

Матвей вынул из его карманов пистолет «волк», «глушак» и кинжал, две звездочки сякэнов, офицерское удостоверение и только потом отпустил руку. Сдвинул брови, развернув удостоверение, текст которого был отпечатан на эстонском языке.

– Прибалт, надо же! Я так и понял – по акценту, только страны не определил. Ничего себе, куда тебя занесло, Кийк Пауль Артурович! Неужто и работу предлагал мне на родине, в Эстонии?

Кийк помассировал плечо, растянул в две бледные полоски губы, показав зубы.