Перехват
Шрифт:
– А говорили, наверху наши будут, Барнелли!.. – крикнул он, прижимая гарнитуру.
– Порядок, на улице наших нет! Повторяю, на улице наших нет! – отозвался Барнелли.
– Благодарю, – раздалось в ответ. Это был Акияма.
– Камрад, там на крыше кто-то есть! – подсказал Свенсон, загоняя машину за угол и выскакивая со «шмелем» в руках.
– Сможешь его достать?
– Попробую, подожди…
Свенсон нацепил двухспектральные очки и включил повышенную контрастность.
– Что-то вроде вижу, но и он меня ждет…
– Вы
– А что, будет начало? – уточнил Акияма.
– Будет. Смотрите, сейчас они откроются…
У одной из припаркованных машин вдруг завелся мотор, вспыхнули фары, она сорвалась с места и помчалась по улице в сторону центра.
«Радиоуправление», – догадался Свенсон, ловя на подсвеченный прицел приподнявшегося над карнизом стрелка.
По подставленной машине открыли огонь сразу с нескольких точек, но Свенсона интересовала крыша. Короткая очередь – и стрелок полетел вниз, а на улице застучало орудие Акиямы.
Он стрелял от бедра, не особенно жалея случайные машины. Окна разлетались в стеклянные брызги, покрышки рвались, как ручные гранаты, противник пытался маневрировать и прятаться, но вольфрамовая картечь прошивала все укрытия, и пустые гильзы фонтаном летали из отражателя «пушки».
Смерч огня и металла бушевал на улице всего несколько секунд, а потом наступила тишина.
– На улице чисто, уходите, – скомандовал Барнелли.
– Свенсон, прикрой! – попросил Акияма.
– Уже… Давай шустрее, наша тачка в порядке…
Акияма выскочил из-за вентиляционного приемника и побежал вдоль стены. Следя за ним краем глаза, Свенсон заметил в дальнем конце улицы движение и разрядил туда остатки магазина.
– Порядок? – спросил Акияма, забегая за угол.
– Вроде да, – ответил Свенсон, меняя магазин. – Уходим.
101
Водитель гнал машину с сидящим в ней Барнелли по ночным улицам, стараясь оторваться от прицепившегося «хвоста». Только что бойцы опергруппы преподали противнику хороший урок, однако Барнелли не сомневался, что система слежки у врага многоэшелонная, да и в агентах тот дефицита не испытывал.
– Вроде оторвались, а? – спросил водитель, поглядывая в зеркало заднего вида.
– Нет, я еще вижу свет фар… Вот они!
И действительно, оказалось, что преследователи разгадали примерный маршрут беглецов и, срезав через двор угол, выскочили совсем рядом.
– Чего они добиваются? – удивился водитель, вдавливая в пол педаль газа. Но «хвост» не отставал, потом зазвучали выстрелы, и заднее стекло разлетелось вдребезги.
Барнелли ответил из «девятки» прямо через разбитое окно. Преследователи вильнули к обочине, но скоро выровняли машину и снова стали сокращать дистанцию.
– Да что им нужно-то?! – снова воскликнул водитель.
– Сначала я думал, что они хотят приехать с нами к боссу… – пробормотал Барнелли, и водитель его
– Чего?! – прокричал водитель, поскольку с разбитым окном в кабине стало слишком шумно.
– У тебя дробовик где?!
– В багажнике!
– А почему не в салоне?!
– Да он здоровый очень, мешает вести! Но он сверху лежит – заряжен и на предохранителе!
– Хорошо, давай на проспект, оторвись метров на пятьдесят, а потом юзом спланируешь в переулок за большой клумбой! Знаешь, где это?
– Знаю! Там в прошлом году Дик на стену отлил, а его копы взяли!
– Чего?! – не понял Барнелли.
– Знаю я этот переулок! – крикнул водитель и принялся яростно вращать руль, чтобы выйти на проспект не потеряв скорости.
Преследователи начали слегка отставать и в отчаянии снова открыли огонь, но на этот раз пули прошли мимо, разбив витрину в магазине, отчего там сработала сигнализация.
– Нервничают, собаки! – воскликнул водитель и снова дал полный газ.
– Смотри не проскочи!
– Я помню!
Секунда, вторая, третья. Барнелли невольно посмотрел на спидометр, но лучше бы не смотрел. Как этот гонщик впишется в переулок на такой-то скорости? Хотелось крикнуть: тормози, придурок! Но Барнелли понимал, что будет неправ. Он и в школу еще не ходил, когда Лео на ралли призы завоевывал. Ну давай, Лео, не подведи!
Наконец машина пошла юзом, ее стало бросать из стороны в сторону, и в какой-то момент Барнелли показалось, что все кончено, но вот фонтаном полетела земля с цветами из клумб, хлестнули по капоту кусты, и машина влетела в заказанный переулок, скрипнули тормоза, и Лео крикнул:
– Давай к багажнику, он открыт!
Барнелли выскочил, в два шага оказался возле багажника и, рванув крышку, схватил полицейский дробовик.
Скинул флажок предохранителя и, не целясь, открыл огонь в набегавшие фары.
Он стрелял и стрелял, а машина преследователей продолжала на него катиться. Уже осыпалось лобовое стекло и погасли фары, уже дымил двигатель и горбом встал сорванный капот, но машина катилась еще несколько метров, пока не попала колесом в ямку.
Бросив дробовик в багажник, Барнелли захлопнул крышку и снова прыгнул в салон. Лео рванул с места, и они понеслись прочь, петляя по дворам под аккомпанемент полицейских сирен.
– Я думал, ты нас угробишь, когда земля полетела… – признался Барнелли.
– С чего это? – удивился Лео. – У нас отличные покрышки, и, если бы ты не приказал остановиться, я за пару кругов ушел бы от них вовсе! Их-то колесики так себе – жеваные слики, а наши – в полном порядке.
– Вот почему они по штуке ливров стоили?
– Именно. А ты думал, Лео совсем дурак, что такие деньги на колеса требовал?
– Было дело, – признался Барнелли. – Но я рад, что ты тогда настоял.
Какое-то время они ехали молча, отдыхая от недавней схватки.