Перехват
Шрифт:
Между прочим, имеющая неплохие шансы на успех. Экипажи истребителей с 'Адмирала Ковалева', хоть и усиленные за это время дополнительным пополнением, доставленным с Земли скоростными курьерами, не перекрывали подходы к планете на сто процентов. Оставались 'дыры', через которые противник мог проскочить сквозь оборону.
Это был наиболее вероятный вариант, рассчитанный из анализа предыдущих событий. Но если у врага были ещё какието козыри...
Адмирал вздохнул и тяжело поднялся с койки. Пора было привести себя в порядок, перехватить чегонибудь, и выдвигаться на КП. Через полчаса флот противника выйдет на дистанцию уверенного огневого контакта. В
***
Егор рванул к зарастающему люку на пределе своих сил. Но всё равно опоздал. Когда он наконецто добрался до места, где только что был трап, над головой наблюдался только ровная, без единого шва, матовосерая поверхность, и ничего не выдавало того факта, что именно здесь находится вход в корабль.
Опоздал! Тяжело дыша, выдохнул молодой пилот. Все усилия пошли прахом. Диверсант добрался таки до цели. И теперь...
Ещё нет, возразил Вейтангур. Смотри!
На глазах у уж было признавшего поражение Белецкого обшивка 'потекла', открывая проход внутрь судна, и через несколько секунд между люком и полом ангара сформировался трап.
Вперёд! скомандовал меч. У тебя ещё есть шанс его догнать!
Дважды повторять не понадобилось. Егор буквально взлетел по трапу, сжигая остатки кислорода, и ринулся вверх по коридору.
Тут не заблудишься! Корабль на консервации. Значит, открыт только один проход в ходовую рубку, сообщил меч, когда парень уже мчался по коридорам корабля. На этом пути все двери открыты. Внутренняя планировка в целом, как у стандартного эсминца проекта 2632 бис.
Значит, здесь должен быть пневмолифт... сориентировался Белецкий, вызвав из памяти тактика схему этого давно устаревшего и снятого с вооружения эсминца. Схема была ещё из курса истории ВКФ, прослушанного в училище. В принципе, Егор и не надеялся, что она когданибудь пригодится, но память всё равно была практически безразмерная, так что чистить её не было особого смысла, и там хранилось, кроме данной схемы, много ненужного хлама.
Не забудь: консервация! напомнил Вейтангур. Пневмолифт не работает.
Тогда: аварийный тоннель, Егор заглянул в дверной проём справа по коридору от лифта, и действительно, обнаружил там вертикальную цилиндрическую шахту с вваренными скобами.
Парень замялся. Лезть вперёд без разведки было опасно (хотя, собственно, только что он именно это и проделал), высылать же вперёд 'стрекозу' значило обнаружить себя раньше времени. Хотя... Беззвучно перемещаться всё равно не удастся. Плюс диверс, если не дурак, уже поставил разведъобъём. А он точно не дурак... Значит скрытно пройти всё равно не получится можно выпускать разведзонд.
'Ну, насекомое, вперёд!' Белецкий запустил в тоннель 'стрекозу', и, только дождавшись подтверждения, что ближайший участок пути безопасен, быстро полез вверх, цепляясь за скобы.
Такая осторожность несколько замедляла продвижение вперёд, но Егор рассудил, что быстро с законсервированным кораблём диверсант сделать всё равно ничего не успеет разве что взорвёт, так что можно себе позволить 'спешить медленно'.
О том, что в его рассуждения вкралась ошибка, тут же напомнил сигнал тактика о том, что 'Последний шанс' исчерпывается. Кислород подходит к концу. Так что, если не поторопиться, парень мог задохнуться, так и не добравшись до врага.
Чертыхнувшись,
Предположения Егора о том, что противник поставил разведобъём, подтвердились, когда гдето в районе третьей палубы на месте 'стрекозы' вспыхнул слепящебелый шарик диаметром сантиметра в три, и она прекратила своё существование.
По всем признакам, такое явление могло быть вызвано только дистанционным подрывом сконцентрированной в малом объёме 'умной пыли' (она же 'москиты'). Это, кстати, вовсе не означало, что диверсант остался без 'глаз и ушей' в коридорах. Подорваны были явно далеко не все 'москиты'. Большая их часть продолжала исправно предоставлять хозяину информацию о перемещениях преследователя.
Белецкий тоже не остался без разведданных. Место погибшего зонда тут же заняла вторая 'стрекоза'. Тут, конечно, лучше было бы поставить разведобъём но увы, нечем. Всё потрачено при путешествии по подземному лабиринту.
И в случае уничтожения последнего аппарата Егор рисковал нарваться на неожиданный выстрел в упор.
Вероятность применения противником какоголибо оружия, кроме шпаги, оценивается примерно в полпроцента, сообщил Вейтангур, словно почувствовав, о чём думает молодой человек, корабль остро необходим ему неповреждённым. Как и нам.
Снова пикнул тактик. По мере приближения к концу последних запасов кислорода сигналы должны были звучать всё чаще и чаще.
В рубке ты должен прорваться к консоли управления и вставить меня в гнездо в правой её части. Это приоритетная задача. Уничтожение диверсанта на втором месте. Запомни гнездо в правой части консоли управления! настойчиво повторил меч, и продолжил. В бою можешь использовать меня в качестве второй шпаги. С минуту должен продержаться, пока не сдохну. Но даже если вырублюсь вставить меня в гнездо! Обязательно!
Понял! отозвался Егор, сжав зубы. Порасспросить бы у старой железяки, что из всего этого должно получиться, вот только времени нет. Да и всё равно он ничего не скажет. 'Недостаточно допуска!' мысленно передразнил парень свой меч.
А потом ему стало не до этого.
Вторая 'стрекоза' достигла рубки, и успела показать изображение диверса, колдующего над консолью управления, прежде чем была уничтожена так же, как и первая.
Егор отставал от разведзонда не больше, чем на пятнадцать секунд, так что не успел ещё пепел осесть на пол, как он, с двумя шпагами в руках, уже стоял напротив своего врага.
Тот уже оставил возню с консолью и обернулся к дверям. И в его руках тоже пылали два клинка.
По всем правилам, надо бы было сначала 'прощупать' противника, но на игру по правилам времени не было. Кислородный таймер пищал всё чаще и чаще. Поэтому Егор сразу ринулся в атаку.
И по каюте закружился смертельный вихрь...
Диверсант оказался опытным бойцом. На порядок сильнее, чем абордажники, точнее, абордажницы, с которыми Белецкий имел дело на 'Змеееже'. Большинство атак молодого человека разбивались о мастерскую защиту, и после почти каждой из них приходилось уже самому уворачиваться от мгновенной контратаки. Ситуация усугублялась тем, что в отличие от Егора, одетого, как и полагается пилоту, в лёгкий скаф, его противник был облачён в скаф средней защиты.