Передышка

Саки

К рассвету свинка забылась блаженным сном, и Латимер собрался было последовать ее примеру, но в эту минуту петух издал восторженное «кукареку», соскочил на пол и принялся с воодушевлением

биться с собственным отражением в зеркале шкафа. Вспомнив, что птица как-никак оставлена под его присмотром, Латимер устроил в комнате нечто в стиле помещений гаагского суда, завесив провоцирующее зеркало большим махровым полотенцем, однако наступивший мир оказался нетвердым и непродолжительным. Неукротимая энергия петуха нашла новый выход в неожиданных и непрерывных нападках на спящую и временно беззащитную свинку. Последовавшая дуэль была отчаянной и ожесточенной, притом не было никакой возможности сколько-нибудь эффективно вмешаться. Пернатый боец, когда ему приходилось туго, получал некоторое преимущество, спасаясь бегством на кровать, и сполна пользовался этой возможностью. Свинке же так и не удалось запрыгнуть на такую высоту, хотя в желании ей нельзя было отказать.

Ни одна из сторон не могла похвастаться сколько-нибудь

решительным успехом, и к тому времени, когда служанка явилась с чаем, бой практически завершился.

– О боже, сэр! – воскликнула она с нескрываемым удивлением. – Зачем это вам в комнате животные?

Зачем они ему!

Свинка, будто почувствовав, что она несколько злоупотребила гостеприимством, бросилась вон, а петух последовал за ней с большим достоинством.

– Если собачка мисс Веры увидит эту свинью!.. – воскликнула служанка и поспешила, чтобы предотвратить таковое несчастье.

Тень подозрения мелькнула в голове Латимера. Он подошел к окну и раздвинул занавески. Шел легкий, моросящий дождик, однако не видно было ни малейших следов потопа.

Направляясь примерно полчаса спустя завтракать, он повстречался с Верой.

– Я не хотел бы думать о вас как о преднамеренной лгунье, – холодно заметил он, – но иногда приходится думать так, как не хочется.

– Зато вы всю ночь не думали о политике.

И в этом она была совершенно права.