Передышка в Арко Ирис

Димов Димитр

Пилар. О да! У аристократов только и забот, что заниматься спортом и следить за своей внешностью.

Эстанислао. А она говорила о тебе столько хорошего.

Пилар. Какая ей выгода поносить меня?

Эстанислао. А тебе не кажется, что ты слишком груба с ней?

Пилар. Да и она сомной не слишком деликатна.

Эстанислао (после паузы).Ты так и не сказала, кто ты.

Пилар. Я грешница, сеньор!

Эстанислао. Так вот почему ты заглядывала

ко мне ночью?

Пилар (невозмутимо).Я просто хотела предложить вам еще одно одеяло. Мне показалось, что ночь прохладная. (Вызывающе.) Авы что подумали?

Эстанислао (сухо).Я никогда не думаю плохо об испанских девушках, даже если голод или нужда заставляют их приходить ко мне среди ночи.

Пилар. Почему только голод или нужда, а не доброе чувство?

Эстанислао. Пусть и доброе чувство.

Пилар. Как это бывает с благородными дамами, правда? (Насмешливо посмотрев на Эстанислао, уходит вправо.)

Эстанислао усмехается п снисходительно качает головой. Входит Инес. Остановившись, – смотрит на Эстанислао и улыбается ему.

Эстанислао (бодро).Доброе утро, сеньора!

Инес. Доброе утро, капитан Браво! Все ли в порядке?

Эстанислао (с улыбкой глядя на нее).Да, сеньора! Все в полном порядке.

Инес. Может, вам не совсем удобно в вашей комнате? Вы так оживленно беседовали с Пилар. Ведь у нас все уже старое и обветшавшее.

Эстанислао. Но это же реликвии восемнадцатого века!..

Инес (с горечью).…покрытые плесенью бедной, благородной и униженной Испании! Вам, как видно, нравятся бесполезные безделушки?

Эстанислао. Да! Когда-то я мечтал стать художником.

Инес (с волнением).И почему же не стали?

Эстанислао. Меня исключили из академии… А ваша горничная умеет блестяще вести разговор. Как вы терпите ее комментарии?

Инес. Приходится терпеть… Она кокетничает с вами. Вы обратили внимание?

Эстанислао (пожав плечами).Мне не до тонкостей кокетства.

Инес. Мы только что встретились с ней в коридоре. Она была готова разорвать меня.

Эстанислао (усмехнувшись).Исконный якобинский гнев народа против аристократов. Он вспыхивает и великодушно угасает.

Инес. А почему сейчас он вспыхнул так неожиданно?

Эстанислао. Это доказывает, что классовый антагонизм существует и в анархистских коммунах.

Инес. Она бывшая содержанка моего отца. Теперь вам ясно ее поведение?

Эстанислао. Хотите бросить на нее тень, не удастся! Не она виновата, что стала содержанкой, а ваше общество.

Инес (с

легким раздражением).Надо вам сказать, отец подарил ей небольшой хуторок, и она давно уже стала независимой. Но война заставила ее снова искать убежища у нас. Она вовсе не горничная, а вполне обеспеченная наглая особа, которая фактически все здесь прибрала к рукам. Следовательно, как женщины, мы поставлены в равные условия, и в ее положении нет ничего унизительного.

Эстанислао. Не хитрите! В действительности у вас далеко не равные условия!

Инес (сухо).Да! С точки зрения политики вы, может быть, и правы.

Эстанислао (с грустью).И это вас сердит?

Инес (с усмешкой).Я не могу сердиться на вас!.. Но Пилар – да, она меня раздражает! Ни одна дочь не забудет унижений матери и не простит бывшую любовницу отца.

Эстанислао. По-человечески вас можно понять. Но я не могу испытывать к Пилар такую же неприязнь.

Инес (задумчиво смотрит на него).Вы сотканы из противоречий. Вам это не приходило в голову?

Эстанислао. Противоречия свойственны каждому человеку. Разве у вас их нет?

Инес. Сколько угодно! Но противоречия делают человека добрее, не так ли?

Эстанислао. Или по крайней мере умнее! Тут вы не далеки от истины.

Инес (с легкой иронией).Это, надо полагать, марксистская истина, раз вы с ней согласны.

Эстанислао (усмехаясь).Да, вполне марксистская.

Инес. Только вот… в данном случае бесполезная! (С грустью качает головой.)

Эстанислао. Почему?

Инес. Потому что видим ее только мы с вами. Ведь вокруг бушует война.

Эстанислао. Не стоит пока говорить о войне! Почему вы не хотите порадоваться, как я, этому спокойному прекрасному утру?

Инес (вспыхнув).Радоваться? Чему? Той крохе счастья, которую нам вчера вечером швырнула война?

Эстанислао (тихо, с удивлением глядя на нее).Не будем называть это счастьем. Простите меня, если я вчера оказался слишком дерзким.

Инес (с горечью).Мужчина, явившийся с поля боя, не может не быть дерзким. А женщина в беде всегда уступчива. Вы это имели в виду?

Эстанислао. Трудно сейчас мечтать об ином.

Инес. А я мечтала об этом «ином» всю ночь!

Эстанислао. Это неразумно.

Инес. Похоже, что мне не хватает разума, а вам – чувства!

Эстанислао. Не спешите с выводами!.. Сейчас никто из нас не может сказать, чего не хватает другому.

Инес. Война помогает нам смотреть на вещи трезво, не так ли?