Перед свадьбой
Шрифт:
— Вот именно!
— Но я же объясняла тебе насчет хулиганов, которые пристают к маленьким детям, и ты как будто все понял. На прошлой неделе ты сам считал, что это хорошая идея — провожать младших после школы.
— Ну… наверное.
— Стало быть, дело не в этом? — Бекки накрыла ладонью руку сына, лежавшую на пледе. — Родной мой, что же тебя беспокоит на самом деле?
— Он опять здесь ночевал. С какой стати, мам? — Майк побледнел, на щеках горели красные пятна. Глаза мальчика блестели от мужественно сдерживаемых слез. —
Снизу донеслись звон посуды и заливистый хохот.
— Кино закончилось поздно, и я сказала Райану, чтобы оставался ночевать. Все равно ему пришлось бы возвращаться сюда сегодня утром, чтобы забрать Дани.
— Но, мам, он сказал, что сам приготовит завтрак. Сказал малышам, что сделает тосты по-французски, и они прямо завизжали от восторга. Мол, это куда лучше, чем обычные тосты. — Одинокая слезинка пробежала по щеке Майка, и он сердитым жестом стер ее.
— Ты же знаешь, Майк, что Сара и Никки обожают тосты по-французски. Не понимаю, что тебя так расстроило. Ты и сам любишь такие тосты.
Мальчик ничего не ответил, и сердце Бекки заныло — до того несчастный был у него вид.
— Поди сюда, — она похлопала по кровати рядом с собой. — Садись и объясни мне в чем дело.
Майк присел на краешек кровати. Он крепко стиснул зубы, но губы у него предательски дрожали. Заморгав, он шмыгнул носом.
— Так что же?
— Это моя обязанность — готовить завтрак по воскресеньям, чтобы ты могла поспать. А теперь здесь все время торчит Райан.
Отчетливо помня о кольце на среднем пальце, Бекки левой рукой осторожно обняла за плечи Майка.
— Мне казалось, Райан тебе нравится.
— Ну, он, пожалуй, нормальный мужик. Только он нам не нужен. Я и сам могу позаботиться о тебе, Саре и Никки.
— Майк, ты хорошо знаешь, что дороже тебя, дороже вас всех у меня никого нет. Но ведь ты уже достаточно взрослый, чтобы понять: я могу все так же любить вас и в то же время полюбить Райана.
— А ты любишь его? — напряженным голосом спросил Майк, сердито глянув на мать.
— Люблю. Очень. Он просил меня стать его женой.
— Мы и без него прекрасно обходились. Подумаешь, еще один мужик! Не нужен нам никто — ни папа, ни Райан.
Бекки заколебалась, не зная, какими словами объяснить сыну, что если она полюбила Райана, то от этого не станет любить меньше ни Майка, ни других своих детей. Боль и гнев сына застали ее врасплох, и нужные слова никак не приходили на ум.
— Почему ты так считаешь?
— Он сделает тебе больно, и ты будешь плакать. Как из-за папы.
Бекки ужаснулась. Как могла она столь безоглядно погрузиться в собственные чувства, что до сих пор не заметила очевидного: Майк ненавидит Эрика и терпеть не может Райана.
Уловив краем глаза какое-то движение, Бекки глянула на открытую дверь спальни. В проеме с подносом
Быстро глянув на Майка, она убедилась, что сын Райана не видит. Райан перехватил поднос одной рукой и выразительным движением свободной руки без слов спросил, можно ли ему войти.
Бекки замялась. Пригласить ли Райана присоединиться к ним? Будет ли Майк оскорблен, если этот разговор они продолжат уже втроем, или, напротив, так станет легче? Наконец она отрицательно покачала головой.
Райан кивнул, послал ей воздушный поцелуй и вместе с подносом бесшумно удалился. Глаза Бекки заволокло слезами. Как обычно, Райан принял ее решение, не оспаривая его и не унижая, чего никогда в жизни не сделал бы Эрик.
— Майк, Райан совсем не такой, как твой отец. Он очень любит тебя, Сару и Никки. Он хочет быть им отцом, а тебе — другом. Пожалуйста, родной, пойми это. Я люблю его.
— А как же Дани? — угрюмо спросил мальчик.
— У вас будет еще одна сестренка. Мне казалось, она нравится и тебе, и другим.
— Девчонка как девчонка, — пробормотал он.
— Тебе не нравится Райан?
Майк ссутулил плечи, мрачно уставясь в пол.
— Да нет, он ничего.
Бекки обхватила ладонями лицо сына, притянула его к себе, чтобы поцеловать.
— Я люблю тебя, Майк. Пожалуйста, помни это.
Металлический ободок коснулся щеки мальчика, и он, перехватив руку матери, уставился на сверкающий камешек. Боль и смятение плеснулись в его глазах.
— Ты уже согласилась, да? И когда ты собиралась мне об этом сказать?
— Райан сделал мне предложение вчера вечером, когда вы ночевали у соседей. Мы думали поговорить с вами обо всем сразу после завтрака.
— Тебе наплевать на нас! В жизни больше не дотронусь до его дурацкого компьютера!
Майк оттолкнул Бекки и бросился к двери. На пороге он притормозил и с бессильной яростью обернулся к матери.
— Если он сделает тебе больно, я его убью! Я уже большой!
— Майк, о чем ты? Майк!
Но он уже мчался вниз по лестнице. Она прислушалась к топоту ног, затем уловила стук входной двери.
Побежал, должно быть, жаловаться своим приятелям. Может, оно и к лучшему. У них обоих будет время остыть. Благодарение Богу, Майк хотя бы не шляется больше с тем типом, от которого ее бросает в дрожь.
Через пару часов Райан и Дани отправятся домой. А вечером, после того как малыши улягутся, у них с Майком будет долгий и обстоятельный разговор. Вдвоем они сумеют найти способ преодолеть неприязнь ее сына к Райану.
Иначе никак нельзя.
Бекки зарылась лицом в подушки. Хорошо хоть Майк всерьез не ненавидит Райана. Каково бы ей было, если бы пришлось делать выбор: то ли причинить боль сыну, то ли расстаться с человеком, которого она любит больше жизни.