Перед бурей

Неперелетная

Когда парень вновь возвращается, поднимаю на него глаза.

– Ты сильно опазды… - я сбиваюсь, глядя на полуобнаженного похитителя, - опаздываешь?

– На полчаса, - он усмехается, открывая шкаф и переодеваясь, - думаю, мне простят этот единственный проступок за все время работы.

Я приоткрываю рот, собираясь задать вопрос, что вертится на языке, но замолкаю, предпочтя молоко. Допивая, чувствую, что оно осталось на губах.

– Стой, - парень подходит ко мне, наклоняясь и большим пальцем касаясь верхней губы и утирая молоко, -

я ведь могу начать тебе доверять, Вивиан?

Прежде, чем я успеваю ответить, Мичи наклоняется, находя мои губы и осторожно, нежно и ласково целуя их.

– Спи, Вив, - парень отстраняется с ухмылкой, быстро покидая комнату и оставляя меня в замешательстве.

Я медленно осознаю, что этот момент оказался переломным в наших странных и непонятных отношения насильника и жертвы, окончательно запутываюсь, продолжая смотреть вслед Мичи.

Он не закрыл дверь, оставив ее распахнутой настежь, а его шаги внизу говорили о том, что парень сделал это не бездумно, приняв такое решение.

Осторожно касаюсь указательным пальцем своим губ, все еще чувствуя след настоящего поцелуя. Я окончательно прихожу в сознание, лишь когда слышу рев мотора, оборачиваясь и с легким испугом подходя к окну, наблюдая, как машина быстро исчезает вдали.

Возвращаюсь обратно на кровать, медленно ступая по мягкому ковру и пока не осознавая, что делать. Закрываю глаза, погружаясь в сон, а после, окончательно встав, понимаю, чем именно заняться.

***

Я не знаю, откуда во мне появился инстинкт Золушки, но теперь, как ни странно, уборка даже доставляла небольшое удовольствие. Я не открывала шкафы Мичи первые несколько минут, запомнив его пожелание, больше похожее на приказ. Но, не выдержав, распахнула один из них, начиная перебирать одежду, раскладывая ее по полочкам и наводя порядок.

После уборки спускаюсь вниз, искоса посмотрев на входную дверь, так и манящую подойти поближе.

– Нельзя, - сказав едва слышно, продолжаю идти, чувствуя неприятное чувство в груди, словно я только что предавала саму себя.

Но ради чего и кого, Вивиан Грей?

Найдя хорошую бутылку красного вина и открыв ее, достав фужеры, наливаю в один из них темно-красную жидкость, отпивая и приступая к готовке, пытаясь заглушить алкоголем свои мрачные мысли.

Я быстро нахожу самые нужные мне продукты, легко пользуясь острыми ножами и невольно вспоминая, как один из них совсем небольшое время назад касался моей шеи.

Вздрогнув, поглядываю на часы. Часовая стрелка медленно, но неумолимо приближалась к восьми вечера, а я, отправив мясо с картошкой в духовку, уже выпила почти половину бутылки, чувствуя некоторый жар и странное воодушевление.

Поднявшись наверх, захожу в свою спальню, начиная разглядывать скромный гардероб и чувствуя себя глупой маленькой пьяной девочкой. Усмехнувшись своим мыслям, достаю полупрозрачное черное короткое платье.

«Весьма неплохо», - проносится мысль в голове, когда я изучаю ткань, почти не скрывающую нижнего белья. Впрочем, именно

этот эффект мне и был нужен.

Укладываю волосы, делая их менее растрепанными, попутно запоминая свое лицо и тело. Немного другое. Остановившись, подхожу к зеркалу, изучая свои губы, брови, глаза, не чувствуя внешней разницы. Но что-то здесь не так, и я, увы, не могу понять, что именно.

От мыслей меня перебивает звон колокольчика, оповещавшего о том, что мясо по-французски уже готово. Чертыхнувшись, спускаюсь вниз снова, доставая мясо и неуверенно косясь в сторону двери, чувствуя непривычное волнение, не потупленное неплохой дозой алкоголя.

И я не знаю, от чего оно: от ожидания или желания наконец освободиться от этих оков.

Расставляю столовые приборы, нарезая фрукты и овощи в две разные тарелки, тем временем слыша позади себя небольшой шум. Быстро переложив все на стол, сажусь за свой стул, наливая очередной, сбившись со счета, бокал вина.

Его шаги тихие и медленные, и когда парень замирает в дверях, я не могу сдержать улыбки, замечая искренне удивление в его глазах.

– Ужин, - улыбнувшись.

Парень молча садится на свое место, поднимая бровь и оглядывая мясо с легким подозрением, вызывая мою обиду.

– Не отравлено, - я вздыхаю, отпивая еще вина, - я не сильна в химии, Мичи.

– Зачем, - он сглатывает, взяв пальцами вилку и нож, - ты надела это?

Я ухмыляюсь, довольно выпрямляясь и, кажется, лишь сильнее выпячивая грудь, скрываемую черным лифом. Который платье почти не прячет.

Одновременно я чувствуя себя слишком развратно, неприятно и, откровенно говоря, девушкой с панели, но, подняв свое настроение вином, я не могу не удержаться от этой выходки.

– Ты что-то имеешь против? – спрашиваю, начиная есть и пытаясь поймать взгляд, который то и дело бросает на меня Мичи.

– Нет, - он ухмыляется, - у тебя хорошее тело, и я буду за, если ты станешь показывать мне его почаще, - его слова заставляют меня засмущаться и покраснеть, теряя былую уверенность и плавно опуская самооценку с «девушки с панели» на более неприличное слово.

– Скажи, - я вновь немного тянусь вперед, слегка наклоняя голову набок, - этот дом достался тебе в наследство?

– Нет, - парень качает головой, - купил несколько лет назад участок с домом. Правда, пришлось многое переделать.

Записываю это в свою «копилку знаний о Мичи» и продолжаю есть, вновь возвращая молчанию его почетное главенствующее место.

– И все же, - разрушает тишину парень, - зачем ты выпила так много?

– Сегодня его день рождения, - шепчу почти бессвязно, замечая, что парень, слыша это, хмурится, становясь мрачнее, - впрочем, я хотела сделать что-то хорошее для тебя.

Я вижу, что он почти давится после сказанных слов, и не могу сдержать улыбки.

– Я хочу, чтобы мы научились доверять друг другу, - произношу, чувствуя явное влияние алкоголя в этом развязанном языке, - после всего прожитого.