Перед бурей
Шрифт:
Почему я до этого не замечала его Мак?
– Ты в ленте новостей на первом месте, - произносит Тео с довольной улыбкой, а клубника выпадает из моей руки.
– Что? – я встаю, немного нагло подсаживаюсь на колени парня, но он не возражает.
– Смотри, - Тео открывает статью, и я вижу свои фотографии: на дорожке, подиуме и в объятиях Тео Эванса после показа.
Черт. Последняя смущает больше всех.
– Юная и очаровательная Вивиан Грей, дочь известного миллионера Кристиана Грея, вчера появилась на показе в Париже и приняла в нем свое непосредственное участие, показав всему миру свою красоту,
– Помолчи, - тихо, я дочитываю новость до конца и разглядываю фотографии, спрашивая себя, этого ли я хотела и добивалась.
Ответ определенно один: нет.
– Ты недовольна, - утверждает он, осторожно касаясь носом моей шеи.
– Скорее, боюсь последствий, - я пожимаю плечами, глядя на экран.
Я хочу жить как обычный человек, но, уверена, после этой выходки меня еще долго не забудут. Точнее, пока Кристиан Грей будет так же влиятелен, как сейчас.
– Зачем ты разбудил меня так рано? – настроение испорчено статьей, положительно повлиявшей на мою репутацию.
Что-то определенно не так в твоей голове, Вив.
– Я хочу показать тебе утренний Париж, - отвечает Тео спокойно, словно не заметив интонации в моем голосе.
– Он чем-то отличается от вечернего? – я усмехаюсь, вставая с его колен, но парень удерживает меня.
– Поверь, сильно отличается, - Тео шепчет на ушко, кусая его, а затем отпускает меня, - быстрее переодевайся, соня, - он смеется.
– Лучше я вернусь в постель, - ухмылка на его лице похожа на дьявольскую усмешку.
– Только со мной, мисс Грей, - парень встает, и я бегу от него в спальню, слыша неспешные шаги за спиной.
– Я переодеваюсь, - кричу, открывая шкаф в поисках одежды для прогулки.
Джинсы, балетки и блуза. Самое то. Тео не догоняет меня, возвращаясь на кухню, а я сушу волосы, думая о ранней прогулке. Свидание? Похоже.
– Милая, ты скоро? – я сглатываю, насторожив слух и не поверив.
– Милая? – я иду в гостиную, глядя на парня, одетого в темную рубашку, обрамляющую тело.
Это был запрещенный прием.
– Тебе не нравится? Что насчет «детка»? – Тео явно издевался, но даже в таких острых шуточках я ощущала нежность.
– Может, Вив? – я улыбаюсь, - Но милая звучит неплохо.
– Милая и сладкая Вивиан, - парень подставляет локоть, и мы выходим из номера.
***
Центр буквально кипит: сотни людей вышли на улицу и спешат на работу, и ты теряешься в бесконечном потоке курток, шапок и шарфов.
– И в этом прелесть утреннего Парижа? – с легкой издевкой, я смотрю на Тео, сжимающего мою ладонь, чтобы не выпустить из виду, не потерять.
Вижу знак метро, на который направлен взгляд парня, и сглатываю, понимая, что эта толпа будет преследовать нас еще некоторое время.
– Может, пойдем пешком? – я прижимаюсь к парню, не желая спускаться в подземку.
Все эти люди спешат, торопятся, и, уверена, довольно спокойная парочка будет их раздражать.
– Хорошо, - Тео разворачивается, словно ожидал такого предложения от меня, и мы идем к небольшому мосту.
После переходим дорогу, и шумный город-миллионер вновь и вновь дает о себе знать сотнями фар машин, знаков и сигналов. Слишком шумно. Мы идем в тишине: парень ведет меня,
– Расскажи о себе, - тихо говорю я, когда мы избавляемся от этого шума улиц, войдя в тихий парк и шагая вдоль аллей.
Зима, голые деревья создавали полумрак, но солнце, неспешно встающее из-за горизонта, привносило свое особенное очарование, играя тенями и светом стволов и веток. Я вспоминаю тетю Миа: после свадьбы она переехала во Францию, в Бордо, и теперь меня и тетю разделяло не менее 350 миль.
– Ты знаешь меня с детства, Вив, к чему такой глупый вопрос? – отвечает Тео, когда мы пересекаем одну из главных дорожек парка.
В центре стоит фонтан, но из-за сезона он не работает: статуя девушки с кувшином казалась всеми брошенной, покрытой грязью и пылью. Наверное, летом здесь гораздо красивее, чем сейчас.
– Я ничего не знаю о тебе, - произнеся, я останавливаюсь, заставляя Тео посмотреть на меня.
И это действительно так. Я знала про Тео лишь самые основные моменты: дата рождения, внешность, родители, братья, пара увлечений, которые совпадали с интересами моего брата. На этом все.
Каждый раз, когда Тедд приводил своего лучшего друга домой, они долгое время разговаривали в комнате моего брата, затем спускались к ужину и, проведя за столом не более получаса, уходили на прогулку. Иногда, в праздники, я могла спокойно общаться с Тео, донимать его и брата, а также своих друзей настольными играми, но я никогда не видела интереса ко мне. Тео часто старался избегать встреч со мной. Тогда почему теперь все оказалось наоборот? Я стала его новой игрушкой? Еще одной в коллекции?
Вспоминаю случайно подслушанный разговор. «Я хочу ее, слышишь? И я найду способ, чтобы сделать…» Что сделать? Причинить мне боль, использовав и покинув, бросив? На душе становится больно и гадко, и я разжимаю пальцы Тео, устремляясь вперед, принимая возможные догадки за правду и ощущая себя разбитой раньше времени.
– Вив, стой! – кричит парень, и я слышу его ускоренные шаги по направлению ко мне.
Но, не отвечая, я бегу прочь из парка, пытаясь освободиться от этих деревьев, от солнца, которое теперь совсем не очаровывает и не греет. Я вижу на вывеске «L’art» и вбегаю внутрь небольшого художественного магазинчика, погружаясь в свой собственный мир красок и кистей, карандашей и холстов. Надеясь, что у меня не совсем запыхавшееся лицо, смотрюсь в зеркало, вручную расписанное каким-то французским художником, и вижу в отражении красные щеки, слегка спутанные пряди, выбившиеся из прически. Перевожу дыхание, и после этого замечаю продавца, с любопытством глядящего на меня.
– Besoin d’aide? – низкий голос мужчины лет 30-40 озадачивает меня не меньше, чем вопрос, хотя я знаю, чего он хочет.
– Non, merci, - запоздало ответив, я подхожу к холстам, глядя на них и ценники.
Благо, я взяла свою карточку. Я выбираю холст, бумагу, краски и карандаши, тем временем слыша, как кто-то входит в магазин со звоном колокольчика.
– Вив, - я узнаю запыхавшийся голос Тео, чувствую его пальцы, остановившиеся на моей талии, - что случилось?
– Не мешай выбирать карандаши, - отвечаю, сглотнув, - или я затыкаю тебя ими до смерти.