Перебежчик
Шрифт:
У меня есть только один шанс. Я должен найти виновного, я должен быть прав, с неопровержимыми уликами и в как можно скорый срок.
Полковник Мастард, в уединенной комнате, при помощи трубы.
Сейчас, все что мне нужно это зацепка.
Никакого давления, Гарри.
Мой брат жил в дорогих апартаментах на самом краю Золотого Побережья, где в Чикаго жило множество людей с множеством денег. Томас работал в дорогущем бутике, специализировавшемся
Я припарковался за пару кварталов до его жилища, где поток машин не такой плотный, прогулялся до его квартиры и позвонил. Никто не ответил. Я глянул на часы в вестибюле, затем сложил руки и прислонился к стене, ожидая когда он вернется с работы.
Его машина подъехала к зданию несколькими минутами спустя. Он сменил свой огромный хаммер, который мы угробили еще в прошлый раз, на совершенно новый, заоблачно дорогой автомобиль — Ягуар, с золотым отливом и ослепляющей отделкой. Надо сказать, это было впечатляюще. Я не двинулся, ожидая когда он подойдет к двери.
Что он и сделал, минуту спустя. Ростом он был около метра и восемьдесят сантиметров, одет в темно-синего цвета кожаные штаны и белую шелковую рубашку с большим развевающимися рукавами. В дополнение к штанам, его вьющиеся волосы были окрашены в темный словно ночь оттенок, и спадали до самых плеч. У него были серые глаза, белоснежные зубы, даже более сверкающие чем у Ку-Клукс-Клана, и лицо словно сошедшее с обложки модного журнала. И он знал как все это выгодно подчеркнуть. Он был уделал любого из этих спартанцев, даже без помощи гримеров.
Как только он меня заметил, его брови взмыли вверх. "'Арри," с придыханием произнес он, правдоподобно копируя французский акцент, "Добгый вечер, mon ami."
Я кивнул ему. "Эй. Нам надо поговорить."
Его улыбка увяла, едва он услышал серьезность в моем голосе, и он кивнул. "Да, конечно."
Мы прошли в его в квартиру. Она была безукоризненно чистая, как всегда, и обставлена дорогой, современной и стильной мебелью с никелированной отделкой. Я прошел внутрь, поставил жезл напротив входной двери, и неуклюжей походкой доковылял до дивана. С минуту я смотрел на него.
"Сколько ты платишь за это?" спросил я.
"Столько же, сколько ты платишь за свой Жучок.", ответил он уже без акцента.
Я тряхнул головой, поудобнее устраиваясь на диване. "Такие большие деньги и они не могли позволить запихнуть побольше подушек. Я на заборах сидел, более удобных чем здесь."
"Это потому что не важно на чем сидишь," ответил он, "важно подчеркнуть людям насколько они богатые и модные."
"У меня одна подушка за тридцать баксов, которую я купил на распродаже. И оранжевый и зеленый плед, и очень сложно не заснуть, если ты сел на них."
"Это в твоем духе," сказал
"Если только холодного."
Он вернулся с парой ледяных темно коричневых бутылок, и передал одну из них мне. Мы сдернули крышки, чокнулись, и он сел в кресло напротив, сделав хороший глоток.
"Окей," произнес он, "Что произошло?"
"Проблема," ответил я. Я рассказал ему о Моргане.
Томас нахмурился. "Елки- палки, Гарри. Морган? Морган?! Что с твоей головой?"
Я пожал плечами. "Я думаю, он этого не делал."
"Да кому какая разница? Да он даже и помочится на тебя не пожелал бы, если б ты сгорал в пожаре," зарычал Томас. "Возмездие наконец-то настигло его. Так чего ради тебе делать что-то?"
"Потому что я не думаю, что он это сделал," повторил я. "И кроме того. Ты не обдумал это до конца."
Томас откинулся на спинку кресла, посмотрел на меня, прищурившись, и отхлебнул пива. Я присоединился к нему, дав ему пару минут на размышление. С мозгами у него все в порядке.
"Окей," сказал он неохотно. "Я смог придумать пару причин по которым ты бы захотел прикрывать его одержимую убийством задницу."
"Мне нужны медикаменты, которые я оставлял у тебя."
Он поднялся и пошел в прихожую-шкаф, который был упакован всевозможными предметами домашнего обихода, необходимые для постоянного пребывания. Он достал оттуда белый ящичек с красным крестом, спокойно поймав при этом мяч для игры в софтбол, скатившегося с полки, прежде чем тот попал ему в голову. Он закрыл шкаф, достал из морозилки пакет со льдом и положил его с аптечкой рядом со мной.
"Только не говори, что это все что я могу сделать," сказал он.
"Нет. Есть кое-что еще."
Он развел руками. "Ну?"
"Я хочу, чтобы ты узнал, что в Коллегиях знают о преследовании. И тебя никто не должен заметить."
Он глянул на меня на мгновение и затем медленно выдохнул. "Почему?"
Я пожал плечами. "Мне нужно больше информации о том, что происходит. Я не могу спрашивать людей. И если группа людей узнает, что ты интересуешься этим, кто-нибудь сложит одно с другим и перейдет к жестким действиям в Чикаго."
Мой брат-вампир на мгновение полностью замер. Это не то, что умеют делать обычные люди. Все его тело, будто все его существо просто… замерло. Я почувствовал, будто смотрю на восковую фигуру.
"Ты просишь втянуть в это Жюстину," сказал наконец он.
Жюстина была девушкой, которая была готова отдать жизнь за моего брата. И той, ради которой он едва не пожертвовал своей жизнью. Нельзя назвать любовью то что они было между ними. Даже "сломанной".
Мой брат — вампир Белой Коллегии. Для него любовь — мука. Томас и Жюстина никогда не смогли быть вместе.