Перал. В погоне за собой
Шрифт:
– Она захлебнется...не видишь, что ли, -обреченно сказал он, прижимая меня к себе, услышала я словно сквозь вату в ушах и потонула во тьме.
Я очнулась на какой-то полянке, где сквозь молодую травку росли и цвели одуванчики, мои любимые пятнышки солнца. Я присела на траву, касаясь раскрытых желтых головок. Вдруг передо мной появилась Ариабелла. Рядом с ней стояла какая-то женщина, похожая на крестьянку и рядом был огромный волк с раскинутыми крыльями.
– Моя подопечная, моя Настасья, -с печалью в голосе сказала Ариабелла.
– Я умерла, -спросила я обречённо.
– Еще нет, - ответила женщина.
– Ответь
Я испуганно посмотрела на Ариабеллу, но та лишь молча отвела взгляд.
– Там остались те, кого я люблю, -сказала я.
– Все оставляют там тех, кого любят, -перебил меня волк.
– Даже если я неправильно ответила, то я все равно считаю так: с ними останется моя душа и мое сердце. Они моя жизнь. И я прошу лишь оставить им их жизни, а не отбирать вслед за моей. И прошу спасти моих не рожденных детей. Моя жизнь для меня ничто, для меня важны лишь они, -сказала я, и сама испугалась, но я правда так чувствовала.
– Пусть будет так, -сказала женщина, и они с волком исчезли, а я осталась с Ариабеллой.
– Кто это был?
– спросила я.
– Семаргл и Макошь, лишь они могут с позволения Отца, даровать исцеление, -ответила богиня.
– Я их разочаровала, но я не врала, -сказала я, ощущая печаль своей покровительницы.
Вдруг на меня опустилась птица похожая на орла ярко-красная с золотистыми бликами на оперении. Она была огромна, но я практически ощущала ее, как легкую пташку на себе. Вдруг он вспыхнул и осыпал меня пеплом, а я теряя сознанье, успела увидеть улыбку на лице прекрасной богини.
Я очнулась на руках Ральфа, в кровати. Мой любимый сидел с мокрыми глазами и неверующе смотрел на меня.
– Ты жива? Ты жива!
– закричал он, и начал осыпать меня поцелуями.
Он счастливо рассмеялся, ощутив, как мои руки обвили его шею.
– Но как? Боги, да?
– спросил Ральф, сияя как бриллиант на солнце.
Я только кивнула, вдыхая его аромат.
– Стой, Ральф, -сказала я, наконец отпихивая его.
– Как Арманд? И что произошло?
Я потянулась к вампиру, ощущая его боль и позвала его к нам, ощутив недоверие с его стороны. Я усилила зов, и ощутила резкий всплеск радости. В моем животе забурчало, детишки захотели есть.
– Я сейчас, -прокричал, выскакивая оборотень.
А я положила руку на живот, прислушиваясь к малышам. Я интуитивно чувствовала, что с ними все в порядке. Мысленно я вознесла благодарность Ариабелле и остальным богам. Тут в комнату ворвался Арманд и неверующе замер, а потом схватил меня в охапку и начал обнимать и целовать.
– Жива, моя яри, моля любимая, Настя, -шептал он, а я гладила его по спине.
– Все хорошо, боги спасли меня, -прошептала я, целуя его в ответ.
В комнату вошел Ральф с подносом, и я тут же накинулась на еду, пока парни рассказали, что же произошло. После того, как я умерла на руках парней, Зевс понюхал графин и кинулся на одного из оборотня, оказавшимся влюбленным в сестру Мелиссы и мстившим парням и мне за их род. Самый верный и простой способ был убить меня, что он и сделал, зная, что я беременна и наверняка буду пить компот, а мужчины будут пить алкоголь и не почуют яд в моем напитке, пока не станет поздно.
Как собственно говоря и вышло. Прошло несколько часов, за которые вампир и его клан уничтожили весь рот этого оборотня, а оборотни из клана Ральфа, уничтожили все пары их
– Жестоко, -шокировано сказала я.
– Зато действенно. Мы уже пожалели Мелиссу с сестрой и мамой, в итоге ты два раза чуть не умерла, -сердито сказал Ральф.
– Больше пощады не будет. Весь род погибнет, посмевший поднять на тебя руку. И не пожалею никого. Я в своем праве.
Я обняла его, успокаивая. Потом пришла моя очередь рассказать про встречу с богами. Ральф восхищенно смотрел на меня.
– Нет сил передать ту благодарности, что есть внутри меня для вас, боги, спасибо что вернули ее, -сказал он, и Арманд так же выразил слова благодарности.
Потом мы сообщили нашим семьям, что я и наследники живы. И потянулась череда родственников, жаждущая посетить меня. Зевс только успевал щелчком пасти отгонять самых настырных. Пес прибывал несколько дней в депрессии, что не уберег меня, и лишь пока я не пообещала больше без пробы с его стороны ничего не есть и не пить, не успокаивался.
Жизнь вошла в тихое течение: по утрам токсикоз, раз в неделю секс и пропадание мужчин. В общем все стабильно, что не могло не радовать.
эпилог
Когда рожала мама, на папу больно было смотреть, он рыдал под дверью, слушая ее крики. Мои мужчины, заранее страдали вместе с ним, ведь их через пару недель ожидало тоже самое. На их лицах была паника. Наконец-то раздался крик младенца и нам вынесли моего братика, похожего на сморщенный помидор. Я недоверчиво посмотрела на него и я таких же рожу? А говорят маленькие дети прекрасны. Но глядя в лицо отца, я видела такое восхищение и восторг, что поняла-похоже для родителей так есть. На руки мне дали подержать братика после отца. А я в шоке взяла меленький конвертик, ощущая щемящую нежность внутри. Ути-пути, кто это такой маленький. Маленький закричал, оглушая все вокруг, и я поспешила вернуть младенца повитухе и покатилась к маме. Та счастливая лежа на кровати и с любовью смотрела на папу. Папа приобнял маму, а я, стараясь не разрушить момент, потащила парней прочь из комнаты, потом поздравим.
Парни шокировано шли за мной следом и буквально рухнули в кресла. Я, вздохнув, притащила им бутылку гномьего самогона и стаканы. Пусть нервишки утешат, а сама покатилась в спальню, спеша вытянуть скорее отекающие ноги.
Под утро я ощутила, как тянет низ живота и мне хочется в туалет, но поднимаясь, я ощутила, что кровать мокрая. Вот блин, описалась. Последнее время такое случалось. Детишки любили пнуть мамочку в мочевой пузырь, походу принимая его за футбольный мячик, поэтому не удивившись, я пошла в ванную, а служанки сменили простынь.
Пока я завтракала, мои любимые тоже присоединились и сказали, что у них для меня есть сюрприз.
Я в нетерпении подскочила, вновь ощущая, как тянет живот. Кое-как поглотав пищу, я с нетерпение ожидала, когда же мне его покажут. Мои мужья перенесли меня в комнату, где все было обставлено в нежно-желтом цвете, с салатовыми шторами, креслами и балдахином, где скрывалась огромная кровать.
– Что это?
– в недоумение спросила я, не понимая где оказалась.
– Наш дом, -гордо ответили мои мужья.
– Мы специально для тебя его построили и оформили. Правда, нам помогала твоя мама и папа, им же виднее, что бывает у вас на Земле.