Перал. Делите неделимое
Шрифт:
Далее были признания в любви и мгновения нежности.
– Теперь мы можем всегда быть вместе, -не скрывая восторга, сказала я.
– Не уверен, - сказал мой разрушитель надежд.
– Но мы всегда можем вернуться сюда, моя яри.
– Но клубка больше нет, -растерянно сказала я, не понимая, как.
– Доверься чутью оборотня, я всегда найду это место.
И я доверилась. Впервые мое сердце было спокойно. Меня не мучила совесть. И я готова была жить здесь, не оборачиваясь на свое прошло на Земле. Жизнь наладилась и заиграла красками. Я живу!!! И счастливая, я вернулась к своим друзьям, спеша разделить
Глава 15
Голова раскалывалась и из глаз сыпались искры, как в детстве, когда я подури подглядела процесс сварки. Ноги были словно не мои, а руки ватные. Да что же происходит! На руках, попробовав ими пошевелить, я ощутила кандалы. Что происходит?! Кто посмел напасть на меня!? И где мои друзья!? Кое-как проморгавшись я увидела каменные стены, и металлические прутья решетки шириной мои руки. «Как для слонов», - подумала я, вспоминая поход в зоопарк. Я попыталась пошевелится вновь, ощущая, как онемевшие конечности начинает покалывать, от боли я стиснула зубы, стараясь сдержать стон. Я попыталась сесть, кое-как мне это удалось, в голове вновь заискрило. «Дааа, встать я так понимаю будет равносильно подвигу», -сделала вывод я.
Я оказалась действительно в тюрьме. Но это какая-то ошибка, я же ничего такого не делала, но тут мозг подкинул картинку с испуганными гномами и мое раскулачивание их запасов на еду и нож. За такое могли посадить?! Да, ну, нет. Так бы меня вряд ли били бы по голове, скорее прилюдно схватили. Меня заинтересовал другой момент, а где мои доблестные мужчины? Как же их обереги-кольца меня не уберегли? Мдда, дела, вот так и надейся на магию. Тут послышались шаги, и я подобралась, готовая к неприятностям.
Да, к таким меня судьба все-таки не готовила. К решётке подошла Мелисса и рыжеватый крупный мужчина лет этак тридцати. Увидев меня, рыжая зашипела. И рухнула в поклоне на колени.
– Тварь, чтоб ты сдохла, - распиналась Мелисса, скаля клыки, но мужчина отварил решетку и положив ей руку на плечо, вошел ко мне.
Он внимательно заглянул в мои глаза своими янтарными. Я молчала, ожидая, что он скажет. Мужчина взял меня за подбородок и повертел мое лицо из стороны в сторону.
– Ничего особенного, хотя для яри это не главное, -спокойно сказал он.
– Мне будет приятно убить тебя лишь по одной причине, девочка, вместе с тобой умрет альфа. Это дорого стоит. А учитывая его оскорбление мой дочери, то ничего личного к тебе, но умирать ты будешь медленно.
– Папа, - взвизгнула Мелисса, - Мы так не договаривались, мне нужен Ральф.
Оборотень скривился.
– Ты много себе позволяешь, дочь, -сквозь зубы процедил он.
– И вообще тебе следовало лучше учится, а не следить за мужиками, тогда ты бы знала, что яри это навсегда, и с ее смертью погибает ее пара.
– Но как же тогда, -в испуге прошептала рыжая.
– Я люблю его. Не убивай ее, просто запри ее тут, пытай, но пусть живет. А я буду с ним.
– Он уже не сможет быть с другой, -ответил мужчина, с призрением глядя на дочь.
– Иногда я жалею, что ты моя дочь. Иногда очень часто. Кроме красоты, в твоей голове пустота.
Мелисса застыла, словно ее ударили. Затем она развернулась ко мне с яростью в глазах, и кинулась на меня, царапая мне лицо.
– Ненавижу, тварь. Все из-за тебя. Ненавижу.
Ее отец немного подождал, а потом просто сказал:
– Вон, -и Мелисса, ссутулившись до земли, молча ушла.
Я поняла, что он сильнее ее, возможно, он тоже альфа, или мог бы им стать, если бы...
Додумать мне не дали. Оборотень рывком поставил меня на ноги и притянул к себе, шумно втягивая воздух. Я словно в трансе замерла, страшно не было, я даже не вырывалась, когда мне царапала лицо рыжая, наверно, сказывался шок. Я ощутила, как он лизнул мое лицо, и отстранившись, я увидела, как он слизывает со своих губ мою кровь.
– Жаль у меня есть яри, а то я бы...Жаль...Но у меня есть сын...посмотрим, понравится ли ему с яри альфы.
Я молча смотрела в его янтари, не говоря не слова. Не страшно за себя. Я сильная, я все переживу, а вот за мои пары...Еще посмотрим кто-кого, оборотень. Он ждал мои реакции, но не выдержав, замахнулся и влепил мне оплеуху, сквозь толщу шока, я медленно ощущала слабые отголоски боли. В голове вновь взорвался фейерверк. Я до крови прикусила губу, но не вскрикнула, чем взбесила оборотня еще сильнее. Он опрокинул меня на пол и ногами пнул. Я с удивлением ощутила, как что-то внутри хрустнуло, но боль опять словно притормаживала, не спеша выплескиваться на меня в полном объёме.
– Ори!
– закричал мне в лицо оборотень, и его глаза буквально пытались выпасть на меня из орбит.
Оборотень вновь пнул, и я ощутила металлический привкус крови во рту. Я щедро поделилась ею с полом. С какой -то эйфорией, я наслаждалась, как бессильно бесился оборотень, бья мое тело, пока меня не поглотила тьма.
Приходила я в себя, от прикосновения чьих-то рук к своему телу. С меня в наглую срывали одежду, задевая когтями тело и оставляя на нем свежие царапины. Болело все. Я попыталась отыскать здоровый участок, ммм, уши не болели. «Ну хоть что-то», - попыталась я порадоваться.
Извращенец, уже сорвал мои шмотки, и теперь дерзко елозил руками по моему телу, причиняя новую боль. Я прям почувствовала себя героиней БДСМ. Сто и одна грань удовольствия боли. Я приоткрыла глаза, наблюдая новое действующее лицо. Им оказался темноволосый оборотень, но янтарный глазки, смотревшие на меня, не оставляли сомнений, чей подарок пытается мною овладеть. Парень пыхтел, пытаясь добиться от моего израненного тела восторга. Да, не судьба, милок, я сегодня непотребе. Видать до него это тоже наконец то дошло, он помянул какого-то Армиса, и расположился между моих ног.
– И часто практикуешь некрофилию?
– прошептала я хрипло, губы треснули.
Эх, водички бы.
– Ты не труп, - огрызнулся парень, пытаясь приспустить брюки.
– Не огорчайся, я уже почти, -съязвила я, ощущая, как упирающийся в меня бугорок стал спадать.
– Чтоб тебя, -злобно рыкнул, подскакивая пацан.
Я не шевелясь лежала, не смущаясь своей наготы. В таком виде на меня вряд ли бы зомби позарились, а они те еще любители. Как же все болело. Хорошо боль была тупая, и словно долбила мозг, ожидая, когда первой взорвется голова.