Пеппи Длинныйчулок
Шрифт:
Мучила Томми и Аннику и мысль о Пеппи. Они представляли себе, как она спит в своей нетопленой вилле, положив, как обычно, ноги на подушку, и никто не сидит на краю ее кровати, и никто не подтыкает ей одеяло. Они решили навестить ее на следующий же день.
Но на следующий день их мама не захотела с ними расставаться ни на минуту, потому что она их так долго не видела, а к тому же к обеду должна прийти бабушка, чтобы повидать внучат после их путешествия. Томми и Анника очень тревожились, думая о том,
– Милая мама, мы должны навестить Пеппи, – сказал Томми.
– Ну что ж, идите, – сказала фру Сеттергрен, – только поскорее возвращайтесь домой.
Томми и Анника тут же помчались к Пеппи.
Когда дети отворили калитку в сад, они остановились, пораженные, и с изумлением стали оглядываться по сторонам. Все выглядело точь-в-точь как на рождественской открытке: домик был весь засыпан пушистым белым снегом, а все окна были ярко освещены. На террасе горела большая свеча, и свет ее красиво озарял заснеженные кусты. Дорожка к террасе была расчищена, так что ребятам не пришлось проваливаться в сугробах.
Они еще стряхивали снег на террасе, когда открылась дверь и появилась Пеппи.
– Счастливого рождества! – крикнула она и повела их на кухню.
А посреди кухни, представьте себе, стояла замечательная рождественская елка! Свет был потушен, а на елке горело семнадцать свечей, и от их дрожащего пламени и потрескивания становилось как-то очень уютно. Стол был накрыт по-праздничному. В середине стоял рождественский пудинг, на тарелках лежали красиво нарезанная ветчина, колбаса и другие вкусные вещи и много-много пряников. В печке пылал огонь, а в чулане стояла лошадь и весело била копытами. Господин Нильсон прыгал по елке с ветки на ветку, не задевая свечей.
– Я велела господину Нильсону изображать рождественского ангела, – угрюмо сказала Пеппи. – Но он не желает сидеть спокойно.
Томми и Анника застыли на пороге кухни, не в силах от восхищения вымолвить ни слова.
– О Пеппи! – прошептала, наконец, Анника. – Как это замечательно! Как ты могла со всем этим справиться? Как ты успела все это устроить?
– А я очень прилежная, – ответила Пеппи. Томми и Анника вдруг почувствовали себя невероятно счастливыми, и им стало так весело, как еще никогда не было.
– Как хорошо, что мы вернулись домой, – сказал Томми.
Дети сели вокруг стола и стали есть ветчину, рисовый пудинг, колбасу и пряники, и все это им показалось куда вкуснее, чем бананы и плоды хлебного дерева.
– Слушай, Пеппи, – сказал Томми, – а ведь рождество-то давно прошло.
– Ну и что, – отозвалась Пеппи, – просто моя вилла немного отстала, как старые часы. Придется отнести ее в часовую мастерскую, чтобы заменили пружину, а то она еще больше
– Как чудесно, что здесь отстало время, – сказала Анника, – и мы не пропустили елки, только вот рождественских подарков нет.
– Ой, хорошо, что ты напомнила, я спрятала ваши подарки! Ищите их сами.
Томми и Анника даже покраснели от удовольствия, они вскочили с мест и принялись искать. В чулане Томми обнаружил большой пакет, на котором было написано: «Томми». В пакете лежала прекрасная коробка с красками. Под столом Анника нашла сверток со своим именем, а в свертке лежал красный зонтик.
– Я возьму его с собой, когда мы в следующий раз поедем в страну Веселию, – сказала Анника.
Над печкой висели еще два свертка. Дети тут же развернули бумагу, – там оказались заводной вездеход для Томми и кукольный сервиз для Анники. К хвосту лошади тоже был привязан небольшой сверточек, в котором был маленький настоящий будильник.
– Поставьте его у себя в комнате, – сказала Пеппи.
Когда дети налюбовались подарками, они крепко обняли Пеппи. Она стояла у кухонного окна и глядела на снежные сугробы в саду.
– Завтра мы построим огромный снежный дом, – объявила она. – А по вечерам мы будем зажигать там свечку, и в снежном доме будет светло, как в настоящем.
– Давайте, давайте! – воскликнула Анника, все больше радуясь тому, что вернулась домой.
– А еще мы могли бы, пожалуй, устроить лыжный трамплин с нашей крыши на террасу и в сугроб, – сказала Пеппи. – Знаете, я хочу научить лошадь кататься на лыжах. Вот только никак не могу решить, сколько ей нужно лыж, четыре или две.
– Ой, как будет весело завтра! – завопил от восторга Томми. – Как нам повезло, что мы вернулись как раз в январе.
– Нам всегда будет весело, – сказала Анника, – и здесь, в вилле «Курица», и в стране Веселии, и вообще «везде.
Пеппи кивнула головой. Они сидели втроем за кухонным столом. Вдруг Томми помрачнел.
– Я не хочу становиться взрослым, – твердо сказал он.
– И я тоже, – подхватила Анника.
– Охота была! – воскликнула Пеппи. – Взрослым никогда не бывает по-настоящему весело. Да и чем они заняты: скучной работой или модами, а говорят только о мозолях и подуходных налогах.
– Не подуходных, а подоходных, – поправила ее Анника.
– Ах, какая разница! – отмахнулась Пеппи. – И еще они портят себе настроение из-за всяких глупостей и почему-то считают, что если во время еды сунешь нож в рот, то обязательно случится несчастье.
– А знаете, что главное, – сказала Анника, – они не умеют играть. Ах, как жаль, что мы тоже будем взрослыми!
– Кто сказал, что мы обязательно должны стать взрослыми? – возмутилась Пеппи. – Что до меня, то я запаслась пилюлями.