Пепел страсти
Шрифт:
Из последних сил я двигался к воде, чувствуя песок под ногами. Котелок заставил споткнуться. Рухнув на землю, я пополз, цепляясь пальцами за сухие песчинки. Вскоре вязкая масса сменила сухую, не открывая глаз, я почувствовал влагу и сделал последние несколько рывков. В воде стало легче.
Плыть, сложив руки вдоль тела, и наслаждаться спокойствием – необъяснимое блаженство после бури на поверхности. Вода приводит разум в гармонию, выталкивает незваные мысли. В сознание остался лишь силуэт Виктории. Вот она садится на меня сверху, ласкает себя,
Тонкий подбородок, красивая грудь, с кожей, покрытой мурашками, темные ареолы, изящная талия и плавно двигающиеся бедра.
«Виктория».
Шепотом произнося ее имя под водой, я переродился. Водная пелена растянула под давлением, а потом и вовсе разорвалась. Пролетая над гладкой поверхностью, я вверился инстинктам. Они вели меня на тот остров, где я вырос, но что-то было не так. Я чувствовал болезненность даже в теле дракона. Страх пожирал, изнутри не давая возможность вдохнуть полной грудью. Добравшись до острова рухнул на берег и хотел только одного – смерти. Массивное тело горело изнутри. Вода обжигала. Избавляясь от пламени, я вошел на берег и, увидев останки наставника, лег рядом с ними и уснул.
Ночью открывал глаза и жалел, что не умер, днем прятал морду под крыло от солнца. Прошли сутки, как я прибыл на остров. Потом вторые. Подниматься не было смысла. Огромное тело ломило гораздо сильнее, чем в обличие человека. Вода может очистить разум от мыслей, но убрать такую физическую боль не в силах. Прилив начал обжигать хвост, потом и все тело. Я пошел вглубь острова, мимо кустов и деревьев и без сил лег там и пролежал еще неделю, открывая глаза лишь ночью и днем, подсчитывая дни. Когда начались дожди, я ощутил жизнь. Влага уже не приносила столько боли, а разум очистился от воспоминаний.
В центре острова большая лужа кишела рыбами. Грязь в ней обволакивала кожу. Лапами я вытащил на берег всю рыбу, и наломал сухих веток, которые остались после дождя. Из последних сил выдул пламя на костер и нырнул в грязное лесное болото. Вышел из него человеком, ощущая собственное бессилие. Насадив рыбу на палки, воткнул ее в костер и раскладывал дрова из последних сил. Жадно пил дождевую воду с листьев и ел прожаренную рыбу с костра, осознавая, что остался в живых. Лучше всего возвращают к жизни дикие условия, когда все вокруг зависит лишь от природной стихии.
Выловленной рыбы едва хватало, чтобы наполнить пасть дракона, но человеку, придало сил и сытости. Хитрость моя подсказала, что не стоит уплывать сразу и лучше дать организму время на переработку пищи. В листьях возле костра я проспал всю ночь.
Наутро почувствовал, как сковало все тело. Грязь засохла и покрыла толстой коркой кожу. Это придало еще больших сил. Я дошел до большого озера и нырнул в холодную влагу на рассвете. Хандра прошла. Тело и душа исцелились. Еще никогда я не чувствовал себя более живым. Перерождение далось легче обычного, а полет показался неистовой роскошью. Облетая остров, я видел, как огромный скелет
«Прощай».
Над водной гладью виднелась дымка. Вода испарялась под лучами солнца. Я нырял и поднимался в воздух с добычей. Лакомился сомами на лету и наслаждался одиночеством и видами. Никаких экскурсий, лодочников, рыбаков на озере. Каждый обыватель знает, что полуостров таит в себе загадки и множество лодок разбивались даже в самые тихие дни. И стоит ли смотреть на останки дворца. Все былое величие, история, и памятные вещи королевских семей канули в небытие. Облетев весь полуостров на закате, приземлился возле пляжа и переродился. В полумраке пробираясь через лес к домам на севере, где было мое укрытие, я даже не рассчитывал встретить там ее.
Лолита входила в один из домов, важная, красивая. Не зная, кто еще живет в коттеджах, построенных драконами и давно забытых, я дождался полной темноты, наблюдая за девушкой в окно. При свете лампы она сняла с тела красное платье и голая стояла перед зеркалом. Знакомые, почти родные черты лица успокаивали меня. Тело реагировало на каждое ее движение. Стоя в кустах и подглядывая, как мальчишка за женской раздевалкой, я чувствовал, как член твердеет и наполняется кровью.
Оставив девушке время, я дождался, когда она выключит свет и пойдет в постель. Потом забрался в комнату через окно.
– Кто здесь?
– Я.
– Мистер Эн?
– Эрне.
Ее тяжелое дыхание в полной темноте успокаивало. Запах сладкого цветка, силуэт испуганных, полных желания глаз и очертания обнаженного тела. Я утопал в ее светлых волосах, целовал шею, пока ее ротик издавал стоны. Пальцы скользили по бедрам и тянулись к лону, желая ощутить знакомое тепло. Влага текла по упругой плоти, но что-то останавливало меня.
«Нет, если я выжил после Виктории, имеет ли значение, была ли с кем-то Лолита?»
– У меня никого не было, кроме вас, – ответила она, словно прочитав мысли.
– Я знаю!
Больше мы не разговаривали в ту ночь, и еще несколько дней. Я трахал ее утром и вечером, почти не вылезал с кровати. Иногда в ночи, когда Лолита пробуждала меня из сна легкими касаниями, казалось, что Виктория представала передо мой в своем образе. Поддаваясь порывам, я насаживал девушку на себя, но образ Виктории исчезал, как только Лолита замирала сверху. Она была так робка и совсем не похожа на самку, что взяла в ту роковую ночь все в свои руки и довела нас до оргазма.
Лолита носила мне завтраки в постель, кормила досыта, так что я даже не думал об охоте. Отмокая в ванной, я составлял списки, чтобы бывшая менеджер клуба заказала для меня вещи с города, а пока ходил в тряпках, которые она принесла неизвестно откуда.
Спортивный костюм, кроссовки для бега и бензин. Лола не спрашивала зачем мне все это. Просто заказывала, через своих людей. Когда пришло время, я вышел с канистрой в руках в полном одеянии на поиски своей брошенной машины.