Пепел и сталь
Шрифт:
— Стоит проверить, здесь ли встречающие из пещер? — осведомился Кельсер.
— Разумеется, — ответил Йеден, жестом приказывая одному из слуг пришвартовать лодку.
Йеден выглядел взволнованным, он был человеком горячим и искренним, и Кельсер уважал его за эти качества, хотя Йеден старательно их скрывал.
«У меня всю жизнь противоположная проблема, — весело подумал Кельсер, следом за Йеденом сходя на берег. — Я слишком много говорю, но не больно-то искренен при этом».
Они прошли вдоль ряда бурлаков. Перед рабочими стоял один из убийц
— Мы добрались до развилки, лорд Кельсер.
— Сам вижу, — повторил тот.
Впереди, на склонах холмов, стояли густые березовые рощи, но они никого не интересовали. Империя владела более обильными источниками древесины, так что березы в здешних горах могли расти спокойно.
Кельсер воспламенил олово, щурясь на ослепительно вспыхнувшее солнце. Глаза быстро приспособились к яркому свету, и он заметил между деревьями легкое движение.
— Они там, — сказал Кельсер, подбрасывая монетку и с силой толкая ее.
Монетка понеслась вперед и ударилась о ствол. Сигнал был принят, и несколько человек в маскировочной одежде вышли из-за деревьев и зашагали к каналу по усыпанной золой и пеплом земле.
— Лорд Кельсер, — отсалютовал первый из них, — я — капитан Демокс. Прошу, возьмите новобранцев и идемте со мной. Генерал Хэммонд жаждет встретиться с вами.
Капитан Демокс был молод, но выглядел настоящим солдатом. Ему едва перевалило за двадцать, но он руководил своим маленьким отрядом с такой серьезностью, что мог бы показаться самонадеянным, если бы не знал столько о воинском искусстве.
«Солдат водили в бой и большие юнцы, — думал Кельсер. — И если я в таком возрасте был бездельником, это не значит, что все должны быть такими же. Посмотреть только на бедняжку Вин… ей всего шестнадцать, а она готова поспорить в серьезности с Маршем».
Войдя в лес, они рассредоточились по разным тропинкам: по приказу Хэма каждому отряду надлежало идти своей дорогой, чтобы не оставлять явных следов. Кельсер оглянулся на мужчин, шедших позади, — их было около двух сотен, — и слегка нахмурился. Они наверняка оставят после себя просеку, но что поделать? Передвижение такого количества людей едва ли можно скрыть.
Демокс замедлил шаг, махнул рукой, и несколько солдат из его отряда быстро выбежали вперед. Они, конечно, и в сравнение не шли по выправке со своим командиром, и все же Кельсер был удивлен. Когда он приезжал в последний раз, эти люди выглядели настоящим сбродом, они не умели действовать сообща, как и большинство новобранцев. Да, Хэм и его офицеры неплохо потрудились.
Солдаты отодвинули в сторону маскировочный кустарник, обнажив щель в земле. Внутри оказалось темно, стены поблескивали гранитом. Это была не обычная пещера, а дыра, уводящая в глубину.
Кельсер некоторое время стоял молча, всматриваясь в черную каменную расщелину. Его передернуло.
— Кельсер? — окликнул Йеден. — В чем дело?
— Напоминает Ямы. Они тоже выглядят как трещины в земле.
Йеден
— Ох… я…
Кельсер отмахнулся.
— Я знал, что меня ждет. Я спускался в Ямы каждый день в течение года, но всегда выходил наружу. Я их победил. У них нет власти надо мной.
И чтобы доказать правдивость своих слов, он шагнул вперед и начал спускаться в черную щель по узкой веревочной лесенке.
Щель была достаточно широкой, чтобы в ней поместился крупный мужчина. Оглянувшись, Кельсер увидел, что солдаты — и отряд Демокса, и новобранцы — молча наблюдают за ним. Он нарочно говорил с Йеденом настолько громко, чтобы его услышали.
«Пусть увидят и мою слабость, и то, как я ее преодолеваю».
Мысли звучали храбро. Однако когда Кельсер очутился под землей, ему тут же захотелось наружу. Зажатый между каменными стенами, он дрожащими пальцами цеплялся за перекладины лестницы. Холод, сырость, темнота. Добывать атиум должны были рабы. Алломанты, конечно, работали бы более продуктивно, но использование алломантии поблизости от залежей кристаллического атиума убивало. Поэтому, наверное, лорд-правитель посылал в шахтах только приговоренных. Загонял в Ямы. Заставлял ползти вниз, всегда вниз…
Кельсер принудил себя двигаться вперед. Это не Ямы Хатсина. Щель не тянется бесконечно долго, она не обросла кристаллами, сквозь которые нужно пробираться, раздирая в кровь руки, чтобы нащупать жеоды атиума, скрытые в глубине. Один жеод давал неделю жизни. Жизни под кнутом надсмотрщика. Жизни под властью бога-садиста. Жизни под покрасневшим от стыда солнцем.
«Я должен изменить мир ради других, — думал Кельсер. — Сделать его лучше!»
Спускаться оказалось тяжело, куда тяжелее, чем Кельсер готов был признаться. К счастью, расщелина вскоре превратилась в большую подземную пещеру, и Кельсер заметил свет. Он перестал держаться за ступеньки и позволил себе рухнуть вниз, приземлившись на неровный каменный пол. Он улыбнулся человеку, ожидавшему его.
— Черт знает, какой ты устроил вход, Хэм! — сказал Кельсер, отряхивая с ладоней пыль.
Хэм улыбнулся.
— Тебе не помешала бы ванна.
Кельсер расхохотался, сторонясь, чтобы не мешать тем, кто спускался следом. Он обратил внимание, что от пещеры отходит несколько естественных туннелей.
Вскоре внизу появились Йеден и Доксон. Их одежда перепачкалась после сложного спуска. Да, вход был непростым. Но в том-то и крылся смысл.
— Страшно рад тебе, Кел, — сказал Хэм.
Он непривычно выглядел в одежде с рукавами, которых обычно не признавал. Впрочем, единственное, чем его куртка напоминала военную форму, был прямой крой и пуговицы спереди.
— Ну, сколько человек вы мне привели?
— Больше двухсот сорока.
Хэм вскинул брови.
— Значит, набор в основном закончен?
— Наконец-то, — подтвердил Кельсер.
В пещеру начали спрыгивать солдаты, и несколько помощников Хэма вышли вперед, помогая новобранцам сориентироваться и уводя их в один из боковых туннелей.